Глава 10. Воссоединение

В три часа утра здание штаб-квартиры казалось монолитом, высеченным из обсидиана. Свет никогда не гас только на верхнем этаже — там, где принимались решения, о которых не пишут в учебниках истории. Кабинет был вызывающе пуст: ни картин, ни личных вещей, только стерильно чистый стол и два ноутбука, чье мерное гудение было единственным звуком в этой мертвой тишине.

Мужчина у панорамного окна смотрел на спящий город, сцепив руки за спиной. В отражении стекла его лицо казалось маской из холодного мрамора.

— Куратор подтвердил закрытие позиции, — негромко произнес помощник, застыв у двери в тени. Он не смел переступать невидимую границу света. — Официальная версия готова: техногенная авария, взрыв при транспортировке горючего. Семьям уже начали рассылать уведомления о страховках.

— А реальность? — Мужчина не обернулся, его голос прозвучал сухо, как хруст льда.

— Концы в воду. Сектор «Аванпост-4» выжжен до основания. Весь архив, способный скомпрометировать наши контракты на юге, уничтожен физически. Ни документов, ни жестких дисков. Весь персонал объекта официально числится погибшим.

Человек у окна медленно обернулся. В его взгляде не было ни жалости, ни торжества — только холодный расчет игрока, закончившего партию.

— Грязно, — констатировал он, едва заметно поведя плечом. — Но эффективно. Что со связью?

Помощник чуть замялся, его пальцы нервно дернулись вдоль шва брюк.

— Связь с нашим агентом пока не восстановлена. После фиксации точки на «Магистрали» сигнал пропал. Мы работаем над этим, сэр. Пытаемся вычленить его из городского шума.

— Работайте быстрее, — бросил он, не отрывая взгляда от одного из мониторов. — Мне нужен этот отчет до заката.

— Есть.

Помощник бесшумно исчез за дверью.

* * *

В зале мониторинга «Магистрали» царил полумрак. Дежурный связист, пристроив подбородок на ладонь, лениво наблюдал за пульсацией зеленых огней на секторе «Аванпост-4». Это была его любимая часть смены — тишина, нарушаемая лишь мерным писком датчиков.

Внезапно писк оборвался. Один за другим зеленые маркеры на экране стали менять цвет на серый.

— Что за чертовщина… — пробормотал дежурный, выпрямляясь. — Сорок четвертый, прием. У меня выпадение сигнала по всей южной ветке. Датчики движения, телеметрия, аудио — все «легло». Проверьте питание.

В ответ из динамиков донесся странный белый шум, сквозь который пробивался звук, похожий на далекий, глухой хлопок. А следом — тишина, такая плотная, что у дежурного заложило уши.

— Сорок четвертый? — он прибавил громкость.

— «Объект 4» переведен в режим «Архив», — раздался в наушниках голос. Он был лишен всяких интонаций, словно слова генерировала машина. — Подтвердите удаление сегмента из активной карты.

Дежурный замер. Его пальцы зависли над клавиатурой.

— Какое удаление? У меня в журнале…

— В вашем журнале — ошибка, — так же ровно перебил голос. — В «секторе 4» произошел объемный взрыв газовой смеси. Температура в эпицентре исключает выживание биологических объектов. Зачистка территории завершена.

— Да какая зачистка?! — дежурный сорвался на крик, чувствуя, как по спине пополз липкий холод. — Я же видел их минуту назад!

— Вы видели системный лаг, — голос стал чуть тише, и от этого в нем прорезалась стальная, едва уловимая угроза. — Посмотрите на экран еще раз.

Дежурный поднял глаза. На мониторе происходило нечто невозможное. Код, прописывающий существование Аванпоста, менялся сам собой. Строчки отчетов о поставках, именах дежурных, часах смен — все это превращалось в бессмысленный набор символов и исчезало. Прямо на его глазах история последних пяти лет этого места стиралась, как мел с доски.

— У вас есть десять секунд до полной перезагрузки терминала, — произнес голос. — Если после этого вы вспомните что-то, кроме заголовка «Техногенная авария», ваша собственная карта биометрии так же уйдет в «Архив».

Дежурный сглотнул. В горле встал комок, а во рту появился металлический привкус страха.

— Понял, — прошептал он в пустой зал.

— Хорошей смены.

Экран моргнул и погас. Через мгновение он снова засветился, но на месте «Аванпоста-4» теперь была ровная серая зона с надписью: «Территория законсервирована. Данные отсутствуют».

* * *

Лиара проснулась, когда солнце уже вовсю заливало гостиную через панорамные окна. На часах было десять утра — непозволительная роскошь, которую она не могла себе позволить последние несколько дней. Но сегодня она впервые за долгое время по-настоящему выспалась.

Визит Миреи накануне подействовал на нее как успокоительное. Спокойствие этой женщины, ее мягкая уверенность и простые разговоры о будущем помогли Лиаре, наконец, выдохнуть. Тревога, которая комом стояла в горле все это время, отступила, позволив просто закрыть глаза и провалиться в глубокий сон без сновидений.

Она накинула шелковый халат, что принесла Мирея, и прошла на кухню. Лиара привычным движением нажала кнопку на кофемашине. Пока та с негромким гудением прогревалась, наполняя пространство ароматом обжаренных зерен, Лиара подошла к окну и прислонилась лбом к прохладному стеклу.

С высоты ЖК город казался бесконечным и мирным. Лиара смотрела на спешащие внизу машины, и мысли невольно вернулись к брату. Два года прошло с тех пор, как они виделись в последний раз. Потом он просто пропал — ни звонков, ни сообщений.

Она вспомнила, как в самом начале поисков обходила один злачный район за другим. Тогда ей казалось, что еще пара вопросов, еще пара звонков, и она найдет брата. Но одно место поисков сменялось другим. И так до бесконечности. Потом — притоны, ночлежки, заброшенные склады. Каждая попытка заканчивалась одинаково: тишиной. Брат словно растворился в этом огромном городе, не оставив после себя даже тени.

Лиара вздохнула. Кофемашина закончила работу, и в чашку полилась тонкая ароматная струйка. Сейчас, после разговора с Миреей, ей хотелось верить, что скоро все наладится. Она сделала первый глоток, наслаждаясь теплом, и на мгновение позволила себе представить, что скоро они снова будут сидеть за одним столом.

Весь день прошел под знаком этого странного, почти забытого спокойствия. Лиара не суетилась. Она медленно допила кофе, глядя, как солнечные зайчики перемещаются по светлым стенам гостиной. В этом ЖК все было слишком правильным, но сегодня это не раздражало. Наоборот, ей хотелось соответствовать этой чистоте.

Каждый раз, когда ее взгляд падал на телефон, она ловила себя на мысли, что не хочет его брать. Не хочет проверять новости или ждать звонков.

Днем она вышла в парк. Недолгая прогулка в лучах солнца помогала привести мысли в порядок. Наблюдая за резвящимися детьми на площадке, она невольно улыбнулась. Ей вдруг вспомнилось, как в детстве брат учил ее прятаться так, чтобы их не нашла мать. Он всегда выбирал самые нелепые места, но умудрялся затихать так, что его невозможно было обнаружить по звуку.

— Главное — не дыши громко, Ли, — шептал он тогда.

Она не видела его два года, но сегодня почему-то чувствовала его присутствие особенно остро. Словно он был где-то совсем рядом, просто снова очень хорошо спрятался. Все те бесплодные поиски, часы, проведенные в сомнительных забегаловках, и встречи с людьми, от которых пахло опасностью и дешевым табаком, теперь казались страшным сном, который, наконец, закончился.

Вернувшись в квартиру, Лиара приготовила нехитрый обед, включила какую-то легкую музыку и даже попыталась читать, но буквы плыли перед глазами от накопившейся за месяцы усталости, которая теперь выходила наружу. Она позволила себе подремать час-другой на диване, укрывшись в теплый плед.

* * *

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо над городом в оранжево-красные тона. Лиара проснулась, когда в квартире начали сгущаться первые тени. Она не спешила включать свет. Ей нравился этот полумрак, в котором было уютно.

Она вернулась на кухню, чтобы поставить чайник. Пока тот закипал, Лиара заглянула за штору. Город внизу уже зажигал первые огни.

Тишина в квартире была абсолютной, пока внизу, глубоко в бетонном чреве здания, не лязгнула дверь подземного паркинга. Но Лиара этого не слышала. Она просто стояла у окна, наблюдая, как на город опускаются сумерки, и впервые за долгое время по-настоящему ни о чем не беспокоилась.

Чайник на кухне щелкнул, извещая о закипании. В квартире было совсем темно, только синий индикатор кофемашины и огни города за стеклом давали немного света. Она уже протянула руку к заварнику, когда в тишине прихожей раздался звук. Короткий, требовательный, трижды повторившийся удар костяшками по тяжелому металлу двери.

Лиара замерла. Сердце, весь день бившееся ровно и спокойно, вдруг пропустило удар. Доставка? Или ошибка?

Она медленно прошла в коридор. Стук повторился — чуть громче и настойчивее. Лиара подошла к двери и взглянула в глазок. Секунду она просто стояла, забыв, как дышать. Кровь зашумела в ушах, заглушая все звуки мира.

Там, на освещенной лампами площадке, стоял молодой парень. Высокий, в безупречном темном пальто. Он смотрел прямо перед собой, словно знал, что она там.

Лиара рванула замок, не глядя в глазок во второй раз. Дверь распахнулась, и холодный воздух из коридора смешался с теплом квартиры.

— Лео… — голос сорвался, превратившись в едва слышный шепот.

Он стоял перед ней — ее младший брат, которому едва исполнилось двадцать пять, но в глазах которого за эти два года прописывалась усталость целого десятилетия. Пропавший, стертый и вновь найденный. Лиара не дала ему сказать ни слова: она просто шагнула вперед и вцепилась в него, пряча лицо на плече его пальто.

Лео на мгновение замер, словно забыл, как обнимать людей, но тут же крепко прижал ее к себе. Его руки заметно дрожали, но хватка была прежней — упрямой и надежной.

— Ну, все, Ли, — глухо проговорил он ей в макушку. — Все хорошо, я здесь.

Она не спрашивала, где он был. Радость была такой плотной и горячей, что вытеснила из головы все логические цепочки. Самый главный вопрос — как именно он нашел ее в этом закрытом ЖК, — даже не всплыл на поверхность ее сознания.

— Заходи, быстрее, — она потянула его в квартиру, суетливо закрывая замки. — Ты голоден? Господи, Лео, ты такой худой. Садись, я сейчас что-нибудь сделаю.

Она металась по кухне, включая свет, хватая полотенца, насыпая чай, — все это время, не переставая говорить, боясь, что если наступит тишина, он снова исчезнет. Лео медленно опустился на высокий стул, не снимая верхней одежды. Он следил за ней взглядом, и в этом взгляде была странная смесь нежности и какой-то глубокой, затаенной горечи, которую Лиара в своем восторге просто не замечала.

От переизбытка чувств ее рука дернулась, и чашка, скользнув по гладкому краю, сорвалась вниз. Лиара охнула, уже видя, как керамика разлетается на куски по плитке. Но звука падения не последовало. Лео, который секунду назад казался совершенно измотанным, среагировал молниеносно. Его рука метнулась вперед невидимым, смазанным движением. Он уверенно перехватил чашку в нескольких сантиметрах от пола, словно занимался этим всю жизнь. И аккуратно поставил ее обратно на стол.

— Ты всегда была слишком порывистой, Ли, — он слабо усмехнулся, но его глаза оставались серьезными. — Остановись на минутку и просто дыши. Я никуда не уйду.

Лиара замерла, глядя на его руку, все еще лежащую на столешнице. Реакция двадцатипятилетнего парня была идеальной. Но Лиара лишь счастливо рассмеялась, вытирая выступившие слезы.

— Спасибо, — тихо прошептала она. — Что вернулся.

* * *

Кайден вошел в квартиру, не включая свет. И тут же замер, услышав голоса — счастливый, звонкий смех Лиары и чей-то чужой, мужской ответ.

Мир Кайдена мгновенно сузился до размеров прицела. Рефлекс сработал быстрее мысли: рука скользнула под куртку, выхватывая пистолет. Он поднял его на уровень груди, бесшумно снимая с предохранителя. Дыхание стало ровным и ледяным. Он шел на звук, огибая углы и не издавая ни звука.

На кухне горел свет. Кайден резко вывернул из-за косяка, вскидывая ствол.

— Руки! На стол! — его голос прозвучал как удар хлыста.

Парень, сидевший за столом, вскинулся. Его лицо моментально стало мертвенно-бледным. Он дернулся назад, едва не опрокинув стул, и в его глазах отразился дикий, первобытный ужас. Он смотрел прямо в дуло пистолета, не шевелясь.

— Кайден, нет! — Лиара вскрикнула, не раздумывая.

Она бросилась наперерез, буквально вклиниваясь между черным металлом и гостем. Она встала лицом к Кайдену, закрывая собой Лео. Ее руки дрожали, но голос был полон отчаянной решимости:

— Кайден, опусти оружие! Это Лео — мой брат! Все хорошо, опусти пистолет, умоляю!

Кайден не сводил глаз с парня за спиной Лиары. Ствол замер в паре сантиметров от ее плеча. Он видел ее расширенные от страха глаза и бледное, перекошенное страхом лицо парня.

Для Лиары это была сцена долгожданного воссоединения, прерванная паранойей Кайдена. Для самого Кайдена время словно остановилось, а его палец застыл на спусковом крючке.

— Лиара, отойди от него, — хрипло произнес он, не опуская руки. Его холодный взгляд был прикован к лицу Лео.

— Не отойду! — она почти плакала от напряжения. — Пожалуйста, убери это… Ты его пугаешь.

В кухне повисла мертвая тишина. Блеск вороненой стали в ярком свете люстры казался неестественным, лишним в этой квартире. Лео за спиной сестры тяжело и рвано дышал, не сводя глаз с оружия.

Кайден медлил. Взгляд его оставался зафиксированным на лице Лео, пока Лиара не коснулась его предплечья, пытаясь силой опустить его руку. Это прикосновение подействовало — Кайден медленно, словно через сопротивление, отвел ствол в сторону и щелкнул предохранителем.

— Лиара, отойди в сторону, — голос его был глухим и сухим, как треск ломающейся ветки.

— Кайден…

Он сделал шаг назад и медленно убрал пистолет в кобуру, но его ладонь еще долго лежала на рукояти. Кайден разглядывал парня так, словно видел перед собой не человека, а сложный механизм, который внезапно выдал критический сбой.

Лео сглотнул, его кадык судорожно дернулся. Он перевел взгляд с Кайдена на сестру, ища у нее поддержки.

— Кайден, хватит, — Лиара встала между ними, решительно обрывая этот зрительный поединок. Кайден продолжал сверлить его взглядом. Для Лиары это выглядело как крайняя степень подозрительности параноика. — Ему нужно поесть и отдохнуть.

Кайден, наконец, отвел взгляд и посмотрел на Лиару. На мгновение в его глазах промелькнуло нечто похожее на сожаление, но оно тут же скрылось за привычной маской льда.

— Хорошо, — бросил он, разворачиваясь и уходя в сторону гостиной, снимая куртку. — Пусть поест.

Лиара облегченно вздохнула и обернулась к брату, накрывая его ладонь своей.

— Не обращай внимания, Лео. У него сложная работа. Пей чай, все уже позади.

В гостиной Кайден стоял в темноте, глядя в окно на пустой двор. Его рука все еще лежала на оружии. Лиара осторожно приблизилась к нему и тихо спросила:

— У тебя есть какие-то вещи для него? Ему нужно переодеться.

Кайден кивнул в сторону спальни.

— Лео, я сейчас принесу тебе вещи, переоденешься и будешь отдыхать, — Лиара мягко улыбнулась, задержав взгляд на брате. — И постелю тебе в гостиной. Побудьте здесь, ладно? И  попробуйте не убить друг друга, пока меня нет.

Она весело подмигнула Кайдену и ушла в спальню. Шаги ее затихли в глубине коридора, а через секунду хлопнула дверца шкафа. Маска «защитника» сползла с лица Кайдена мгновенно. Он одним слитным движением оказался рядом с Лео, нависая над ним и буквально вдавливая его своим присутствием в стул.

Лео даже не вздрогнул. Он медленно отставил чашку, и в его взгляде больше не было того испуганного мальчика. На его место пришел холодный, расчетливый блеск.

— Ты совсем страх потерял? — прошипел Кайден, хватая Лео за ворот пальто и заставляя его смотреть прямо себе в глаза. — Прийти сюда? После всего? К ней?

— А куда мне было идти? — Лео произнес это тихо, но в его голосе не было ни капли раскаяния. — Ты же сам знаешь, что там, снаружи, за мной не придут только мертвые. А здесь… здесь ты меня не тронешь.

Кайден еще сильнее сжал кулаки, так что костяшки побелели.

— Ты понимаешь, что подставил ее под удар?

Лео перехватил запястье Кайдена. Его хватка была неожиданно крепкой и сухой.

— Я пришел к единственному человеку, который меня не сдаст. И к тому, кто будет защищать эту квартиру до последнего патрона.

— Ты не представляешь, на что они готовы, чтобы закрыть тот вопрос, — Кайден встряхнул его, его голос вибрировал от ярости.

— Так придумай что-нибудь другое, — Лео резко высвободился и поправил воротник. — Ты всегда был мастером выкручиваться. Сделай это еще раз. Потому что если я буду на краю — падать будем вместе. Ты, я и весь твой мнимый отряд.

В коридоре послышались шаги Лиары. Кайден мгновенно отступил к окну, глядя на темные стекла. Лео снова ссутулился, превращаясь в измотанного младшего брата.

— Вот, нашла! — Лиара вошла с охапкой одежды. — Лео, идем, я покажу, где душ.

Она не заметила, как тяжело вздымается грудь Кайдена, и не увидела, как побелели губы у Лео. Для нее все было идеально.

* * *

Рейн сидел на полу в полузаброшенном гаражном боксе на окраине промышленного сектора. Единственным источником света была тусклая лампа, свисающая на оголенном проводе, которая раскачивалась от сквозняка, заставляя тени на стенах пускаться в безумный пляс.

Он осторожно отлепил пропитанную кровью рубашку от левого бока. Швы разошлись, и рана горела так, словно в него засадили кусок раскаленной арматуры. Каждый вдох давался с трудом, отдаваясь резкой вспышкой боли под ребрами.

— Твою ж мать, — прохрипел он, зубами вытягивая пробку из бутылки с дешевым алкоголем.

Он щедро плеснул жидкость прямо на разорванную плоть. Тело выгнуло дугой, перед глазами поплыли красные пятна, а пальцы впились в холодный бетон пола до хруста в суставах. Рейн замер, уткнувшись лбом в колени и считая секунды, пока огненный шторм внутри немного не утихнет.

Он дотянулся до телефона, лежащего рядом на пыльном ящике. Экран был разбит, но аппарат еще работал. Ни одного сообщения. Ни одной зацепки.

Рейн зубами затянул на поясе импровизированную повязку из разорванной простыни. Нужно было двигаться. Оставаться на одном месте дольше часа сейчас означало подписать себе приговор.

Он снова достал телефон. Короткая вспышка экрана осветила его измотанное лицо. Рейн быстро набрал зашифрованное сообщение, игнорируя дрожь в пальцах. Кому — неважно. Важно было получить ответ.

— Ну же… — выдохнул он, глядя на крутящийся значок загрузки.

Рана пульсировала в такт сердцебиению. Рейн достал из кармана смятую пачку сигарет, выудил одну — сломанную пополам — и попытался прикурить. Пальцы не слушались, зажигалка чиркала впустую.

— Черт…

Он отбросил зажигалку в угол. Тишина промзоны давила на уши. Он был один, ранен и отрезан от всех ресурсов. Единственное, что у него осталось — это пара патронов в обойме и пара часов до того, как потеря крови сделает его легкой добычей.

Внезапно телефон в руке коротко вибрировал. Ответ пришел. Всего одна строка координат и время. Рейн оскалился. Боль в боку на мгновение отступила, вытесненная порцией чистого адреналина. Он уперся ладонью в шершавый бетон, пытаясь оттолкнуться. В глазах мгновенно вспыхнуло белое пламя, а затем свет начал стремительно сужаться до крошечной точки, как на старом выключающемся мониторе.

Он успел сделать лишь один рваный вдох. Гул в ушах превратился в громовой рокот, перекрывший звуки ночного города. Колени подогнулись сами собой, превратившись в вату. Рейн не почувствовал удара об пол. Сознание просто «выключило рубильник» раньше, чем его плечо встретилось с холодным бетоном. Телефон выпал из ослабевших пальцев, его экран, мигнув в последний раз, погас.

Он остался лежать в глубине бокса — неподвижная тень среди ржавого железа и пыли. Одинокий фонарь снаружи качнулся от порыва ветра, бросив длинную полосу света на его бледное лицо, но Рейн этого уже не видел.

* * *

Спустя бесконечную минуту, в тишине промзоны раздался тихий, почти неземной звук — скрежет металла о бетон. Тяжелая створка ворот бокса медленно, неохотно поддалась.

Сквозняк ворвался внутрь, заставив тусклую лампу над головой Рейна заплясать еще безумнее. Полоса света от уличного фонаря на мгновение перерезалась длинной, тонкой тенью.

Чьи-то шаги, тихие и размеренные, зазвучали на бетонном полу, приближаясь к неподвижному телу. Носок тяжелого ботинка остановился в нескольких сантиметрах от ослабевшей руки Рейна.