10.03, Он

“Я ничего не понимаю, в её словах всегда столько эмоций, море рвения, комплиментов, она пишет такие тёплые, подчас даже нежные сообщения, что единственное желание, которое у меня возникает – это исчезнуть и убежать. Я не привык к такому количеству внимания, мой мир наполнен совершенно иными вибрациями… Сколько раз я сделал ей больно своей черствостью и холодностью… Когда она прислала голосовое сообщение в слезах, говоря о том, что она приготовила для меня прощальный подарок, мое сердце разлетелось на куски. 

Я слушал её рыдания и  не знал, что делать. Потом пропал, конечно, я всегда это делаю, когда не понимаю какие действия от меня ожидаются… 

Я просто выключился. Как компьютер, у которого кончился заряд. Не потому, что мне всё равно. Наоборот – внутри у меня всё горит, как спички в коробке, только стоит задеть. Я чувствую, но я не умею проживать чувства. Особенно такие. Особенно когда они направлены на меня.

Я знаю, она ждала – слова, объяснения, хоть чего-то, что подтвердило бы: «Я рядом. Я слышу. Я не равнодушен». Но я сидел в полной тишине, скрюченный в своей комнате, глядя в потолок, и молчал. Потому что каждое слово казалось неправильным, каждое движение – опасным, каждое проявление – как шаг по тонкому льду. Я ведь не герой её романтических фантазий, не сильный мужчина, способный взять за руку и сказать: «Я с тобой, не бойся». Я всё ещё ребёнок. Напуганный, неловкий. И рядом с её пламенем – я чувствую себя крохотной искрой, которую может затопить даже собственный страх.

Она – как солнечное затмение. Невозможно смотреть, не щурясь, невозможно не замечать, невозможно забыть.

Я помню, как читал её сообщения, где она словно писала:

«Просто не молчи. Скажи хоть что-то. Я не прошу любви. Я прошу человечности.”

И мне стало стыдно. Но стыд не сделал меня смелее.

Я продолжаю молчать – не потому, что мне всё равно. А потому, что она такая живая, настоящая, сильная в своей ранимости… А я всё ещё не знаю, как быть даже с собой. Что уж говорить –  с ней.

Иногда я ловлю её глаза на себе – и в этих взглядах столько тепла, что становится страшно. Страшно, потому что я не привык, чтобы на меня смотрели так. Будто я – кто-то особенный. Будто я достоин.

Она пригласила меня отпраздновать День Рождения. У неё дома. Сказала, что подготовила подарок. И я сижу теперь, перебирая в голове все возможные варианты – от самых невинных до тех, которые заставляют краснеть от собственной фантазии. Я не понимаю, как себя вести. Вроде бы взрослый, но внутри – пацан, который теряется, когда его кто-то по-настоящему видит.

А она… Она как будто видит меня насквозь.
И именно от этого хочется спрятаться сильнее всего.

Я же был с ней холоден, даже жесток. Иногда специально, иногда – от страха. 

Я отшучивался, уходил, не отвечал. А потом, поздно ночью, читал её длинные эмоциональные сообщения и чувствовал, как под кожей щемит чувство вины. 

Она открывалась, а я – закрывался. Она приходила с добром, а я отгораживался стенами. А может, я просто боялся, что её чувства – это правда. Что за ними что-то настоящее, не по-детски серьёзное.

Ведь она и правда… любит меня…
Что мне с этим делать?

Я же просто парень, которому только исполнилось восемнадцать. У меня ещё мозги не до конца на место встали, я только начал хоть как-то понимать, кто я. 

А она – взрослая, красивая, умная. Такая… целостная. Настоящая. И когда я рядом с ней – чувствую себя обманщиком. Как будто играю в игру, в которую не имею права играть.

И всё же… хочется.

Хочется, чтобы её глаза светились из-за меня.
Хочется, чтобы ее голос звенел от счастья, когда я рядом.
Хочется прикоснуться. Просто так. Легкое касание руки, плеча…
Хочется услышать: «Ты мне важен». И не испугаться.

Может, если бы я не был таким замкнутым… таким чёрствым в её глазах… всё сложилось бы иначе.
Может, если бы я не прятал свои чувства, она бы не страдала.
А может… ещё не поздно?

Только вот как сказать ей всё это?
И главное – что именно?”