Глава 3. Верные тени

Он уже приготовил ту самую льняную рубаху и крепкие сапоги, когда из тени дверного проема вышли две фигуры. Это были Марк и Лука — братья-близнецы, лучшие мечники гвардии и его друзья детства. Они выросли вместе, вместе сбивали колени в дворцовых садах и вместе учились воинскому искусству.

— Снова на выход, принц? И снова без нас? — Марк скрестил руки на груди, преграждая путь к потайной двери.

— Сева, если с твоей головы упадет хоть один рыжий волос, Изольда скормит нас своим гончим, — добавил Лука, усмехаясь, но в глазах его читалась истинная тревога.

Всеволод вздохнул и выпрямился. Он знал, что спорить с ними бесполезно.

— Я могу за себя постоять, вы же знаете. Я возьму свой меч, тот, что с простым эфесом. Я иду в деревню, там сейчас неспокойно из-за новых патрулей.

— Вот именно поэтому мы идем с тобой, — отрезал Марк. — Оденься попроще, мы тоже сменим плащи. Мы будем твоими тенями. Ты ведь знаешь, Всеволод, мы не просто охрана. Мы твои друзья. Если ты вляпаешься в историю, мы хотим быть рядом, чтобы вытащить тебя из неё.

Всеволод улыбнулся и кивнул. Он доверял им как самому себе. Спустя полчаса три тени бесшумно миновали крепостную стену и направились в сторону Красных Холмов.

На следующее утро, перед тем как уйти в деревню, Всеволод всё же явился на совет. Зал заседаний был полон угрюмых людей в тяжелых одеждах. Изольда сидела во главе стола, а казначеи один за другим зачитывали списки долгов.

— Мы не можем отменить налог на въезд, — кричал старый граф Торн. — У нас дыра в бюджете размером с городские ворота!

Всеволод встал. Его голос прозвучал спокойно, но твердо:

— Дыра в бюджете — это плохо, господа. Но дыра в желудках ваших подданных — это катастрофа. Если крестьянин не привезет товар, вы не получите даже того налога, который установили.

Он разложил на столе пергамент, который готовил всю ночь.

— Я предлагаю налог на роскошь. Каждый золотой кубок, каждая новая карета и каждый бал во дворце должны облагаться пошлиной в пользу армии. Оставьте в покое овощные лавки и телеги с сеном. Начните с себя.

В зале воцарилась мертвая тишина. Изольда посмотрела на брата с нескрываемым удивлением. Она не ожидала от него такой проработанной схемы. Казначеи начали шептаться.

— Это смело, брат, — тихо сказала Изольда после заседания. — Но это сделает тебя врагом всей знати. Ты готов к этому?

— Я готов быть врагом знати, если это сделает меня другом моего народа, — ответил Всеволод.

Он вышел из зала, чувствуя, что битва только началась. Теперь его путь лежал в Красные Холмы.

Всеволод понимал: если он хочет стать королем, за которого люди пойдут в огонь, он должен знать их жизнь не по отчетам казначеев, а по запаху пашни и мозолям на руках. Но сейчас он был просто Севой, который вел своих «братьев» по пыльной дороге в Красные Холмы.

Деревня встретила их лаем собак и запахом цветущих садов. Красные Холмы получили своё название из-за глинистой почвы, которая на закате казалась золотисто-багряной. Дом Томаса стоял чуть поодаль от остальных — крепкий, пятистенный, с резными наличниками, которые отец Риды мастерил долгими зимними вечерами.

Марк и Лука шли чуть позади, и Всеволод то и дело шикал на них:

— Да расслабьтесь вы! Не держите руки на эфесах, здесь не поле боя. И перестаньте смотреть на каждого гуся как на наемного убийцу!

— Привычка, Сева, — ухмыльнулся Лука, но всё же постарался придать лицу беззаботный вид.

Рида была в огороде. Когда она выпрямилась, вытирая лоб рукой, её огненные волосы вспыхнули под лучами заходящего солнца. Увидев Севу, она на мгновение замерла, а потом её лицо озарила широкая улыбка.

— Глядите-ка, «аптекарь» выжил! — крикнула она, бросая тяпку. — Я думала, тебя стража уже в кандалы забила за ту толкучку в городе.

Она подошла к калитке, быстро оглядывая его спутников. Марк и Лука поклонились ей — слишком вежливо для простых парней, но Рида лишь прищурилась.

— А это твои друзья? Тоже из аптеки? Больно уж плечистые для тех, кто порошки растирает. Скорее на вышибал из трактира похожи.

— Это Марк и Лука, мои старые товарищи, — быстро вставил Всеволод. — Мы вместе учились. Они… подрабатывают охраной караванов.

— Ну, заходите, раз пришли, — Рида открыла калитку. — Отец как раз затеял ужин. Будет простая похлебка, не обессудьте.