Глава 34. ПУТЬ К БОГУ ЧЕРЕЗ БЛАГОДАРНОСТЬ

«Если я благодарен в любой ситуации, что со мной происходит, — это реальное видение Бога. Увидеть Бога лицом к лицу — это ответственность. Сначала мы должны научиться не оскорблять проявления Бога. Мы подходим к Богу постепенно, развивая свою благодарность. Когда мы будем благодарны за всё — за болезни, старость, смерть, — тогда будем готовы увидеть Бога лицом к лицу. А сейчас мы благодарны за хорошую погоду и зарплату», В.О. Рузов.

В Кали-Югу, где тамас (гуна невежества) застилает глаза, а Майя шепчет: «Ты сам по себе, никто тебе не поможет», — самый первый, самый простой и одновременно самый трудный шаг к Богу удивительно банален. Он не требует гималайских пещер, многолетних постов или сложных мантр, которые надо заучивать с учителем. Первый шаг — это благодарность. Не клятва в вечной преданности, не обещание «исправиться», не торг «сначала увижу, затем поверю», а просто остановиться и сказать: «Спасибо».

Сатьявати сначала казалось, что благодарность — это для тех, у кого всё хорошо, кто сыт, здоров, богат и любим. А как благодарить Его тому, кто с детства получал ремнём, чей брат воровал её игрушки, чья мать не верила в её способности, кто лишился половины зрения, кто вытаскивал себя из депрессии с расчёсанной до болячек головой? За что благодарить? За боль? За унижения? За предательства?

И только пройдя через всё это, выйдя на другой берег и оглянувшись, она прониклась главным: благодарить нужно не за обстоятельства, а за то, что в этих обстоятельствах ты не пропал, не ожесточился, не превратился в такое же чудовище. За то, что Он был рядом, даже когда казалось, что никого нет. За то, что каждый жизненный удар был не наказанием, а процедурой. За то, что атмана (душа), пройдя сквозь огонь, не сгорела, а закалилась.

Сатьявати поняла тогда: всё, что она называла «своим» — стержень, ум, способность не сломаться, — на самом деле не принадлежало ей. Это было одолжено свыше. И чем крепче она цеплялась за эту иллюзию собственности, тем тяжелее становилась её ноша. Освобождение пришло, когда внутри зазвучало простое знание: «Смирение — это не слабость. Смирение — это всегда помнить о том, что в этом мире ничего моего нет», В.О. Рузов (Патита Паванадас). И тогда каждое «спасибо» перестало быть ритуалом и стало дыханием.

Практика благодарности, которую Сатьявати ввела для себя незаметно, без помпы, началась с малого: просыпаться утром со «спасибо за ещё один день», пить чай со «спасибо за прекрасный вкус», смотреть на солнце со «спасибо за свет», пообщаться с Дхритарой со «спасибо за то, что есть этот тихий, надёжный человек рядом», звонить Дивье со «спасибо за её голос». Постепенно, как капли, наполняющие сосуд, эти «спасибо» меняли её внутреннее состояние. Она переставала фокусироваться на том, чего нет, и начинала видеть то, что есть. А этого есть оказалось много, и даже очень много.

Как сказал один древний правитель Цезарь, чьё имя знали даже на Терра-Прим: «Важные дела нужно совершать, а не обдумывать их бесконечно». Сколько людей в Кали-Югу бесконечно обдумывают свою жизнь: анализируют травмы, пережёвывают обиды, строят теории о том, «почему всё так плохо» и «кто виноват». Они могут годами ходить к психологам, читать умные книги, рассуждать о карме и самскарах (отпечатки ментальные). Но всё это остаётся просто теорией, красивой, умной, но мёртвой, потому что за ней нет действия. Сатьявати же не стала обдумывать благодарность. Она просто взяла и начала благодарить каждое утро, каждый вечер, за каждую мелочь, понимая, что действие — это единственное, что отличает живое от мёртвого. Можно бесконечно размышлять о том, как стать счастливым, но счастье придёт только тогда, когда ты сделаешь первый шаг, даже если этот шаг — простое «спасибо» в пустоту.

И тогда случилось чудо — не громкое, не с хлопками и фейерверками, а тихое, почти незаметное. Чем больше Сатьявати благодарила, тем меньше ей хотелось жаловаться. Чем меньше она жаловалась, тем больше в её жизни появлялось поводов для благодарности. Круг замыкался в спираль восхождения. Благодарность притягивала новые дары, не потому, что Бог торгуется («отблагодари — дам ещё»), а потому, что благодарное сердце открыто, а открытое сердце — это сосуд, который можно наполнить. Закрытое, обиженное, вечно недовольное сердце — всё равно, что опрокинутая чаша: сколько ни лей — пустота останется пустотой.

Сатьявати вспоминала своих «неблагодарных» из своего окружения. Раджа-Мата никогда не была благодарна по-настоящему, и даже получая подарки, тут же сравнивала их с чужими и находила повод для обиды. Вриттасур считал, что мир ему уже должен. Майявати была неспособна на благодарность в принципе, ибо для неё любое добро было не даром, а авансом, который надо отрабатывать. И все они остались у разбитого корыта, с пустыми руками, с пустыми сердцами, потому что закрытая чаша не наполняется.

Сатьявати вывела для себя формулу, которая стала её внутренним компасом:

Благодарность — это мост между «я сам» и «Он есть».

Пока ты обижен — ты один.

Как только поблагодарил — ты не один.

И дальше, с этого моста, уже видны следующие шаги. Не все сразу, не по инструкции, а постепенно, как утренний туман рассеивается, открывая дорогу. Кому-то откроется мантра, кому-то — писания, кому-то — просто Тишина, в которой слышно Его дыхание. Но без первого шага — без благодарности — остальные не имеют смысла. Ибо тот, кто не умеет сказать «спасибо» за хлеб насущный, не сможет принять и Царствие Небесное. Не потому, что Бог жаден, а потому, что неблагодарное сердце — это запертая дверь. А через запертую дверь не входят, даже если сам Бог стучится.

Сатьявати не стала святой. Она так же иногда раздражалась, уставала, спорила, переживала за Дивью. Но внутри неё поселилась новая привычка — искать повод для благодарности даже там, где, кажется, одни шипы. И однажды она обнаружила, что шипы — это просто розы, которые ещё не распустились. Или розы прошлой жизни, которые она, не рассмотрев, назвала шипами. Не важно. Важно, что благодарность стала не ритуалом, а естественным дыханием. Вдох — осознал, выдох — поблагодарил, и в этом простом цикле, без лишних слов, без позы, без театра, она наконец-то почувствовала: Он здесь, Он всегда был здесь. Просто не нужно громко шуметь.

Кали-Юга не закончилась. Но для Сатьявати она перестала быть тюрьмой. А началось всё с малого. С того самого утра, когда она, проснувшись, вместо привычного «опять этот день» вдруг сказала: «Спасибо за то, что есть этот день. За то, что я есть. За то, что Ты есть. Спасибо». И мир, который казался помойкой Мритью-Локой, вдруг заискрился миллионами мелких чудес, которых раньше она просто не замечала.

Попробуйте и вы, прямо сейчас. Не завтра, не с понедельника, не когда «накоплю на курс по духовному развитию». Остановитесь, вспомните три вещи — любые, самые простые, — за которые вы можете сказать спасибо, вслух или про себя, неважно, просто скажите. А потом замечайте, что начнёт происходить. Не сразу, не фейерверком. Но тихо, незаметно, неумолимо ваша жизнь начнёт поворачиваться к вам той стороной, которую вы раньше не видели, потому что благодарность — это не магия, благодарность — это открытие глаз. А когда глаза открыты, даже в Кали-Югу можно увидеть Бога, и не в обличье старика на облаке, а в улыбке прохожего, в вовремя пришедшей помощи, в случайной фразе, которая вдруг оказалась ответом на многолетний вопрос. 

«Просто начните благодарить за всё, даже за то, что вы — человек. Редчайшая возможность в этом мире — родиться человеком — шанс из 8400000», В.О. Рузов (Патита Паванадас). 

Бог не прячется, Он ждёт, когда мы перестанем ныть и наконец оглядимся вокруг с благодарностью. И тогда каждый сам решает, идти дальше или остаться. Но шаг уже сделан, первый, самый важный.