ПРОЛОГ

ПРОЛОГ

             Быть артистом  не просто. Это   не выходить на сцену или смотреть в камеру, а жить на грани между собой и образом, между личным и публичным, между стремлением к призна–нию и жаждой быть понятым. Сегодня, в эпоху лайков, быстрых успехов и мимолётной славы, актёр оказывает–ся в особенно уязвимом положе–нии — ведь его главное оружие не техника, а душа. Быть артистом — значит каждый день смотреть в бездну. В ту самую, что смотрит в тебя.  Это не профессия а диагноз.  Если ты держишь эту книгу в руках, значит, у тебя нет выбора — ты уже обречён на сцену. Но что делать, когда сцена рушится? Когда вместо аплодисментов — тишина, вместо софитов – крамешная тьма.

Я хочу рассказать тебе… но ты должен внимательно слушать… именно слушать а не читать… ты должен между строк услышать мой голос и я расскажу тебе всё… но ты должен понять, что этот мой манифест не о приёмах, а о сути. Не о том, как понравиться, а о том, кем быть. Она для тех, кто пошёл этим путём не ради аплодисментов, не ради славы а потому что иначе не может. А если иначе не может, то, поверь, со временем будет и слава, и аплодисменты.

Когда я вошел в театральный мир, меня мало волновало, какой многотысячелетний путь прошел Театр. Я хотел играть и все. Только со временем я осознал, насколько глубоко укоренены эти традиции в нашей истории, в истории нашего мира, нашей планеты. Театр, как и всё, что нас окружает – деревья, горы – часть нашей истории, нашего наследия, то, что передано нам нашими предками. Как деревья, которые кто-то когда-то посадил, как горы, возникшие в результате чего-то, Театр тоже Результат.  И тебе, безусловно, тоже должно быть интересно, почему еще 2500 лет назад, в Древней Греции, поклонявшиеся богам Олимпа люди начали создавать то, что до сих пор способно тронуть наши сердца.

Если это тебя не волнует, быть может, еще не время. Но ты обязательно подумай над этим, изучай, как работал театральный механизм до нас. Это тебя вдохновит, поверь.

Мне было тринадцать, когда я собрал свою первую труппу — «босоногих» мечтателей, репетировавших где попало. Мы ставили «Парикмахера Арама» из произведений Вильяма Сарояна на самодельных подмостках, и нашими зрителями были лишь стены да случайные учителя, которые заглядывали «на минуточку» и оставались до конца.

Тогда я думал: вот оно — настоящее искусство! Настоящий театр! 

Я ошибался. 

Настоящий театр начался позже. Когда в восемнадцать я основал Ереванский артистический театр «Янус». Когда в двадцать — потерял всё. Семью. Имя. Свободу. Но об этом, дорогой читатель, я расскажу позже.

  Годами я мечтал о большой сцене, делал маленькие постановки с друзьями, многие из которых были гораздо старше и опытнее меня. Опыт…, да кто угодно был бы опытнее подростка, который не умел, а хотел! До шестнадцати лет я мечтал и медленными шагами шел к заветной мечте. Знакомился со знаменитыми артистами, дружил и учился ремеслу. Я шёл по узкой тропе… годами… И мечтал не просто о софитах и бурных аплодисментах. Я мечтал говорить с миром — языком правды, боли и надежды. Тогда же мне посчастливилось, и я сделал первую постановку на большой сцене. Тут не обошлось без друзей из старшего поколения. А как я сумел стать их младшим другом, я расскажу тебе по позже, потому что, если смог я, сможешь и ты, и это поможет тебя подняться по ступеням и достичь цели: стать не просто артистом, а интеллигентом.

Октябрь 2011 года. Завершив репетиции в репетиционных залах Академического театра имени Габриела Сундукяна, я назначил дату… 31 октября. В Государственном музыкальном камерном театре мы играли мою драму «Онов». Именно тогда я придумал название для будущего профессионального театра.

В восемнадцать я основал Ереванский артистический театр «Янус». Название выбрал не случайно. Этот древний бог с двумя лицами смотрел как в прошлое, так и в будущее. Как и мы: с одной стороны — классика, мечтали о Шекспире, Брехте, Шиллере, с другой — эксперименты, которые тогда казались дерзкими даже нам самим. На нашей сцене работали люди, чьи имена знала вся страна. Мы верили, что театр может изменить, если не мир, то хотя бы одного человека в зале.

Я был там, где ты сейчас. На сцене, за занавесом, в пыльных кулисах старого театра, который был не просто помещением, а целой историей — с великими именами и голосами. Я знаю, каково это — искать себя, спотыкаться, вставать. Быть там, где тишина давит сильнее света софитов. Где сомнения терзают: Моё ли это? Получится ли? Услышат ли меня?

А потом, в двадцать, всё оборвалось. Я потерял всё… семью, с трудом завоёванное имя, место в театральной среде, …театр «Янус» — всё растворилось, как дым от софитов после финального занавеса. И это не всё. я потерял свободу, я оказался за решёткой. Не в метафорическом, а в буквальном смысле. Это был другой мир, другой театр — без зрителей, без света, без декораций. Только бетон и тишина. Я стал его зрителем и увидел многое за свои 10 лет тюремного заключения. Почему я попал в такую ситуацию, что произошло… это отдельная тема, наверняка для отдельной книги. Но, скажу тебе одно, дорогой читатель, трудно, когда становишься «пенсионером» уже в двадцать лет. Сломанным. Потерянным.

Но даже тогда внутри меня жило что-то упрямое, что не поддаётся разрушению.

Когда ты остаёшься наедине со своей тенью, есть два пути: замолчать или закричать. Я выбрал третий — говорить театром. Даже там, за решёткой. Я снова начал писать пьесы. Писал и статьи о театре — о том, как выживать, как верить, как идти. А главное — как заново оживать через искусство. Конечно, тут не обошлось без мотивации, без тех, кто и в трудные времена поверили в меня. Прямо из тюрьмы, будучи там 2 года, я стал писать исторические драмы и был принят в Союз армянских писателей Калифорнии, позже более десятка армянских и международных союзов и академий приняли меня, моё творчество…

Сегодня я снова творю. Снова собрал труппу. Снова ставлю спектакли и играю. А играю я в тюрьме. Да-да, дорогой читатель, театр можно создать даже в самых необычных условиях. Главное — хотеть.

Создать театр с нуля — всегда непросто. Но создать его в тюрьме — это уже подвиг. Похвалы я не жду, но жду, что мой опыт станет мотивирующим для тебя. Да, создать что-то новое трудно, ещё труднее — не упасть духом. Не предать свою веру. Не сдаться. Я знаю, как собрать команду, превратить пустой чердак или тюремный зал в сцену, где рождается магия. Как подобрать людей, которые станут семьёй. Я могу объяснить структуру театра так же чётко, как Эдмон Дантес называл каждую доску на своём корабле.

Эта книга — мой способ передать тебе то, что когда-то спасло меня. Не теорию, а практику выживания в профессии. Не лайфхаки для кастингов, а технологию самообретения — актёра, который нужен сцене и зрителю.

Ты всё ещё читаешь? Значит, ты уже часть этого. Я прошёл путь от «босоногого» мечтателя до режиссёра и обратно. Всё, что я знаю, я узнал, оступаясь. Сейчас я писатель, у которого за плечами 10 книг. И теперь  хочу передать это тебе.

Если хотя бы один человек, прочитав эти страницы, почувствует: «Я тоже могу», — значит, всё было не зря.