Призрак в машине

«Объект “Кронос” был законсервирован 87 лет назад, после запуска термоядерных реакторов дугового типа. Никаких источников энергии на территории нет. Показания вашего прибора ошибочны».

Голос главного инженера объекта был плоским. Кай и Элина Марс стояли в центре круглого зала контроля, опустившегося на сотни метров под землю. Вокруг них на стенах мерцали призрачные голограммы давно неактивных систем.

«Мои приборы не ошибаются, — холодно сказала Элина, поправляя очки с наложенной реальностью. На стеклышках бежали водопады данных. — Я регистрирую фантомное энергопотребление в контуре основного кольца. Оно не питается от сети. Оно… самоподдерживается. Или его чем-то питают».

Кай молча настроил свой сканер. Его прибор был куда более тонким инструментом, чем стандартные датчики. Он ловил не энергию, а следы. Следы внимания.

«Я спускаюсь в тоннель», — заявил он.

Им пытались возражать, но авторитет Элины, ведущего физика сектора, и настойчивость Кая взяли верх. Лифт, скрипя, опустился в шахту. Воздух стал холодным и пахнущим озоном и пылью. Они вышли к гигантскому, уходящему в темноту кольцу ускорителя.

Тишина была гнетущей. Кай включил сканер. Стрелки замерли. Ничего. Он сделал шаг вперед, направляя прибор на массивный сверхпроводящий магнит. И тут все индикаторы взлетели до предела. На него обрушился не звук и не свет. Это был чистый, нефильтрованный сигнал чужого сознания. Не враждебного. Любопытного. Так мог бы смотреть учёный на неизвестный, крайне интересный микроб под стеклом микроскопа. Сигнал был направлен не на него. Он был направлен на само кольцо, на Землю, на всю систему в целом.

Кай отшатнулся, срывая с головы интерфейсный обруч. Его тошнило.

«Что?» — спросила Элина, побледнев.

«Здесь кто-то есть, — прошептал он. — Кто-то очень старый. И он только что… обратил на нас внимание».