Пляски смерти
Длинная колонна пленных Хистов шла через мрачное ущелье западной части Вендовых пещер. Скрипя кандалами, они продвигались медленным шагом, подгоняемые злостными стражами. Каждый из несчастных ждал ужасной участи, которая ждала их здесь – долгое рабство или смерть. Венд Хенды довольно часто брали Хистов в заложники: подкарауливая жертв в лесу, глухих переулках, заброшенных поселениях, нападая на маленькие города и села. Пленниками становились все, кто попадался. Женщины, мужчины, старики и дети – Венды не делали различий. Их переполняла злость и тягость бремени, которую они несли, невозможность радоваться прелестям жизни. Все их нутро сводилось лишь к злу, а пленники – возможность отомстить Хистам за превосходство. Сегодня большинство пленников не увидят нового рассвета. Все они подвергнуться страшному испытанию, испытанию Плясок смерти. Это состязание Венды проводили в конце каждого месяца, в самом центре Фабулы. Главным же организатором Плясок был никто иной, как сам Абсолютный Джег.
Джег расхаживала по комнате, с любопытством посматривая на юношу. Несколько часов он провел за чтением летописи, глаза бегали по строчкам, пропуская известные истории, которые знакомы Хендам с детства. Но вот что-то сильно привлекло его внимание, и он все снова и снова листал страницы, записывая в блокнот отрывки предложений и некоторые названия.
– Джег, ты не знаешь, что такое Форривв?
– Понятия не имею. А это поможет покорить Хистов? – Джег саркастично посмотрела на Науатля, а тот лишь ухмыльнулся и спокойно ответил:
– Покорение Хистов я оставлю за тобой. Но это название несколько раз упоминается в летописи, причем в тех местах, где явно есть разгадка моего…- Науатль понял, что забылся и прикусил язык. Каа Джег уже стали надоедать эти тайны. Смысл похищения документа пропал в ее глазах напрочь, юноша даже не заглядывал туда, где речь шла о слабостях монарха и его приближенных. Каа всегда интересовала выгодная сторона дела, ведь лишь к этому сводилась ее двуликая натура. Она резко выхватила летопись из его рук, и книга в одно мгновение исчезла (Каа держала ее в руках, но визуально книги не было).
– Да что ты за злодей? Глупостями занимаешься и только. Вместо того чтобы реально найти там что-то стоящее, ты роешься в этносе! Возьми какую-нибудь художественную книжку и развлекайся! У меня нет времени на эту ерунду.
– Джег, мы договорились, что летопись моя на три дня. Какая тебе разница, что я делаю и какой в этом смысл?
– Науатль, в определенном смысле, мы – партнеры, но ты ничего не говоришь о своих планах и, в конечном счете, – Каа наклонилась к юноше, – не забывай, кто я! Одно мое слово и никто, даже твой друг Сорн, тебя не спасет.
Науатль задумчиво посмотрел на Каа. Конечно, он осознавал, что, в конце концов, у нее возникнут вопросы, ведь то, что он искал, совсем не обрадует Джег. Но сейчас у него не было выбора, как только рассказать о цели этого похищения.
– Джег, как ты думаешь – кто я?
– В смысле? – удивилась она.
– В том смысле, на чьей я стороне.
– По-моему, это понятно – ты Венд, который хочет завладеть властью. Но мне кажется, что ты необычный Венд. Я поняла это с нашей первой встречи. Однако сейчас, я сделала еще более важное открытие. Я первый раз совершила ошибку. С тех пор, как мы украли летопись, меня не оставляет чувство, что я сделала добро, – слово «добро» прозвучало еле слышно и дрожащим голосом. – Так кто же ты?
Науатль поднял глаза и кратко произнес:
– Абсолютный Венд Хенд.
Колонна пленных резко свернула к северу. Измотанные заложники чувствовали, как повеяло холодом и сыростью. То там, то здесь раздавались крики и удары плетью. Кто-то валился наземь, теряя последние силы. Если он не поднимался, страж Венд добивал его мощным ударом. Это заставляло остальных собрать все силы и идти дальше. Приблизительно в середине третьей колонны шел пожилой Хист. Он стал спотыкаться и уже почти потерял сознание, как вдруг его подхватила юная девушка. Хотя ее босые ноги опухли и кровоточили, она продолжала держать старика, оглядываясь на стражей.
– Господин лекарь, держитесь! – умоляла она, шепча старику на ухо. Тот оглянулся и широко открыл уставшие глаза.
– Бог мой, Кида! Как же ты здесь…
Рыжеволосая девушка обронила слезу, видя плачевное состояние спутника.
– Господин Элно, пожалуйста, продолжайте идти!
– Кида, я очень устал, смысл мучатся, я все равно умру на Плясках.
– Разве нас ведут на Пляски?!
– Конец месяца, эти изверги устраивают празднество всегда в это время.
Кида вздрогнула. Она, наконец, стала осознавать происходящее.
– Как же вы сюда попали? Я же совсем недавно видела вас в Резиденции.
– Очень просто, дитя. Возвращался домой поздно ночью. В тот день было много пациентов, а в мои года становиться работать все тяжелее. За углом Резиденции подошел некто, вроде парень, сказал его матушке плохо. Мерзавец! Ведь точно рассчитал, что я не откажу. А когда свернули к роще, ударил по голове. Очнулся здесь, в пещерах. Вот так.
– Вы-то им зачем?
– Для забавы, они никогда не упустят возможности. Ну да ладно, я уже старик, но Кида, как ты сюда попала? Что же твой отец….
Кида промолчала. Она не могла объяснить своей глупой выходки. Уйти самой в Альсейский лес означало для любой девушки явную угрозу. А для Киды, не одаренной благами метки и подавно. С тех пор, как Артадо рассказал о случившемся с Науатлем, она не могла найти себе места. Решившись самой пойти на поиски, она попала в руки врага. Да, любовь порой толкает на самые дерзкие поступки.
– Отец, скорее всего, меня уже ищет. Но, знаете, Элно, вряд ли вы им нужны для забавы, я думаю, что вас похитили умышленно.
– Кому я нужен, дочка!
– Вы не знаете, всего, что произошло вчера, – Кида стала говорить тише, опасаясь, что их услышат, – Запретную летопись похитили…
– Нет! – старик обреченно покачал головой. — Вот теперь Венды над нами покуражатся. Кто бы ни был похитителем, но наш мир обречен.
Острая, жгучая боль заставила его оглянуться. Страж еще раз ударил Элно плетью. Кида бросилась на него с криком, ей было невыносимо видеть подобное обращение с пожилым человеком. Двое Вендов схватили ее за руки, она попыталась вырваться, но один из них ударил ее по лицу. Девушка упала, из губы потекла кровь.
– Девчонка, хочешь проблем? – страж ухмыльнулся. – Когда очнется, поставить в первую колонну. Пусть попляшет!
Абсолютный Венд Хенд! Каа не знала, что увидит его вживую. С самого детства она мечтала иметь власть и силу, подобную гению зла. Ребенком она зарисовывала белую часть метки, наивно думая, что это даст ей способности Венда. В ее глазах это был герой, который освободит Вендов от тьмы пещеры. Она рисовала себе образ статного, могучего воина, обязательно черноволосого и, конечно, неимоверно могущественного властелина зла. Но перед ней стоял Науатль – худощавый, светловолосый юноша, совершенно не то, чего ждала Джег! Она бы не поверила этому, если бы он ни снял повязку с руки, где, как клеймо, стояла метка Абсолютного Венда.
– Что бы ты ни задумал, я с тобой до конца, – смиренно заявила Каа. Она протянула ему летопись, которая вновь стала видимой, как только ее взял Науатль.
– Джег, я не требую от тебя слепого подчинения. Я знаю, что сейчас у тебя много вопросов, но я не могу ответить на них именно сейчас. Эта книга – путь к освобождению Вендов. Я не зря провел за чтением столько времени. Мне нужно найти Форривв – священный город Хендов. Лишь найдя город, мы одержим победу. Ты готова бороться?
– Да, я буду бороться. Игра стоит свеч!
– Тогда к делу, – юноша сел за стол и открыл книгу, Джег села рядом, пытаясь вникнуть в письмена, – да, вот эта фраза: «Танцуй же Хенд, кружись, пляши. И тайну города узри. Форривв откроет вам врата, где метка сгинет навсегда».
– Что, надо плясать? – удивилась Каа. – Каким боком танцы относятся к городу?
– Да, провидец Ор закрутил. Может он имеет в виду совсем не танцы?
– Тогда что? Ясно же сказано «танцуй, Хенд». Просто ребячество! Давай просто пустимся в пляс, можно и Сорна позвать, – язвила Джег, – а может, спляшем…
– Погоди! – резко оборвал ее Науатль. – Пляски! Пляски смерти!
– Они же сегодня вечером…Конечно, ежемесячные Пляски смерти, нам нужно туда пойти!
– И мы сможем понять тайну города, – юноша закрыл книгу. – На Пляски!
Кида открыла глаза и сразу прищурилась. Свет бил в лицо со всех сторон, непонятный шум раздавался эхом. Девушка поняла, что едет на Норше, лежа на животе, а рядом сидел всадник, который постоянно пинал ее задней частью копья. Местность заметно изменилась, вокруг толпилось много народа, сливавшегося однородной массой из-за серой одежды. Возле взрослых стояли дети и кидали в пленных куски грязи и прочие отходы. Где-то вдали мерцала мутная точка, которая становилась все светлей. Кида приподняла голову, но копна волос мешала рассмотреть это мерцание. Губа опухла. Во рту стоял металлический привкус запекшейся крови.
– Эй, мерзавка очнулась, – сказал всадник, который заметил движение девушки, – поставьте ее к первой колонне, самую первую!
Двое мужчин небрежно стащили девушку и поволокли к первой колонне. Кида не сопротивлялась, у нее просто не было сил. Когда она опомнилась, то уже стояла самой первой в длинном ряду, подгоняемом стражами. Теперь она собрала все силы, ведь целая толпа толкала ее сзади и стоит ей споткнуться и упасть – все они затопчут ее до смерти. Около десятка пленных погибают именно так, не дождавшись Плясок. Венды все время стегали плетью, длинной, настолько, что она захватывала человек пятнадцать за раз (хотя на вид плеть была ни длиннее метра, в руках Венда она удлинялась настолько, насколько задумал ее владелец). Девушке буквально наступали на пятки, спину все время били и пинали, это была настоящая мука! Несмотря на боль, Кида все старалась рассмотреть эту светящуюся точку, и чем ближе продвигалась толпа, тем ярче она становилась. Внезапно всем приказали остановиться. Наконец! Какое облегчение! Девушка старалась максимально отдохнуть, ее ноги сильно кровоточили и гудели. Несколько стражей стали ходить по рядам с ножами. «Избавляются от слабых», – думала Кида. Послышались крики. Венд решительно направился к ней. Она была даже рада, ведь ей все равно предстоит умереть, так будет лучше. Она обернулась и стала ждать. В такие минуты, обычно, вся жизнь проходит перед глазами, но мысли Киды были пусты, она была необычайно спокойна, лишь тихая, какая-то знакомая музыка стояла в ее ушах. Она не помнила, откуда знала эту музыку, но она была ностальгически приятна, ей казалось, что скоро она окажется дома, где уютно и тепло, где не надо бояться и страдать и где нежный свет утреннего солнца озарит ее мягкую постель…. Но вместо острой боли она почувствовала, как руки освободились от пут, а с ног спали тяжелые цепи. Через минуту колонна двинулась дальше, наступая на свежие трупы тех, кого стражи освободили от мук навсегда. Проход стал суживаться, теперь стены зажимали пленных, а потолок давил сверху. Кида протискивалась вперед, окончательно изодрав плечи. Светлая точка приближалась и слепила девушку. В какой-то момент она перестала видеть, но вскоре глаза привыкли к новому освещению. Еще несколько шагов. Сердце Киды оборвалось – тоннель кончался обрывом, а толпа все давила сзади. Приложив невероятные усилия, она стала упираться в стены руками.
– Обрыв! Перестаньте идти, мы упадем, – стала она кричать тем, кто позади. Еще несколько шагов, и еще, чудом ее колонна остановилась в ту минуту, когда нога девушки зависла над пропастью. Аплодисменты и дикие крики наполнили амфитеатр, где под самым потолком у края обрыва одного из тоннелей стояла хрупкая девушка. Слева, крича от ужаса, стремительно падал какой-то парень – он не успел остановиться. А за ним полетели еще человек пять. Их тела распластались внизу на полу, усеянном остриями сталактитов. Под тоннелями, намного ниже, располагались балконы, где сидели самые знатные Венды. Они делали ставки, стражи уже передали им список «приглашенных».
– Ставлю вон на того парня, во второй ячейке, на вид он ничего, – цинично заявил толстяк на балконе.
– Продует твой парень, он слишком далеко от зоны канатов, – оспорил его не менее азартный сосед, – а та рыжая девка, в пятой ячейке, прямо возле них. Ставлю на нее.
Кида не знала, что многие поставили на нее. Она находилась в самом выгодном месте. Верхняя часть амфитеатра представляла несколько проходных зон. Первая – канаты, если посчастливиться до них допрыгнуть, это шанс добраться до второй ячейки. В те несколько минут, что Кида провела здесь, она поняла, что такое Пляски смерти. Это бешеная гонка на высоте 30 метров, с ловушками, преградами и соперниками, которые будут делать все, чтобы спасти свою жизнь. Сейчас Кида старалась собраться с мыслями, определяя свои шансы. Какие там шансы! Нет у нее шансов, девушки без каких-либо способностей. Ведь большинство из пленных могли летать, растягиваться и многое другое, а что Кида? Мысленно она решила так – допрыгну до канатов (если допрыгну), а там будет видно. В это время, в центре амфитеатра, на возвышенном пьедестале, появился невысокий лысый человечек. Он поднял руки к толпе:
– Венд Хенды, сегодня полсотни Хистов отплатят нам сполна. Вы увидите зрелище, святош, дерущихся за жизнь! Большинство из них погибнет, а оставшиеся будут отданы в рабство тем, кто на них делал ставки. Первый же дошедший до конца будет отдан нашему покровителю, Абсолютному Джегу,- толпа закричала «слава Джегу, слава», и на главном балконе все увидели Джега, в его классических ботфортах и черном кожаном костюме, лишь лицо скрывала черно-белая маска – символ двуличия и разделённой души. Его окружала верная охрана, а рядом сидел светловолосый юноша и грозный Венд, глава рода по имени Сорн.
– Я сама учредила Пляски, придумала правила, лично присутствую на них почти всегда, – говорила Каа Науатлю, – как же мы найдем здесь ответ на вопрос? Пляски стандартны. Не пойму, в чем суть?!
– Провидец Ор дал нам понять, что необходимо прийти и «плясать», в смысле, принять участие, и мы «узрим тайну города». Думаю, мы поймем по ходу.
– Тогда наше место не здесь…
– Что? Ты о чем Джег?
– Если нужно принять участие, тогда мы не зрители, а участники! – Каа многозначительно посмотрела на юношу. Тот, задумавшись, окинул взглядом арену.
– Нет, Джег, не будем спешить с выводами. Ор всегда описывает события так, как если бы что-то уже произошло. Я считаю, что мы должны делать ставки.
– Ставки? Смысл, я все равно заполучу победителя.
– Просто сделай ставку, потом все поймешь.
Пошла последняя минута до начала. Кида опять вспомнила ту музыку, она старалась переключиться и не думать о предстоящем. А в это время в самом конце колонны Венды стали толкать толпу, которая по инерции начала двигаться вперед. Девушка почувствовала толчок, а снизу донесся барабанный бой, ознаменовавший начало Плясок смерти. Кида падала, она не надеялась на благополучный исход, но вот ее руки запутались, и она повисла, а, открыв глаза, она поняла, что все-таки допрыгнула до зоны канатов. Десятки пленных хватались за канаты, ловко перепрыгивая с одного на другой. Остальные упали или, неудачно обхвативши канат, повесились. Мало этого, каждую минуту снизу пускали залп горящих стрел, от которых также приходилось убегать. Одна стрела совсем рядом прошла мимо девушки и подрезала ее канат. Она поняла, что надо продвигаться. Изо всех сил она стала прыгать, раскачивая канаты. Руки жгла невыносимая боль из-за трения, но она уже не обращала на это внимания. Вот она добралась до следующей зоны. Эта зона представляла узкие мостики, пересекающие друг друга, по которым мог продвигаться лишь один. Удачным прыжком Кида очутилась на одном из них. Но летающий парень сбил ее, поскольку не имел возможности долететь к дальнему. Еще один залп горящих стрел. Кида упорно держалась на мостике, а парень безразлично сталкивал ее, спасая свою жизнь, но внезапно вскрикнул и рухнул вниз прямо на сталактиты, под радостные крики толпы. В его спине торчала длинная стрела. Девушка продолжала сохранять равновесие и продвигаться. Да, это действительно напоминало пляски. Теперь она оказалась прямо напротив ложи Джега.
– Какая упорная малышка, – заметила Каа, – но она никак себя не проявляет.
Науатль не ответил. Его лицо не выражало ни радости, ни переживания. Однако по инерции он посмотрел на несчастную девушку и…
– Бог мой, эта Кида!
– Кто? Постой ты куда? (Но юноша уже мчался на арену.)
Кида почти добралась до последней зоны. Клочья гигантской паутины свисали с потолка. Эта паутина, которую плетут ядовитые пещерные пауки, была такой толстой, что могла удержать Хенда. Единственная опасность – сами пауки. Как и все представители его рода, этот огромный паук реагировал на колебание и вибрацию. Добравшись до жертвы, он вводит яд, настолько сильный, что убивает мгновенно. Кида повисла на паутине и несколько насекомых уже за ней охотились. Вдруг невыносимая боль заставила девушку посмотреть вниз – в ее бедре засела стрела, а слева подползали пауки-убийцы. Девушка поняла, что шансов не осталось, и отпустила руки. Внизу ее ждали острые сталактиты. Толпа приготовилась увидеть зрелище, но резкий гул заполонил арену в тот самый момент, когда девушка почти упала. А когда дым и пыль рассеялись, все увидели девушку на руках юноши, который завис в воздухе над сталактитом.
– Казнить мерзавца! Это не по правилам! – орала толпа. Злостные стражи кинулись к юноше.
– Стойте! – остановила их Джег. – Не сметь, он мой. Венд, который нарушил правила Плясок, достоин смерти. Охрана, взять его!
Охрана Абсолютного Джега налетела на юношу серным столпом, а через секунду ни юноши, ни Джега в амфитеатре не было.