Расставание
1. РАССТАВАНИЕ
В начале августа в Шымкенте стояла жара. Алмаатинские компаньоны Гали просили его узнать цены и условия поставки из Шымкента в Алматы автошин, которые производились здесь, на местном заводе. Гали первым делом нашёл своих старых знакомых, живших в этом городе. Через них он связался с человеком, который имел свою фирму и был готов сотрудничать с ними. Шымкентскую фирму деньги не интересовали, ей нужна была бартерная сделка на конкретный товар, и дали список этих товаров. Гали быстро созвонился с товарищами в Алматы и всё им сообщил. Совсем немного времени — и сделка удачно состоялась.
Гали уже жил в Шымкенте, снимая в аренду двухкомнатную квартиру в многоэтажке. В этом городе нашлись его родственники: Сакен, которому было 24 года, и 28-летний Жуман. Госпредприятия, где они работали прежде, перестали выплачивать зарплату, и они оказались не у дел. Они стали работать у него в фирме.
Бизнес постепенно налаживался, день за днём появлялись новые заказы. Гали создал свою фирму «Дарын». В фирме «Дарын» появились новые сотрудники из числа его односельчан, прибывших в Шымкент найти работу. Все государственные предприятия либо закрывались, либо не выдавали зарплату.
Однажды один из сотрудников Гали привёл Берика Бушкеева, который, имея высшее образование, тоже был без работы и напросился в его фирму.
Берик был младшим братом Умиржана Бушкеева, которого Гали знал с малых лет. Умиржан после окончания Московского института экономики и статистики работал в администрации президента Республики Казахстан.
Братья Бушкеевы были дальними родственниками Гали. Их отец Нуртай работал вместе с отцом Гали, и они были в тёплых отношениях, о чём вспоминали односельчане.
Берик был неженат и стал жить вместе с Гали в одной квартире. Гали стал больше доверять Берику: он был грамотным, деловым человеком, разбирающимся в документах, сопровождающих бизнес. Поэтому он утвердил Берика своим заместителем в фирме. Гали тогда не знал, что этим навлёк себе большую беду и что этот день станет роковым в его дальнейшей судьбе.
В стране началась гиперинфляция. Банки повышали кредитные ставки до 70% годовых, но скупка и продажа больших партий товаров оправдывала себя. Алматинские компаньоны выступили гарантом перед банками-кредиторами, и Гали взял большие суммы кредитов в нескольких банках и вложил все деньги в товары. Он скупил три вагона высококачественного хлопка-сырца первого сорта пятого типа и 10 тысяч автомобильных шин, заключил контракт с украинской фирмой на поставку большой партии цветных телевизоров.
Скоро вагон с телевизорами был в Шымкенте, и их стали реализовывать в розницу. Тогда ещё не были развиты рекламные предприятия. Гали приобрёл подержанный автомобиль «Волга». Раз в две недели он ездил в село к родным. Там у семьи было всё как прежде. Мать уже настаивала, чтобы Гали женился, ведь ему уже тридцать лет.
В начале августа Гали приехал в Алматы и встретился со своими компаньонами. Обсудили свои дела, поделились долями из прибыли и договорились продолжать работать. Потом Гали нашёл своего однокурсника Тимура. Тот сказал, что ему позвонила Яна из Москвы и попросила передать этот номер телефона. Гали сразу отправился в междугородный переговорный пункт и позвонил по номеру. Трубку взяла женщина и позвала Яну. От появившегося голоса Яны у него в груди потеплело.
— Гали, дорогой мой, как у тебя там? У мамы всё в порядке?
— Милая моя, как я соскучился по тебе! Как ты сама? Как твои родители? — спросил Гали, ожидая её голос.
— Моя мама уже здесь, устроилась в институт. Папа мой немного приболел, и поэтому я пока побуду здесь. Родители решили продать или поменять нашу квартиру в Алматы на Москву.
— Правильно, побудь с родителями. У моей мамы всё нормально. Я сейчас работаю с Ерменом, пока всё идёт нормально. Что у тебя ещё нового? — спросил он.
— Я тоже скучаю по тебе, люблю тебя. Хотел с тобой посоветоваться: мне родители предлагают поступить здесь в аспирантуру. Как ты думаешь? Потом, может быть, и ты приедешь в Москву, посмотрим какие-то варианты для тебя, — предложила она Гали.
— Насчёт аспирантуры поддерживаю тебя, я уверен, что ты успешно пройдёшь экзамены. Ты же моя умница. А вот я, как только появится возможность, тебе позвоню, может быть, и приеду в Москву.
Они поговорили ещё о разном и попрощались.
В середине августа Гали позвонил по тому же номеру Яне. Она сообщила приятную новость: успешно прошла экзамены и конкурс в аспирантуру Университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы. Он знал её возможности и гордился ею. Она тоже не скрывала своей радости. Ещё она сообщила, что на днях прилетит в Алматы для оформления купли-продажи квартиры родителей. Радость Гали тут же удвоилась. Он все текущие дела поручил своему заместителю Берику и сам поехал в Алматы.
Через день Гали встретил Яну в аэропорту. Они не виделись два месяца. Яна выглядела совсем исхудавшей, но радостной. Вышли на улицу и по дороге разговорились.
— Яна, ты что так похудела? Как со здоровьем, всё ли в порядке? — первым делом взволнованно спросил Гали.
— Я так переживала из-за этих экзаменов, из-за этого, наверное, а со здоровьем всё хорошо, — ответила она и спросила: — А что, так плохо я выгляжу?
— Ты всегда хороша, милая моя. Я просто забеспокоился: ты же всё-таки в другом городе жила, — начал оправдываться он и продолжал: — Кстати, поздравляю ещё раз с поступлением в аспирантуру, это круто!
— Мне повезло: в университете недавно открыли новые факультеты по экономике и социологии, нехватка преподавателей, и как раз был большой набор в аспирантуру, — добавила она.
Приехали в дом Яны. В квартире никого не оказалось. Сестра Яны, Вика, жила с мужем и маленькими детьми в другом конце города и только изредка могла заезжать в квартиру родителей. Поэтому родители Яны отправили её наладить все документы и показать квартиру покупателям.
Яна предложила Гали пожить вместе в их квартире, пока сделку не оформят. Он сперва отказался и предложил ей свой вариант: жить в квартире, которую он уже снял. В итоге разумным вариантом стало предложение Яны.
Вечером Яна рассказала Гали, что её отец выздоровел и работает в прежнем месте. Сказала, что мама работает в Московском энергетическом институте. Живут они в двух комнатах малосемейного жилья для преподавателей.
А утром они вдвоём вышли в город и зашли к государственному нотариусу. Он посмотрел имеющиеся документы и составил список необходимых дополнительных документов и справок. Гали и Яна побывали в городском архиве, в жилищном хозяйстве города, в городской архитектуре, в земельном управлении и так далее. В то время ещё не было центров по обслуживанию населения, и потому приходилось собирать все необходимые документы в различных ведомствах. В государственных учреждениях приняли заявления Яны и сказали подойти лишь через два-три дня.
Когда приходили домой, в квартиру, они долго беседовали. Гали за эти дни успел рассказать Яне всю свою жизнь, начиная с детства и кончая службой в армии.
Он служил в Могилёвской области Беларуси. После череды неудач — его осудили и дали срок, пусть даже условный, и неудачи в энергетическом университете — Гали теперь стало везти в жизни.
Дело было так. Во-первых, он попал в сержантскую школу и за шесть месяцев учёбы получил звание сержанта и специальность: командир отделения оптико-электронной разведки. Во-вторых, после завершения учёбы приехали военные — покупатели из разных уголков Советского Союза. Всех сержантов, а их было не меньше двухсот человек, поместили в большой зал. Покупатели по списку вызывали по двадцать, по тридцать человек и забирали с собой. Самый старший из военных офицеров, полковник по званию, заметил Аязова Гали и спросил:
— Откуда, сынок?
— Из Казахстана, — громко ответил Гали.
— Казах? — спросил полковник.
— Так точно, — ответил Гали.
Полковник кивнул рядом стоявшему капитану и приказал:
— Этого сержанта оставишь в моей бригаде, понятно!
— Так точно! — ответил капитан и скомандовал:
— Шагом марш!
И таким удивительным образом Гали остался в той же бригаде, где проходил учёбу. Командир гвардейской артиллерийской бригады полковник Бударин, начальник штаба майор Перевалов и заместитель начальника штаба капитан Заруцкий приняли сержанта Гали как родного сына. В бригаде было много сержантов, но всё начальство почему-то особенно заботливо относилось к единственному казаху.
В военной части, где он служил, дедовщины не было: сержанты и старослужащие учили молодых солдат, а не издевались над ними, как обычно происходило в других войсковых частях страны. Здесь отношения между военнослужащими были строго по уставу.
Однажды, после года службы, трое друзей-сослуживцев решили вечером, перепрыгнув забор, сходить в гражданский магазин. Двое перепрыгнули забор, а когда Гали прыгнул в ту сторону, там оказались патрульные, которые отвезли их на гауптвахту. Всем дали по десять дней ареста.
Но на следующий же день после ареста приехал майор Перевалов и освободил Гали. Командование должно было понизить его в должности и звании, но ничего такого не последовало. В конце службы военное начальство дало Гали прекрасную характеристику и направление на поступление в высшее учебное заведение страны, которое пригодилось ему для поступления в университет. Гали за два года службы так и не понял причины такого снисхождения со стороны начальства. Он был благодарен своим командирам и судьбе за такое везение.
Везением было и то, что все сослуживцы Гали очень уважали. Он подружился со многими из них. Старослужащий Юрий, родом из Риги, имел высшее образование и научил Гали многому, например, методу самовнушения — аутотренингу. Потом он учил, как правильно приучить себя к определённому режиму, научил бросать курить и другие вредные для здоровья привычки, правильно следить за здоровьем пока ещё молодой. Юра пересказывал Гали интересные произведения классиков мировой литературы. Гали ещё больше пристрастился к знанию. И тогда Гали крепко взялся за себя: решил не курить, не пить и никаких девушек, пока не получит высшее образование. Таким образом, он и здесь извлёк для себя огромную пользу.
Оказалось, что Яна ещё многого о жизни Гали не знает. Он рассказывал ей всё как на самом деле было, и даже рассказал, как и за что он в молодости два месяца сидел в следственном изоляторе с преступниками, в том числе и убийцами. Но рассказы Гали никак не напугали Яну. Она ещё больше стала понимать его, почему он выглядел грозным и никого не боялся. А когда он рассказывал о своём селе, ей казалось всё это экзотикой, как будто он рассказывал очередную историю из книги.
Дела с продажей квартиры завершились лишь через десять дней. Все эти дни были наполнены разными заботами. Гали и Яна собирали вещи из квартиры, упаковывали в большие коробки и отвезли в квартиру Виктории. Ключи от квартиры отдали новому хозяину. Ни с кем из однокурсников не встречались, не было ни времени. К тому же многих друзей в городе не оказалось. Дина с мужем поехали за границу. Манас и Айгерим были в Бишкеке. Гали и Яна устроились в гостиницу. Купили билет на самолёт в Москву на следующий день. Вечером, после ужина, Яна спросила ещё раз Гали о здоровье мамы. Он ответил, что пока всё стабильно, лечится. Яна уже давно знала, что его мать неизлечимо больна. Ещё до получения диплома Дина узнала о серьёзной болезни матери Гали от Манаса, после она рассказала Яне.
Яна села рядом с Гали и сказала:
— Гали, ты не сердись на меня, я сразу не смогла это тебе сказать: у моего отца не совсем хороший диагноз.
— И что? Как он? Что врачи говорят? — разволновался он.
— Врачи говорят, что пока такого страшного нет, нужно химиотерапию применить. Лечение длительное, — сказала и заплакала.
Гали встал и подал ей стакан воды. Она пригубила и продолжала:
— Говорят, что в Германии хорошо лечат. Мама у своих знакомых уточняет все вопросы лечения и оплаты, возможно, туда и повезём папу.
— Яна, я понимаю, как тебе тяжело, не падай духом, ты отцу нужна здоровой и сильной, — поддержал её Гали.
— Гали, ты знаешь меня, я готова с тобой хоть на край света, куда угодно, но сейчас я должна быть с папой, понимаешь? — с трудом выговорила она.
— Золото моё, конечно, понимаю, ещё как понимаю. Яночка, я ведь учил тебя быть всегда сильнее обстоятельств, ты моя умница, не плачь, пожалуйста, — просил её он.
Она вспомнила слова Гали: «Оттого что мы поддаемся своим эмоциям и терзаем себя, падаем духом, проблема не решится, а наоборот, укрепится. Любая проблема решается только ясным умом, как в математике».
Оба успокоились и вышли во двор гостиницы, сели в беседку. Долго сидели и вспоминали студенческие годы. Настроение у них поднялось.
— Вот видишь, Яна, какие прекрасные студенческие годы прожили мы! А впереди нас ждут такие же прекрасные годы, ведь мы ещё молоды. Нам нужно радоваться каждому проведённому дню, каждому часу, — завершил беседу Гали, и они вернулись в комнату.
Ночью он вышел из спальни в гостиную. Его мучили мысли: «Яна ещё так молода, ей всего 22 года, а мне уже 30. Не совершаю ли я большую ошибку, о которой буду жалеть всю жизнь? Да, тогда у пруда в Бишкеке у меня не было иного выхода, как успокоить её. Я не предполагал, когда отошёл от неё к другой, что она так пострадает: ей было всего 18 лет. Мы вместе учились пять лет, из них больше половины посвятили друг другу».
Сейчас вся её семья в Москве. Сама она в аспирантуре, скоро может устроиться преподавателем в тот же университет. Она окончила специальную школу с золотой медалью, университет тоже окончила с красным дипломом. Она такая умная, но меня волнует: достаточно ли у неё мудрости, чтобы не оставаться в плену своих чувств? Теперь у неё горе — папа заболел. Как и чем я могу ей помочь?
Мне нужно набраться смелости и сказать: «Яна, тебе пора принимать самостоятельное решение о своей дальнейшей судьбе и не оглядываться на меня. Знай, я буду рад, если ты найдёшь своё счастье». Понимаю, что это будет больно, но что делать? Боль скоро пройдёт, как укол, а потом она поймёт меня правильно, когда обретёт своё новое счастье. Ведь не может быть, чтобы она не была счастлива. Она чиста, как ангел небесный! А она со мной лишь по воле случая. Ей непременно нужно быть счастливой вопреки всему, потому что она — женщина! Я считаю, что этот мир несправедлив, если женщина не обретает своё счастье.
Первым делом мне нужно осчастливить свою мать: она забыла после гибели своего мужа, что такое счастье. Да, мы в детстве дарили ей немного счастья, показывая свои дневники с пятёрками. Теперь она ждёт невестку и внуков. У неё, конечно, понятия о невестке совсем другие: хочет, чтобы родственники и односельчане говорили: «Вот у неё невестка — с утра таскает воду из колодца, стирает, готовит еду, топит печь, рожает детей, вот какая молодчина! И вот, наконец, сестра Гали может выйти замуж, а его мать освободилась от ежедневных забот и гуляет со своими внуками по селу». А моей сестре Акмарал уже 26 лет, и засиделась она возле больной матери. Как мне быть?» Вот такие мысли мучали Гали.
Утром Гали и Яна приехали в аэропорт. Прошли регистрацию, сдали багаж и ждали объявления, сидя в зале.
— Яна, во-первых, желаю, чтобы твой папа выздоровел. Если нужна помощь, скажи мне. Во-вторых, желаю тебе здоровья и силы, они тебе очень понадобятся. Также желаю тебе успехов в аспирантуре, — он посмотрел в её глаза и продолжал: — Я люблю тебя, поэтому живи полной жизнью и не оглядывайся на меня. А там судьба сама подскажет, как быть.
— Я так и думала, что ревнуешь меня. Может быть, ты приедешь в Москву? Я же предлагала тебе тот раз. В Москве тоже бизнесом можешь заняться. Я люблю и буду любить только тебя. Ты веришь мне? — сказала она, вкладывая всю душу в эти слова.
Он влюблёнными глазами смотрел на неё и ответил:
— Конечно, верю, бесконечно верю. Ты мой ангел небесный!
Прозвучало объявление, они встали и двинулись в сторону прохода. Расстались они в слезах. У обоих в душе появилось необъяснимое волнение.
Яна села на своё место в самолёте и стала вспоминать всё с начала. «На первом курсе я замечала влюблённый взгляд Гали и ожидала от него, что скоро он начнёт приставать ко мне. Но этого не происходило. Более того, когда я оглядывалась на него, он опускал глаза. Со временем я к этому привыкла: бывает, что на лекции студенты иногда от скуки витают в облаках. Затем Дина предложила мне решить проблему с женихом — Демисом, попросив Гали провожать меня. Когда Гали ежедневно провожал меня, я действительно обнаружила, что он безумно влюблён в меня и какая-то сила сдерживает его от признания. Он был на восемь лет старше меня, но всё равно был очень открытым, искренним и робким. Я вспомнила тогда, что мой отец тоже старше мамы на восемь лет, и у них нет проблем. Потом мне казалось, что он похож на моего отца некоторыми чертами: высоким ростом, крупным телосложением, чёрными волнистыми волосами, зачёсанными назад. И манеры говорить тоже были схожими. Я замечала, что Гали трепетно относится ко мне. Мне с ним было надёжно, уютно. Когда он рассказывал прочитанные книги или истории, я стала видеть его сущность. Он был чист в своих намерениях, любил всё вокруг и наслаждался каждым дуновением ветра. Он исключительно отличался от других студентов. После того как необходимость провожать меня отпала, Гали почему-то надолго удалился от меня. Скоро среди студентов пошли разговоры, что Гали нашёл себе прекрасную девушку — волейболистку. Когда я впервые увидела их вместе, как они улыбались друг другу, моё сердце чуть не выскочило из груди». Вот так Яна вспоминала свою историю любви.
В самолёте стюардесса раздавала еду и напитки. Яна взяла стаканчик сока, выпила, закрыла глаза и продолжала думать: «Да, когда я увидела радостного Гали вместе с волейболисткой, тогда впервые почувствовала боль в груди и невыносимую пустоту в душе. Думала, что скоро пройдёт, но нет. Обратилась к Дине, она тоже сказала, что скоро пройдёт, но нет, пустота в душе не прошла, а наоборот, стала терзать меня сильнее. А когда Гали мне ответил, что его тоже мучает такая пустота в душе, я сама бросилась ему в объятия. Иначе и быть не могло. С тех пор мы неразлучны. Я знаю, что он вышел из простой семьи и всего добился сам, своим трудом. А мама его больна неизлечимой болезнью, и её состояние крайне сложное. Я готова идти с ним всюду и разделить все его трудности. Но он молчал и продолжает молчать. Сейчас у меня беда — папа заболел. Я уверена, мы вылечим его, что бы это ни стоило. Теперь мы оказались в разных городах. Знаю, он в душе ревнует меня, а как не ревновать, когда он безумно любит меня. Он мне сказал: «Живи своей полной жизнью и не оглядывайся на меня». Иногда он такой сумасшедший, что даже я не могу понять его: он испытывает меня или всерьёз так думает?»
Она задремала и уснула. Проснулась она, когда объявили пристегнуть ремни — скоро посадка в Москве.