Пролог

Три года назад

Хэнс стоял на краю портала. Внизу, в багровой мгле, корчились тени. Его напарник, Дима, лежал на холодном камне, прижимая руку к животу. Кровь текла сквозь пальцы.

— Уходи, — прохрипел Дима. — Я тебя прикрою.

— Заткнись, — Хэнс рвал аптечку, хотя оба знали: против когтей тени аптечка бесполезна. — Ты не умрешь, понял? Мы вместе выйдем.

— Хэнс… — Дима кашлянул. — Скажи Ленке, что я… ну ты понял.

— Сам скажешь. Вставай, твою мать!

Но Дима не встал. Он улыбнулся, выдохнул и закрыл глаза. А портал всё выл и выл, требуя новых жертв.

Хэнс поднялся. Он не плакал. Слез не было. Был только холод и одна мысль: “Больше никогда. Никаких напарников. Я один. Так безопаснее. И для меня, и для них”.

Он закрыл портал голыми руками, сломал два ребра и чуть не потерял сознание. Начальство потом писало отчеты, вызывало к психологу, грозило увольнением. Хэнс молчал. А через месяц купил Harley и ушел в свободное плавание.

Он никого не подпускал. Три года. Пока однажды утром в его гараже не появилась она.

—

Глава 1. В которой начальство сходит с ума

Запах бензина, масла и старой кожи. Лучший запах на свете.

Хэнс провел тряпкой по бензобаку своего Harley-Davidson Road King, смахнул пыль и довольно хмыкнул. Красавец. Черный, хромированный, с низким рокотом, от которого у девчонок подкашивались колени. Правда, девчонок давно не было. Были только порталы, монстры и бесконечная дорога.

Он как раз собирался проверить давление в шинах, когда дверь гаража со скрипом отъехала в сторону.

Солнечный свет ударил по глазам. И в этом свете возник силуэт.

Маленький. Хрупкий. В дурацком офисном костюме.

Хэнс прищурился.

— Вы кто?

Девушка сделала шаг вперед. Русые волосы собраны в строгий пучок. На носу — очки в тонкой оправе. В руках — планшет и пластиковый стаканчик с кофе. Она оглядела гараж с таким видом, будто зашла не в святая святых байкера, а в лабораторию с нарушенными нормами стерильности.

— Хэнс? — голос у нее оказался звонким, как колокольчик. — Меня зовут Роуз. Отдел обучения и контроля.

— Я не заказывал доставку, — буркнул Хэнс и отвернулся к мотоциклу.

Она не ушла. Наоборот, подошла ближе. Туфли на каблуках цокали по бетонному полу.

— Меня прислало начальство. С сегодняшнего дня я твой полевой координатор.

Хэнс замер. Медленно повернул голову.

— Кто?

— Координатор. Буду сопровождать тебя на выездах, контролировать выполнение нормативов, помогать с отчетами и…

— Стой, — он поднял руку, останавливая этот поток. — Ты хочешь сказать, что эта расфуфыренная кукла в туфлях за девять тысяч собирается лезть со мной в порталы?

Роуз моргнула. Щеки слегка порозовели.

— Во-первых, туфли за восемь триста, распродажа. Во-вторых, я не кукла. Я старший инструктор с правом полевой работы. И в-третьих…

— Стоп, — снова перебил Хэнс. Он даже тряпку отложил. — Инструктор? Ты кого инструктировала? Секретарш, как правильно кофе носить?

Роуз сжала губы. Стаканчик с кофе дрогнул.

— Я готовлю новичков. Тех, кто потом идет в поля. И между прочим, статистика выживаемости моей группы — девяносто три процента. Это лучший показатель в ГПК за последние два года.

— ГПК, — хмыкнул Хэнс. — Глобальный Портал-Контроль. Звучит как название клининговой компании.

— Это неважно. Важно то, что у меня приказ. — Роуз вытащила из планшета бумагу и протянула ему. — Подпись начальника управления. Либо ты берешь меня в поле, либо тебя отстраняют от работы. И лишают доступа к снаряжению.

Хэнс взял бумагу. Посмотрел. Хмыкнул.

— И надолго ты ко мне приставилась?

— На испытательный срок. Если через месяц начальство решит, что ты можешь работать в команде, меня отзовут.

— А если не решат?

Роуз пожала плечами:

— Тогда я останусь с тобой насовсем.

Тишина. В гараже пахло бензином и абсурдом.

Хэнс посмотрел на неё. Она смотрела в ответ. Взгляд у неё был… странный. Не испуганный, не заискивающий. Спокойный. Как у человека, который точно знает, что делает, даже если окружающие в этом сомневаются.

— Ладно, — вдруг сказал Хэнс. Роуз удивленно подняла бровь. — Шлем вон там висит. Бери.

— Прямо сейчас?

— А что, у тебя маникюр? — он усмехнулся и надел куртку. — Через сорок минут открывается портал в промзоне. Монстр класса “Б”. Хочешь быть координатором — поехали. Посмотрим, как ты справишься без своего кабинета.

Роуз секунду помедлила. Потом решительно поставила кофе на ящик с инструментами, подошла к стене и сняла шлем. Тот был старый, потрепанный, с царапинами.

— А погрызть его не надо, чтоб налез? — съязвил Хэнс.

— Помолчи, — буркнула она, пытаясь застегнуть ремешок дрожащими пальцами.

Хэнс вдруг шагнул ближе. Роуз замерла. Он оказался намного выше. От него пахло кожей, табаком и еще чем-то неуловимо мужским. Он аккуратно, почти невесомо поправил её ремешок, застегнул пряжку и слегка стукнул по шлему костяшками пальцев.

— Держись крепче, “координатор”. И не кричи, когда увидишь монстра. У меня глушитель сломан.

Она хотела что-то ответить, но он уже сел на мотоцикл и завел двигатель. Рев заполнил гараж, заложил уши. Роуз выдохнула, забралась сзади и вцепилась в специальные ручки на сиденье.

— За талию держись, — крикнул он, оборачиваясь. — А то улетишь.

— Я буду держаться за ручки! — крикнула она в ответ.

— Как знаешь.

Мотоцикл рванул с места.

Первый же поворот чуть не отправил Роуз в полет. Инстинктивно она вцепилась в кожаную куртку Хэнса, прижимаясь к его спине. Он хмыкнул, но ничего не сказал.

Ветер бил в лицо. Город мелькал серыми пятнами. Роуз зажмурилась.

Господи, зачем я согласилась? Я инструктор. Я учу их выживать. Я не должна сама лезть в это дерьмо.

Но отступать было поздно. Да она и не хотела отступать.

Я докажу этому наглому байкеру, что я не просто “кукла”. Я докажу всем.

И сама не заметила, как улыбнулась.

—

Глава 2. В которой теория встречается с практикой

Промзона встретила их запахом гнили и сырости. Ржавые контейнеры, груды мусора, бездомные собаки, шарахающиеся по углам. Типичный вторник.

Хэнс заглушил двигатель. Тишина. Слишком тихо. Даже ветер не дул.

— Чувствуешь? — спросил он, слезая с мотоцикла.

Роуз сняла шлем, тряхнула головой. Волосы рассыпались по плечам, выбившись из пучка.

— Воздух другой. — Она принюхалась. — Сера. И еще… озон?

— Умная, — без тени насмешки сказал Хэнс. — Портал скоро откроется. Минуты три-четыре.

Он открыл кофр на мотоцикле, достал оружие. Два клинка — длинный и короткий, оба с синим свечением. И протянул Роуз небольшой пистолет.

— Держи. Серебро и магическая дрянь внутри. Если тварь подберется ближе пяти метров — стреляй не думая.

Роуз взяла пистолет. Проверила обойму. Хэнс удивился: делает уверенно, без дрожи.

— Стрелять умеешь?

— У меня “отлично” по огневой подготовке, — сухо ответила она.

— На полигоне все стрелять умеют. — Он усмехнулся и спрятал клинки в ножны за спиной. — В реальности пальцы дрожат.

— Мои не дрожат.

— Посмотрим.

Земля дрогнула.

В десяти метрах от них воздух пошел рябью, как вода в луже. Рябь усилилась, загустела, и вдруг — разрыв. В реальности открылась дыра. Багровая, пульсирующая, с рваными краями.

— Класс “Б”, как и думал, — спокойно сказал Хэнс. — Твари повылазят через минуту. Моя задача — закрыть портал. Твоя задача — не сдохнуть и не мешать.

— Я не собираюсь…

— Я серьезно, — перебил он, впервые посмотрев ей прямо в глаза. Взгляд у него был тяжелый, стальной. — Ты не в классе. Ты в поле. Если я скажу “беги” — беги. Если скажу “прячься” — прячься. Поняла?

Роуз сглотнула. Кивнула.

— Поняла.

Из портала полезли тени.

Сначала одна, потом вторая, потом сразу пять. Бесформенные, скользящие над землей, с длинными когтистыми лапами и пустыми глазницами. Они издавали звук — не то шипение, не то плач.

Хэнс рванул вперед.

Роуз видела записи боев. Сотни записей. Она знала теорию идеально: угол атаки, слабые места, схемы уклонения. Но видео — это видео. А реальность…

Реальность была другой.

Хэнс двигался так быстро, что глаз не успевал следить. Он не сражался — он танцевал. Клинки сверкали, рассекая тени. Те рассыпались черным пеплом, но на их место лезли новые.

— Твою мать! — крикнул он, отскакивая от особенно крупной твари. — Роуз, за спину!

Она хотела возразить, но ноги сами понесли её к нему. Прижалась спиной к его спине. Он был горячий, взмокший, и от него пахло железом и потом.

— Их много, — выдохнула она.

— Я вижу, — рявкнул он. — Думай, профессор! Ты же умная! Слабое место!

Роуз лихорадочно перебирала в голове базу данных. Класс “Б”, теневые гончие. Питаются страхом. Уязвимы к свету, но солнечного нет. Уязвимы к…

— Серебро! — крикнула она. — Но мы и так используем серебро, им плевать! Что еще?

— Еще?

— Они… они боятся громких звуков! В стае они ориентируются на ультразвук!

Хэнс, не оборачиваясь, вытащил из кармана небольшую сирену. Нажал кнопку.

Визг разрезал воздух.

Тени замерли. Заметались. Потеряли строй.

— Работает! — заорал Хэнс и рванул к порталу.

Он влетел в багровое марево, и Роуз ахнула. Его не было несколько секунд. Вечность. А потом портал схлопнулся, как мыльный пузырь, и Хэнс вывалился наружу, весь в саже и крови.

— Живой? — подбежала Роуз.

— А ты как думала? — прохрипел он, пытаясь встать. — Бинты есть?

— В аптечке. Сейчас.

Она разорвала упаковку, прижала марлю к его боку. Хэнс поморщился, но промолчал.

— Глубоко? — спросила она.

— Царапина.

— Врешь. Я вижу.

— Ты вообще много видишь, — вдруг сказал он, глядя на неё снизу вверх. Лицо у него было грязное, уставшее, но взгляд… взгляд изменился. — Сирена. Как ты вспомнила?

— Я учила.

— Учила она… — Он усмехнулся, но без злости. — Ладно, профессор. Засчитано.

Роуз не знала, что ответить. Помогала ему замотать рану, чувствуя, как колотится сердце. То ли от адреналина, то ли от того, что он смотрел на неё так, как никто не смотрел.

— А говорил, не кричать, — вдруг сказала она.

— Что?

— Ты говорил: “Не кричи, когда увидишь монстра”. А я не кричала.

Хэнс моргнул. Потом расхохотался.

— Блин, профессор. Ты реально… — Он замотал голову. — Ладно, поехали. Кофе надо. И нормальной еды. И душ.

— Ты предлагаешь мне поехать с тобой в душ? — приподняла бровь Роуз.

— Чего? — он покраснел. — Я предлагаю поехать поесть, раздельно! Тьфу ты. Садись давай.

Она улыбнулась и надела шлем.

—

Глава 3. В которой отчеты пишутся кровью

Придорожная закусочная “У Макса”. Пластиковые столы, липкие меню, кофе из автомата. Райское место.

Хэнс ел бургер так, будто не ел неделю. Роуз сидела напротив, ковыряясь в салате, и пыталась заполнить отчет в планшете. Пальцы дрожали. Только сейчас, когда адреналин схлынул, она поняла, как близко была к смерти.

— Руки трясутся, — заметил Хэнс, жуя.

— Ничего не трясется, — буркнула она.

— Трясутся-трясутся. Я же говорил: на полигоне все стреляют, а в поле пальцы дрожат.

— Заткнись.

Он хмыкнул и откусил еще кусок.

Роуз смотрела в планшет, но видела перед собой другое: багровый портал, тени, и то, как Хэнс нырнул в это месиво. Один. Без страховки.

— Почему ты пошел один? — спросила она вдруг.

— Что?

— В портал. Почему не взял меня? Я могла помочь.

Хэнс отложил бургер. Посмотрел на неё долгим взглядом.

— Слушай, профессор. Я работаю один три года. И знаешь почему?

— Почему?

— Потому что напарники умирают.

Тишина. Только холодильник гудел и за окном проезжали машины.

— У тебя кто-то погиб? — тихо спросила Роуз.

Хэнс молчал долго. Так долго, что она уже решила — не ответит.

— Дима, — наконец сказал он. — Три года назад. Лучший друг. Я его не уберег. С тех пор — один. Так безопаснее.

— Для кого?

— Для всех.

Роуз смотрела на него. На его руки, сжатые в кулаки. На то, как дрогнула щека.

— А для тебя? — спросила она.

— Что?

— Для тебя это безопасно? Жить одному?

Хэнс усмехнулся горько:

— Профессор, моя безопасность — не главное.

— А чье главное?

— Ничье. Поэтому и один.

Она хотела что-то сказать, но не нашла слов. Вместо этого протянула ему планшет.

— Отчет. Ты должен подписать.

— Я не подписываю.

— Обязан.

— Слушай, — он вдруг подался вперед. — Там, в поле, ты была молодцом. Правда. Быстро сообразила про сирену. Но отчёты… Это не моё. Я убиваю монстров, а не бумажки заполняю.

— Если ты не заполнишь отчет, нам не выплатят премию за ликвидацию. И у меня будут проблемы.

— У тебя?— Меня прислали тебя контролировать. Если отчетов не будет, значит, я плохо работаю. Меня могут отозвать.

Хэнс замер.

— Отозвать?

— Ну да. Ты же этого хочешь? Чтобы я убралась?

Он смотрел на неё. Долго. Потом выдохнул, взял планшет и размашисто расписался внизу экрана.

— Довольна?

Роуз улыбнулась.

— Более чем.

— Ты странная, профессор.

— Почему?

— Радуешься какому-то отчету. А только что чуть не погибла.

— Я не чуть не погибла. Я была под защитой лучшего ликвидатора ГПК.

Хэнс поперхнулся кофе.

— Ты издеваешься?

— Нисколько. — Она убрала планшет в сумку. — Ты действительно лучший. Я видела записи. Но ты псих.

— Это не оскорбление?

— Это констатация факта. — Она встала. — Ладно, мне пора. Отчет скину начальству. Завтра в семь утра выезд на другой конец города, портал класса “В”. Заедешь за мной?

— Чего?

— Заедешь. Я адрес скину. — Она надела куртку. — И Хэнс?

— М?

— Спасибо. Что прикрыл.

И вышла.

Хэнс сидел и смотрел на дверь, за которой она скрылась.

— Твою мать, — сказал он пустой закусочной. — Кажется, я влип.

—

Продолжение следует…