Глава 16

Маша спрыгнула на траву. Её новые сандалики мягко пружинили, а левая ножка работала идеально. Она сорвалась с места, и Джесси с радостным лаем помчалась следом. Глядя им в след, Андрей достал телефон и набрал номер старого друга из городской администрации.

— Алло, привет, это Андрей. Слушай, мне нужна помощь с документами на удочерение. Да, я серьезно. Маша. Три года.

Он замолчал, прикидывая даты в уме. Сначала хотел высчитать день её создания, отнимая те месяцы и дни, что она провела на свалке… Но потом посмотрел, как Маша смеется, пытаясь догнать овчарку, как развеваются на ветру её новые пепельные волосы.

— Нет, забудь про расчеты, — твердо сказал Андрей в трубку. — Она родилась заново сегодня. Пиши: 12 мая 2022 года. Да, сегодня её официальный день рождения. Завтра я приеду, подпишу все бумаги и заберу свидетельство. Она теперь моя дочь. По закону и по сердцу.

Закончив разговор, он почувствовал, как с души свалился огромный камень. Теперь Маша была защищена не только его стенами, но и государством. Никакая «Алина» или кто-то другой больше никогда не сможет заявить на неё права.

Он подошел к поляне. Маша, раскрасневшаяся и счастливая, подбежала к нему и обняла за колени.

— Андрей, здесь так много цветов! И никто не говорит, что я «сломанная».

— Потому что ты самая лучшая, Маша, — он поднял её на руки. — Поехали домой? Там тебя ждет еще один сюрприз.

Когда они подъехали к дому, на часах было ровно 15:00. Машины строителей уже уехали. Андрей подвел Машу к двери гостевой комнаты, которая теперь была закрыта.

— Открывай, — прошептал он.

Маша осторожно нажала на ручку, и дверь бесшумно отворилась. Она замерла на пороге, а её оптические датчики начали лихорадочно обрабатывать увиденное.

Комната была залита мягким солнечным светом. Вместо серого бетона свалки или холодного пластика лаборатории её окружали нежно-зеленые стены и светлая мебель. В центре стояла уютная кровать с высоким изголовьем и горой мягких подушек, на которых был изображен добрый рыжий пес, так похожий на Джесси.

Но больше всего Машу поразило другое. На открытых полках стеллажа, в идеальном порядке, стояли её «сокровища»: тот самый старый фонарик, отмытый до блеска осколок зеркала, медная проволока и даже пара чистых ржавых шестеренок, которые она нашла в свой первый месяц на помойке. Андрей не выбросил их — он признал их ценность.

Маша медленно прошла в центр комнаты, касаясь пальцами мягкого покрывала. Она обернулась к Андрею, её глаза мерцали от переизбытка эмоций. В её цифровом сознании сейчас происходила настоящая революция: программа «игрушки» окончательно стерлась, уступив место программе «ребенка».

— Это… всё моё? — прошептала она, и её голос был полон такого благоговения, будто она видела чудо. — У меня есть место… где меня не надо прятать?

Андрей подошел к ней, присел на одно колено и ласково взял её за руки.

— Да, Маша. Это твой дом. Навсегда.

Он посмотрел на часы — наступил вечер её первого официального дня в новой жизни.

— Машенька, дорогая, с днем рождения! — торжественно произнес он. — Сегодня твой праздник. И теперь каждый год в этот день мы будем праздновать то, что ты у нас есть.

Маша замерла. Слово «день рождения» раньше ассоциировалось у неё с болью , но теперь оно обрело новый, светлый смысл. Она бросилась к Андрею на шею, крепко обнимая его своими маленькими, теперь уже теплыми руками.

— Папа… — это слово сорвалось с её динамика само собой, без всяких команд или алгоритмов. Это был чистый порыв её искусственного, но такого живого сердца.

Андрей почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он прижал её к себе, а Джесси, стоявшая рядом, радостно гавкнула и запрыгнула на новую кровать, приглашая Машу к игре.