Глава 7: Война тишины

Слухи о «Слушателях» расползались по городу быстрее, чем Тим успевал их отслеживать. Кто-то говорил о них с благоговением — «ангелы, которые забирают боль». Кто-то с опаской — «секта, которая крадёт души». Кто-то с ненавистью — «они вмешиваются в естественный порядок вещей».

Последних становилось всё больше.

Артур впервые столкнулся с ними лицом к лицу через месяц после инцидента со сборщиком. В особняк ворвалась группа людей — человек двадцать, с плакатами, с злыми лицами, с криками. Они вломились через парадную дверь (Георгий уже поставил нормальный замок, но его выбили плечом) и заполнили холл.

— Вон отсюда! — орал их предводитель, толстый мужчина с красным лицом. — Вы оскверняете память мёртвых! Вы не даёте им покоя!

— Мы даём им покой, — спокойно ответил Артур, выходя в центр холла. — Мы помогаем им уйти.

— Враньё! Вы забираете их силу! Вы пользуетесь ими! Мы требуем закрыть ваше логово!

Толпа загудела, задвигалась. Кто-то уже замахивался палкой на Клавдию Петровну, стоявшую в дверях своей комнаты.

— Стоять! — голос Артура прозвучал как удар хлыста. В нём было что-то от старого Хранителя — властное, не терпящее возражений. — Вы пришли сюда кричать. Хорошо. Кричите. Но троньте кого-то из моих людей — и я вышвырну вас отсюда так, что костей не соберёте.

— Ты? Один? Против нас? — рассмеялся толстяк.

— Я не один, — Артур указал на дверь. За спинами протестующих стояли слушатели. Лёня с гитарой (странное оружие, но в его руках она звучала так, что у толпы закладывало уши). Света, бледная, но с горящими глазами. Клавдия Петровна, вышедшая из комнаты с удивительным достоинством. И Алиса.

Алиса вышла последней. Маленькая, в своём зелёном платье, с косичками. Она встала рядом с отцом и посмотрела на толпу.

— Здравствуйте, — сказала она просто.

И толпа замерла.

Потому что за её спиной, в воздухе, начали проступать силуэты. Десятки, сотни. Эхо, которые ещё не ушли. Они не были страшными — они были печальными, усталыми, ждущими. Они смотрели на протестующих и молчали.

— Они не злые, — сказала Алиса. — Они просто устали. Им нужна помощь. А вы кричите и мешаете им уходить. Это нехорошо.

Предводитель толпы побледнел. Его люди попятились.

— Это… это фокусы, — пробормотал он. — Гипноз.

— Нет, — покачала головой Алиса. — Это правда. Вы тоже можете их увидеть, если захотите. Только не бойтесь. Они не кусаются.

Один из протестующих, молодой парень, вдруг охнул и прижал руку к груди.

— Я… я вижу, — прошептал он. — Там, у стены… женщина в белом… она плачет.

— Это Нина Петровна, — сказала Алиса. — Она умерла в этом доме пятьдесят лет назад. Ждала сына с войны. Он не вернулся. Она всё ждёт. Мы пытаемся ей помочь, но она очень крепко держится за надежду.

Парень шагнул к стене, протянул руку.

— Бабушка… — прошептал он. — Бабушка Нина? Это я… Коля… твой правнук.

Женщина в белом вздрогнула, повернулась. И медленно, неверяще, поплыла к нему.

— Коленька? — прошелестел её голос. — Ты… ты вернулся?

— Вернулся, бабушка. Ты можешь идти. Все свои уже там. Ждут.

Она улыбнулась сквозь слёзы и растворилась в воздухе, оставив после себя только лёгкое, тёплое дуновение.

В холле стало тихо. Протестующие стояли, опустив плакаты. Многие плакали.

— Простите нас, — вдруг сказал толстяк-предводитель. Голос его сел. — Мы не знали… мы думали…

— Вы боялись, — сказал Артур. — Это нормально. Неизвестное всегда пугает. Теперь вы знаете. Что будете делать?

— Я… я хочу помочь, — сказал парень, который узнал бабушку. — Если можно. Я не умею, как вы. Но я могу… носить вещи. Убирать. Помогать по хозяйству.

— И я, — сказала женщина из толпы. — У меня сын погиб в аварии. Я всё время чувствую его рядом. Может, вы и ему поможете?

— Поможем, — кивнула Клавдия Петровна, выходя вперёд. — Приходите завтра. Расскажете.

Так протестующие превратились в помощников. А городская молва сменила гнев на уважение.

Но не все были так добры.

Через неделю после того случая Артура вызвали в мэрию. Георгий сопровождал его как юрист и спонсор.

— У нас проблемы, — сказал чиновник, немолодой мужчина с усталыми глазами. — На вас поступила жалоба. От церкви. Говорят, вы занимаетесь оккультизмом. Отвлекаете паству.

— Мы занимаемся помощью, — спокойно ответил Артур. — Тем, кто застрял между мирами. Это не оккультизм. Это… психология. Если хотите.

— Психология мёртвых? — усмехнулся чиновник. — Звучит не лучше.

— Закон не запрещает помогать людям, — вставил Георгий. — У нас официально зарегистрированная НКО. Все документы в порядке.

— Документы — да. Но есть ещё общественное мнение. Церковь имеет вес. Если они поднимут шум…

— Мы не будем шуметь, — сказал Артур. — Мы будем делать своё дело. Тихо. Как делали всегда. Если кто-то хочет нам помешать — пусть приходит и смотрит сам. Убедится, что мы не делаем ничего плохого.

Чиновник задумался. Потом кивнул.

— Хорошо. Я поговорю с ними. Организую встречу. Вы сможете прийти и объяснить?

— Сможем.

Встреча состоялась через три дня в здании епархии. Артур взял с собой только «Камертон» и Алису. Майя была против, но Алиса настояла.

— Они должны увидеть, пап. Не только услышать.

В кабинете архиерея было душно. Пахло ладаном и старыми книгами. За столом сидели трое: сам владыка, пожилой священник с добрым, но цепким взглядом, и молодой дьякон с блокнотом.

— Рассказывайте, — сказал владыка. — Что вы делаете? И зачем?

Артур рассказал. О поле, об эхо, о «Камертоне», о слушателях. О том, как они провожают. О сборщике, которого они встретили. Об Алисе.

Владыка слушал молча, не перебивая. Когда Артур закончил, он долго смотрел на них. Потом перевёл взгляд на Алису.

— Девочка, подойди.

Алиса посмотрела на отца. Тот кивнул. Она подошла к столу.

— Ты видишь их? — спросил владыка. — Тех, кто ушёл, но не до конца?

— Вижу, — просто ответила Алиса. — И слышу. Они приходят, когда им нужно.

— И что ты чувствуешь?

— Разное. Иногда грусть. Иногда страх. Иногда — радость, когда они уходят.

Владыка вздохнул.

— Знаешь, в нашей вере есть понятие «мытарства». Испытания души после смерти. То, через что она проходит, прежде чем обрести покой. Мы верим, что молитвы живых помогают душам пройти эти испытания. Вы… вы делаете то же самое. Только по-своему.

— Вы не против? — спросил Артур.

— Против? — владыка усмехнулся. — Я бы хотел, чтобы таких, как вы, было больше. Но… — он посмотрел строго, — будьте осторожны. Не всё, что приходит, чисто. Есть и тёмные. Вы уже встречали такого.

— Встретили. И проводили.

— Хорошо. Но их будет больше. Чем больше вы помогаете, тем больше тёмных будет приходить, чтобы помешать. Вы готовы?

— Мы готовы.

Владыка встал, подошёл к Алисе, положил руку ей на голову.

— Благословляю тебя, дитя. И всех вас. Делайте своё дело. А мы… мы поможем, чем сможем.

Так у них появился ещё один союзник. И ещё одна война — впереди.