Глава 5 САНАТОРИЙ «ЭМО-ВОРТИКОН»: ПАНСИОН ДЛЯ ДОБРОВОЛЬНЫХ ПЛЕННИКОВ СВОЕГО МАЗОХИЗМА

Если Стона-Прайм была галактической помойкой, то Эмо-Вортикон — это пятизвёздочный курорт для эмоционального самоуничтожения, где за ваши же кредиты вас не просто грабили, а заставляли благодарить за возможность быть ограбленным, возводя враньё в ранг высокого искусства. Гравитация на планете была нестабильной, буквально отражая идиотизм местного пси-поля: сегодня вас придавливало к полу волной «душевной пси-близости», а завтра швыряло в потолок от внезапного «охлаждения магмы чувств». Это был не курорт, а полигон для испытания прочности ментальных щитов против самых изощрённых атак на чувство собственного достоинства.

Жемчужиной курорта была Каприция (в переводе с Lingua Galactica «Внезапный Каприз» — ОХУЕВШАЯ МОРДА, а по факту — «Ходячий Пси-Террорист в Плюшевых Тапочках»).

Эта особа была чёрной дырой в банном халате, чьё единственное предназначение — поглощать всё: внимание, финансовые активы, энергию, любые проявления заботы, не оставляя ничего, кроме чувства вины и опустошённости. Её пси-поле было сфокусированным оружием, специализирующимся на одном: превращении адекватных особей в эмоциональных зомби, добровольно таскающих ей ресурсы.

А начиналось всё достаточно красиво и даже «романтично»: долгие прогулки на природе, шашлыки под звёздами, поездки в далёкие деревни на краю галактики, душевные чаепития и шумные застолья с невероятными вкусняшками, совместные праздники, которые казались бесконечными.

Именно Каприция смогла научить АстраВегу в первый же поход в бассейн плавать. Вот это был талант! АстраВега, вдохновлённая этим, благодаря этому научила плавать Нову за одно занятие. И, увидев своими глазами, что это возможно, даже скептичный Торрин стал потихоньку за ними подтягиваться.

Помнились и безумно прикольные вылазки за пределы родной галактики, вкуснейшие обеды в межзвёздных кафе и то самое неповторимое ощущение свободы, которое они делили тогда на двоих.

АстраВега своим трудом и связями обеспечила Каприции, работавшей в школе малолетних гуманойдов, шикарный подручный практический материал — уникальные развивающие модули и голографические атласы. Каприция стала Учителем-Звездой, её уроки гремели на весь сектор. Позже АстраВега оказала ей всемерную поддержку при переходе в престижные галактические образовательные сектора и обеспечила таким же эксклюзивным материалом для частного репетиторства. Каприция стала профессионально расти, укреплять свои позиции и в итоге превратилась в деловую, финансово независимую особу. АстраВега из самых дальних галактик привозила ей дорогие, эксклюзивные подарки, подобранные с душой. АстраВега искренне наслаждалась тем, как положение её подруги стремительно менялось в лучшую сторону.

Но, как известно, деньги не портят человека — они его раскрывают. И начав богатеть, Каприция не просто изменилась — её требования к дружбе стали расти с неадекватной скоростью. В стремлении переплюнуть АстраВегу она стала скупать всё, чем можно было поживиться в галактике. Она ни с кем не хотела делиться — все блага, по её мнению, должны были принадлежать исключительно ей, как компенсация за обиду, нанесённую Вселенной ранней потерей матери.

Их дружба начиналась на одном материальном уровне. Позже благосостояние обеих подруг улучшалось, но муж Каприции умудрялся с завидной регулярностью пускать деньги на ветер. Его пожизненное кредо «главное — набить желудок» было стратегией тотального потребления без вложений в будущее. И постепенно АстраВега, чья Система была выстроена на разумном распределении ресурсов, стала неуклонно отрываться от Каприции в накоплении средств. Эта финансовая пропасть и стала тем трещиной, в которую хлынул яд зависти и ненасытности.

Тело Каприции, напоминавшее идеально сферический космический пончик, в её же искривлённой системе координат было не её проблемой, а очередным пунктом обвинения против АстраВеги. Она искренне считала, что её собственная шарообразная форма — это вина АстраВеги, которая, обладая иной конституцией, «своим ближайшим существованием подчёркивает её несовершенство». В её паразитической логике жертва была ответственна за ВСЁ: от космической пыли на иллюминаторе до количества щупалец и конфигурации собственного тела хищника. Рядом со стройной АстраВегой Каприция и впрямь смотрелась её прародительницей, что лишь подливало масла в огонь её вечного недовольства.

Её методы были отточены до автоматизма и подчинялись чёткому алгоритму, который АстраВега впоследствии внесла в реестр как «Протокол Ненасытности»:

☢ «Сдвиг целевых показателей»: вчерашний подарок в виде целой планеты сегодня считался «проявлением скупости» и «недостаточным вложением в симбиоз». Цель — создать у жертвы перманентное ощущение, что она ВСЕГДА должна больше, ВСЕГДА недостаточно старается.

☢ «Эмоциональный серфинг»: искусство создавать шторм в стакане воды, а потом требовать, чтобы партнёр построил дамбу. Малейшая попытка установить здоровые границы воспринималась как личное оскорбление и «охлаждение чувств».

☢ «Тактика выжженной земли»: если жертва пыталась сбежать, запускался протокол «ЖЕСТОКО БРОШЕНА». Все общие знакомые мгновенно получали пси-сообщение о том, какой вы монстр, бросивший хрупкое, ранимое создание на произвол судьбы.

АстраВега, движимая не только личным интересом, но и исследовательским долгом санитара галактики, продержалась в этом аду рекордные восемь звёздных лет. Она, как учёный-испытатель, вводила в систему Каприции различные «протоколы доброты», изучая её реакции. Она скармливала ей целые астероиды ресурсов, покупала ей планетоиды настроения и даже пыталась подарить собственную звезду. Результат: ноль. Аппетит чёрной дыры, как и прогнозировалось, рос пропорционально полученному. Каприция не просто не была благодарна — она требовала ещё. Её знаменитая фраза: «Если ты мне не подаришь Туманность Андромеды, значит, ты меня не любишь по-настоящему!» стала для АстраВеги сигналом: система показала свою истинную, тоталитарную природу.

Именно тогда АстраВега совершила гениальный манёвр — «Тактический Гиперпрыжок с Полным Разрывом Дипломатических Шумов».

АстраВега не просто ушла, а разорвала контакт со скоростью света, выставила Каприции детализированный счёт за потраченные нервные клетки и ресурсы, преобразовав эмоциональный ущерб в холодные, объективные цифры (сумма была астрономической), разослала во все соседние системы зашифрованный пакет данных с классификацией Каприции как «эмоционального стихийного бедствия IX уровня» и подробным разбором её манипулятивных методов.

Это не помешало Каприции через цикл попытаться вернуть «стабильного энергетического донора», прислав сообщение: «Я простила тебя. Вернись, мы всё исправим». На что АстраВега вежливо ответила: «Ваша вакансия на должность «источника бесконечных ресурсов и терпения» закрыта. Рекомендую обратиться в местную чёрную дыру — у неё аппетит скромнее».

Однако выход из поля тяготения Эмо-Вортикона не стал мгновенным исцелением. АстраВега оказалась в состоянии «пост-токсического отката»: её психика, привыкшая к постоянному давлению, металась в пустоте, а её «Сенсор Квантовой Сущности» требовал перекалибровки. Целых два звёздных года ушло на то, чтобы просто прийти в себя, отлежаться в доке и понять, что гравитация может быть постоянной, а воздух — не обжигать лёгкие.

Именно в этот момент проявила себя Вектра — инженер-стратег, чья психика не знала слова «невозможно». Видя состояние АстраВеги, она не пыталась её жалеть или взывать к трезвости разума. Вместо этого она применила тактику «Целевого Встряхивания» — контролируемое агрессивное воздействие для перезагрузки воли к существованию. Она вломилась в её убежище с чертежами нового модифицированного ионного двигателя и заявкой на срочный контракт, заявив: «Хватит этого нытья! Вселенная разваливается, а ты тут устраиваешь спа-день. Бери паяльник, у нас работа». Это был грубый, прямой и единственно верный удар по Системе саморазрушения. Встряска сработала. Это был первый, решающий шаг к сборке Системы, в которой Вектра навсегда заняла место Тактического Оператора. Иногда, чтобы вернуть звезду к свечению, иногда требуется не подпитка, а удар одной гравитационной волны о другую, более мощную звезду, импульс жёсткой мотивации от доверенного агента.

Мораль: нельзя ублажать ненасытного. Его можно только покинуть, предварительно выставив ему счёт за испорченные нервы. Иногда самое сильное оружие — это не ответный удар, а просто уход, громко хлопнув дверью, и разослав всем соседям инструкцию, как не стать следующей жертвой.

Терпение — не всегда добродетель, иногда это — ловушка, где душа медленно ржавеет, пока таксоны пьют её Свет. Менять место — не бегство, а квантовый прыжок из системы, где тебя считали ресурсом, в реальность, где ты — созидатель.

АстраВега не терпела, а выбирала, не ждала — она уходила. И каждый её уход был не поражением, а апгрейдом собственной вселенной. Иногда нужно не ждать у моря погоды, а запускать собственный звездолёт!

Вывод: таксон типа «Каприция» не поддаётся перевоспитанию. Единственная эффективная тактика — полный карантин, предупреждение остальных и тотальное, беспощадное игнорирование. Помните: ваши ресурсы принадлежат вам, а не каждой психованной императрице в банном халате, которой взбрело в голову, что вселенная ей что-то должна.

Цитата из «Хроник Акаши», глиф безразличия:

«Мало — плохо,

Много — плохо…

Середины не найти…

Лишь тот, кому всё пофиг,

Ступает по верному пути».

Это и есть путь не героя, а санитара.