7.03

“Я поздравлю его с Днём Рождения и, наверное, всё… Если он не вспомнит о моем предложении отпраздновать в моей компании, у меня дома, я сама напоминать не буду. Может быть удастся вернуть в магазин часы, которые я для него купила. Хорошие, дорогие, долго выбирала, чтобы максимум пользы. 

Моё отсутствие в его жизни никак не трогает, значит и присутствие ничего не значило… Мне очень больно. Я так давно не слышала его голос, что мне кажется я начинаю забывать. Его образ я забуду нескоро, но вот голос… Самое красивое, что я когда-либо слышала, и он понемногу растворяется в памяти. И время идет, и он становится от меня всё дальше. Но я не могу писать ему первая вечно. Я ждала, что он напишет, но он молчит… А я чувствую себя такой дурой редкостной. Глупой влюбленной девчонкой, которая поверила в чудо. И разуверилась во всём в канун Нового года. И в целом мой 2025 начался с потерь, я потеряла вообще всё, что у меня было: стабильность, уверенность в будущем, мужа, квартиру, любовь… У меня ничего нет. Вообще. Я одна. И провожу свои вечера в глубоком одиночестве. Выпиваю, пытаюсь забыть, что моё сердце разбито, и что вряд ли мне что-то светит радостное и счастливое. Всё навсегда останется так. А потом Пьер уедет заграницу и мы никогда не увидимся даже издалека. И эта история останется воспоминанием, болезненным, грустным, ранящим как бритва. Воспоминанием, которое сначала меня вознесло до небес, а потом разрушило и уничтожило… 

Зачем я, как идиотка, так влюбилась? 

Зачем я, как ребёнок, радовалась ему больше жизни? Зачем я…смотрела на него с восхищением и нежностью, отдавая всю себя? 

Он запретил мне звонить в Телеграмме… Как будто я ему когда-то просто так звонила и нарушала его личные границы. Но сам факт, что он ограничил меня… Словно на цепь посадил. Словно я не то, что пустое место, я навязчивая раздражающая его дура, которую он видеть, слышать и знать не хочет. Меня давно так не обижали, как он. Это жестоко с его стороны. Словно я ему жить мешала. Мне надо его забыть. Но как это сделать, когда он у меня под коркой? Когда его образ уже стал частью меня, живёт во мне, не исчезает, не гаснет, не тускнеет? Я до сих пор помню его холодный взгляд, каждый раз когда мы разговаривали. Не взгляд, лёд, который режет и обжигает все внутри. Он как Кай, а я его Герда – ищу его тепла по всему свету, избивая все пороги и стирая в кровь ноги… Он холоден, боже, как он холоден… И почему я верю, что холодное сердце можно растопить или разжалобить? Он отнял у меня всё.”