Глава 2 Чужие голоса

Темнота была не черной, а скорее серой и густой, как туман. В этой тишине Максим впервые за долгое время не чувствовал веса собственного тела. Не было жжения в легких, не было ледяного холода капельниц. Только покой.

Но покой длился недолго.

Сначала пришел звук. Это был не плач матери, а резкий, гортанный рокот, похожий на спор двух людей. Голоса звучали странно — слова были незнакомыми, но Максим каким-то шестым чувством улавливал их смысл.

— …пустая трата эликсира, мастер. Посмотрите на него, он едва дышит. У него истощение магических каналов, такое не лечится подорожником.

— Замолчи, Лукан. Если он умрет в моем доме, стража задаст слишком много вопросов. Проверь пульс еще раз.

Максим почувствовал прикосновение — чьи-то сухие, мозолистые пальцы прижались к его запястью. Это было так реально, что он вздрогнул.

— Ого! Мастер, он дернулся!

— Живой… Невероятно. Пей, парень, ну же, глотай эту гадость.

К губам прикоснулось что-то холодное и металлическое. В рот хлынула жидкость с резким привкусом полыни и сырой земли. Максим инстинктивно глотнул. В ту же секунду по жилам разлился нестерпимый жар. Это не было похоже на боль от болезни — это была энергия, которая буквально встряхнула его изнутри, заставляя сердце биться в бешеном ритме.

Максим с трудом разомкнул веки. Над ним склонились двое. Один — старик с всклокоченной седой бородой и в испачканном сажей кожаном фартуке. Второй — конопатый парень лет пятнадцати в холщовой рубахе.

Они находились в странном помещении: под потолком висели пучки сушеных трав, на полках теснились пыльные склянки, а в углу в огромном камине горел ярко-зеленый огонь.

— Где… я? — хрипло выдохнул Максим.

Свой голос показался ему чужим — более низким и сильным. Он попытался приподняться на локтях и с ужасом, смешанным с восторгом, увидел свои руки. На них не было следов от катетеров. Это были крепкие руки молодого мужчины, но кожа на них была бледной, а на предплечье виднелась странная татуировка в виде переплетенных змей, которой у него никогда не было.

— В лавке «Старого алхимика», — буркнул старик, вытирая руки о фартук. — Тебя нашли у крепостной стены после грозы. Скажи спасибо, что патруль решил, будто ты просто пьяный бродяга, а не шпион из Южных земель. Как звать-то тебя, «чудо воскресшее»?