Карьера

Ван Хиань ударился ногой обо что-то твердое под водой и удивлённо вскрикнул.

Потом вспомнил, какие тут только что были твари, и собрался было заорать от ужаса, но волна плеснула прямо в лицо, и он закашлялся. А когда протер глаза, то обнаружил, что прямо под ним поднялось из под воды что-то… большое, твердое. Покрытое зелёной крупной чешуей, с большими рогами выше человеческого роста.

Синь Минг барахталась в воде рядом и глядела на поднявшееся существо со странным выражением на лице. Ван Хиань никак не мог понять — ужас? Вроде, нет…

Но тут существо снова погрузилось, волны плеснули и принесли девушку прямо к Ван Хианю.

Он протянул ей руку, она ухватилась, и вскоре они оба стояли, придерживаясь за огромный рог. На лице Синь Минг было все то же выражение — то ли восторга, то ли ужаса, то ли благоговения.

— Это дракон! — сказала она Ван Хианю. — Ао Гуан!

Тут чудовище, на котором они стояли, снова зашевелилось, и она опустилась на колени, чтоб удержаться. Ван Хиань вцепился крепче в рог.

— Д… д… дракон? — спросил он, ощущая, как ветер пронизывает мокрую одежду холодом. То ли от холода, то ли от страха и возбуждения у него сводило челюсти, и слова приходилось выдавливать из себя.

— Дунхай Лунван Ао Гуан — сказала Синь Минг, которая и сама только читала про это существо, — Дракон, владыка моря!

Дракон вдруг вздохнул, шумно и мощно, и вокруг них поднялся туман.

Непроницаемый и густой.

А когда он немного развеялся, они увидели, что находятся в небольшой беседке.

Небольшой столик в середине. Несколько циновок на полу. И на невысоком кресле — старичок с немыслимо длинной бородой.

Старичок, видимо хозяин, молча залил чайник.

Синь Минг молча подошла к столу и низко поклонилась. Старичок нахмурился, коротко кивнул и чуть шевельнул ладонью в сторону циновки.

Ван Хиань не видел лица девушки, но чувствовал, что она напряжена и боится сделать неверный шаг.

Синь Минг села на циновку и Ван Хиань тоже шагнул вперед.

Поклонился. Чувствовал он себя при этом полной деревенщиной — движения скованные, неуклюжие. Как кланяться — он и представления не имел. Он никогда не видел близко никого больше хозяина отеля… Хотя, он же говорил с Шан Шен Лю…

Ван Хиань запутался, и только растерянно смотрел по сторонам.

На столе стояла большая глиняная чаша, которая смотрелась здесь, на столе чуждо и странно. Не бронза, не благородный фарфор… обычная глина.

В чаше была налита вода, над водой клубился туман. Сквозь туман он вдруг заметил маленький катер.

Катер стремительно мчался по кругу, а следом кипели-кишели какие-то твари.

Даже странно — катер совсем маленький, к тому же в тумане, но видно было отчетливо каждую деталь.

Сюань Сян сжалась у стены каюты, ее хвосты промокли и висели жалкими веревочками.

Оскаленная Линкиу смотрела назад, на преследователей, и только шипела сквозь зубы. От ее распушенных хвостов разлетались во все стороны искры, которые превращались то в птиц, то в бегущих по волнам лис, то в клочья тумана.

В рубке Ху Яо вцепился в штурвал. Движения короткие, четкие. Катер, повинуясь рулю то уклоняется от очередного чудовища, то ныряет в просвет между тварями…

Ван Хиань даже подумал, что если б дело не было в глиняной миске, Ху Яо с Линкиу вырвались бы. Ушли бы.

Слаженные, аккуратные…

— Корзина, — пробормотал он едва слышно, — корзина со змеями…

Хозяин в это время слил воду прямо на пол. Вода превратилась в струйку тумана и утекла наружу.

Густой туман окружал беседку…

Хозяин глянул на Ван Хианя.

— Корзина? — спросил он. Ван Хиань даже не понял, что заговорил именно старикашка перед ним — голос был таким густым и глубоким, словно заговорила вся беседка, туман вокруг нее, море вокруг.

— Простите, господин, — сказал Ван Хиань, — я невежественен и…

— Расскажи про корзину, — сказал старичок.

Он налил в маленькую чашечку и подал двумя руками Ван Хианю. Тот растерянно кивнул, протянул руки навстречу, принял чай, чуть не уронил его, но удержал.

Растерянно оглянулся на Синь Минг. Та кивнула, мол, говори.

— Наши друзья, — сказал он, глядя, как старичок неспешно наливает вторую чашку. — Это образ, господин. Сравнение. Они собрались мстить…

— Сравнения коварны, — сказал старичок и подал чашку Синь Минг. Та тоже приняла чашку двумя руками. Ван Хиань заметил, что руки девушки чуть подрагивали, но двигалась она намного изящнее, чем он. — В сравнениях можно не заметить истинного смысла — как лису в зарослях.

Ван Хиань кивнул. Он собрался было отпить чай — раз уж его подали, но заметил, что Синь Минг торопливо качает головой. Он остановился, не зная, что делать дальше.

— Как скажете, господин, — сказал он. — Только про этих лис мы знаем, если вы про них. Они хорошие, хоть и играют в злых. Госпожа Сюань Сян вылечила старого даоса…

Хозяин едва заметно улыбнулся и поднес чашку к губам. Отпил немного, поставил на стол.

Синь Минг тоже подняла чашку и немного отпила.

Ван Хиань понял, что теперь пить можно. А может быть, даже нужно — поди, разберись в этих ритуалах!

Он поднес чашку к губам, отпил. Чай оказался очень крепким и бодрящим. Но он чувствовал, что второй глоток можно будет сделать немного позже.

— Даос? — переспросил старичок и глянул на Синь Минг.

Ван Хиань тихонько перевел дух — кажется, дальше экзамен держать придется девушке, а она все же обучалась всякой магии!

Синь Минг сделала движение встать, словно собиралась докладывать начальству, но осталась сидеть.

— Мастер Алого Лотоса, — сказала она. — Мы уверены, что на него было совершено покушение, его лишили сил. Лиса помогла избавиться от печатей.

— И еще, она вливала в него силу, — перебил Ван Хиань, и тут же смутился, забормотал совсем тихо, — ну, чтобы он… ну… не… ничего не случилось… плохого…

— И хотела подкрепиться после, — добавил хозяин с улыбкой.

— Она спросила разрешения, — ответил Ван Хиань. — Я знаю, что она лиса и знаю, что она не причинит мне слишком большого вреда.

— Ты веришь, что она не причинит вреда, — поправил хозяин.

— Я верю ей, — согласился Ван Хиань.

Старичок снова отпил немного чаю из своей чашки.

Синь Минг и Ван Хиань одновременно отхлебнули из своих.

Ван Хиань снова глянул в чашу в середине стола.

Там катер по-прежнему мчался по кругу.

На лице Ху Яо было отчаяние — кажется, он понял, что берег не приближается, что они движутся по кругу.

Линкиу почти висела на фальшборте, Сюань Сян подползла и обняла ее. Их хвосты переплелись, но иллюзии разлетались от них намного, намного реже и слабее. Теперь это были лишь сгустки тумана.

Шан Шен Лю непослушными руками пытался свернуть из обрывка бумаги какую-то фигуру, но после операции пальцы не гнулись, замотанные бинтами.

Ван Хиань снова перевел взгляд на хозяина.

Тот улыбнулся.

— В Алом Лотосе беда, господин, — сказала Синь Минг. — Мы и наши верные помощники пытаемся справиться с этим.

— Верные помощники? — переспросил старичок.

Синь Минг кивнула, явно стараясь вложить в свой жест максимум уверенности и убедительности.

— Да, — сказала она и посмотрела прямо на хозяина.

— Давайте посмотрим, — сказал хозяин и сделал еще один приглашающий жест рукой.

Ван Хиань таки не понял, откуда они взялись.

Сюань Сян и Линкиу упали прямо на пол беседки в паре шагов от стола.

Ху Яо оказался стоящим у стены, на миг он вцепился в перила беседки, потом оглянулся со страхом и недоумением.

Сюань Сян поднялась на четвереньки, потрясла головой. Руки начали расползаться и она чуть не упала снова. 

Потом она протянула руку, схватила чайник и отпила прямо из носика.

Линкиу глянула на хозяина с ужасом.

Сюань Сян тоже глянула туда же, на миг сжалась…

— Мать твою… — прошипела она.

Хозяин невозмутимо показал новым гостям на циновки.

Ван Хиань обнаружил, что циновок стало больше.

Первым сел Шан Шен Лю.

Вторым — Ху Яо.

Сюань Сян стояла на четвереньках, ее юбка непристойно задралась и пять промокших хвостов свисали как облезлые веревки. Выглядела она так, словно ожидала немедленной казни, которая почему-то никак не приходила.

Линкиу поклонилась хозяину и села на циновку. Едва слышно тявкнула по-лисьи.

Сюань Сян кивнула, не вставая, на четвереньках прошла к оставшейся циновке и села на нее. Поправила юбку, выпрямилась.

Хозяин вдруг засмеялся и показал на чайник.

— Наливайте себе сами, — сказал он, — раз уж мы нарушили церемонию, то пусть все будет по-домашнему!

Шан Шен Лю удивленно поднял брови, но кивнул — поклонился.

Ху Яо открыл рот что-то сказать, но посмотрел на Шан Шен Лю и остался молчать. Налил чай себе и сел.

— Позвольте вам помочь, — сказала Линкиу и налила чай в чашку даоса. Тот неуклюже попытался взять ее перебинтованными руками, но без помощи лисы не получилось.

Линкиу поднесла ему ко рту чашку и с опаской покосилась на хозяина — не нарушила ли она какой-то ритуал? Но хозяин только улыбался.

Несколько минут все пили чай в тишине.

Потом хозяин вдруг заговорил:

— Мои подданные жаловались на Алый Лотос. Говорят, маги притесняют их. Нарушают вековые договоры, требуют послушания и покорности.

Шан Шен Лю отпил из чашки, потом кивнул.

— Вы правы, — ответил он. — В моем хозяйстве нет порядка. Человек, что пришел к нам как гость, чарами и коварством захватил власть…

— Нет, — строго сказал хозяин. — Скажи мне правду. Почему так вышло?

Шан Шен Лю вздрогнул всем телом, потом обмяк, съежился.

— Вы правы, — повторил он. — Недостойно мудрого прятаться за словами. Я виновен в этой глупости — я приучил своих людей к тому, что я начальник, и я все решаю. И когда меня поразили чары предателя — некому было меня подхватить. Кроме этих лис.

Лисы удивленно подняли головы и смотрели на Шан Шен Лю.

Тот смотрел только на хозяина.

А хозяин улыбался.

— Мои подданные помогут вам, — сказал он. — Кажется, Обитель Лотоса — на острове?

Шан Шен Лю кивнул.

Ван Хиань моргнул…

И обнаружил, что они снова на борту катера.

И море вокруг по-прежнему кишело тварями… 

Здоровенный морской змей с черной чешуей и метровыми зубами поднялся над водой и посмотрел прямо на пассажиров катера.

— Вот это здорово вы устроили нам погоню! — сказал он, и в его голосе отчетливо слышался восторг.

Чудища вокруг согласно забулькали, забормотали, захлопали плавниками.

— Если б не чары Цзюэ-Гуна, вы бы ушли от нас! — продолжил змей. — И, клянусь своими плавниками, для меня честь знакомство со столь отважными и ловкими моряками!

— Кажется, мы повысили свой статус, — пробормотала Синь Минг, — от закуски до отважных моряков… неплохая карьера!