Один день из жизни

«Один день из жизни…»

Я возвращался по проспекту Абылхаир хана. Шел задумчивый. Было из-за чего: начало чемпионата РК по футболу, а родной клуб играл вторую игру дома на запасном стадионе и к сожалению, не выиграл. Но и не проиграл. Но для чемпионской поступи этого мало. Надо было обыгрывать сегодня «Ордабасы» во главе с тренером Пасулько. Мне кажется этого тренера руководство ФК «Атырау» недооценило. Не зря он привел ордабасинцев к победе в Суперкубке РК в этом году на поле 30-тысячной «Астана Арены».

Мысли были об этой игре и всем предстоящем сезоне. Но вот, поравнявшись с остановочным павильоном «Стадион» со стороны «Алании» я заметил человека, передвигавшегося на инвалидной коляске. Медленно, но верно осиливавшего свой путь. Он управлял движением коляски при помощи одной руки, запуская колеса коляски в движение. Возникло секундное замешательство, так как я из-за малодушия хотел пройти мимо. Но по мере приближения к нему, я решил узнать нужна ли ему помощь.

Я поравнялся и поприветствовал: «Салам алейкум! Комек керек пе Сизге?». Он улыбнулся и молча кивнул в ответ. Я взялся за ручки коляски сзади и набирая ход, немного разогнал ее.

Его зовут Кайыржан. Ему 36. Сколько он себя помнит, он инвалид. Прикован к коляске, так как у него обнаружили детский церебральный паралич. С детства о нем заботится мама и папа. Обиды и злости на кого-либо нет. Эта болезнь не наследственная. Возможно, что-то было нарушено в его развитии как плода, тогда он и был обречен на такую псевдо-жизнь.

У него нет близких друзей, подруг. Есть мама, есть товарищи по несчастью, есть государство, скрупулезно месяц в месяц выплачивающее отмеренное ему пособие.  Он свободно может поговорить о своих бедах, страхах  только с мамой. Есть пара друзей, тоже инвалидов, с кем он может поговорить об общих проблемах: о здоровье, жизни взаперти, иногда пошутить о девушках…  Да они, девственники… Никогда к ним не подойдет обычная девушка, об этой мечте им только и остается мечтать… Есть девушки-инвалиды тоже на колясках, но что он может предложить такой же обреченной как и он сам, ведь им кто-то еще должен помогать в быту.

При въезде в его двор дворовые ребята бросили пинать мяч и сломя голову кинулись к дяде Коле, как они его зовут во дворе и наперебой начали спрашивать как сыграл «Актобе». Так как коляску толкал я и держал за ручки сзади, они поняли, что я отведу его до подъезда сам. Кайыржан ответил им, что команда играла очень хорошо, все старались, особенно молодые лимитчики: игравший в нападении Лисенков (на стадионе когда он не реализовал хороший моментище, его обозвали «глистом», до того он был долговязый и какой-то неуклюжий, много хуже чем Струков и тем более Крауч, до них ему еще расти и расти) и молодое дарование Асанхан Куат.

Дети спросили, пожали ли ему руки все футболисты после матча. Кайыржан молча улыбнулся и соврал что да, пожали. Если бы игра проходила бы на Центральном стадионе им. Кобыланды батыра, то они подошли бы всей командой и начиная с капитана Самата Смакова все бы похлопали их по плечу и поблагодарили бы что подошли. Но игра проходила на запасном стадионе, вместимость очень мала – тысячи на две. А проходы очень узкие, и добрались до стадиона Кайыржан и другие 2 товарища-инвалида сами, без помощи инватакси (их всего 2 машины и обычно они нужны в более экстренных случаях, их заказывают заранее, в общественном транспорте нет возможности их принять внутрь, если только рядом с тобой не будет сильный помощник, как какой-нибудь родственник).

Поэтому когда до конца игры оставалось минут пять, они трое инвалидов взглянули друг на друга и поняли, что им пора заранее выйти со стадиона, так как потом они будут ждать выхода всей 2-тысячной толпы и потом на долгие полчаса будут просто терять время, которое они могут потратить на возвращение домой.

Когда я его догнал в районе остановки «Стадион», он как раз думал об этом: что сказать детям – соврать ли им, что и в этот раз, как и на прошлой игре 25 марта, к нему подошла вся команда и поблагодарила их за то, что они пришли.  У него ушло много сил на объезд разбитых асфальтовых дорожек, которых стало много после таяния снега. Рука уже ныла, и Кайыржану хотелось остановиться и отдохнуть. Но навстречу шли люди: многие отводили взгляд, некоторые с сочувствием смотрели, но не более того.  Дети смотрели восхищенно: они понимали, что у такого дяди наверно много проблем из-за того, что он не может ходить сам. Когда он сам был ребенком, то верил, что когда-нибудь он сможет встать на свои ноги. Но время шло, а детская мечта осталась также в детстве. Каждый день для него был мучением, он знал, что он обуза для родителей, они так и не зачали больше детей. Может потому, что не хотели травмировать его психику, может у них была вероятность повторного рождения инвалида, он не знает этого. Они  ему этого никогда не скажут, почему у него нет братьев или сестер. Но есть братья по несчастью: с ними он себя чувствует спокойно, они с уважением и восхищением относятся друг к другу. Ведь только они знают с чем им приходится жить: просыпаться утром в кровати, посмотреть на сотовом телефоне время и увидев, что примерно только через полчаса встанет папа и придет к нему чтобы он помог ему помочиться, тяжело вздохнуть. Так как придется терпеть, превозмогая боль от наполненного мочевого пузыря. Пройдет полчаса и папа придет, поцелует его в лоб, спросит как обычно с широкой улыбкой: «Амансын ба, балам?» и поможет ему встать, сводит его в туалет, отведет в ванную , где Кайыржан сможет принять душ, оботрет его полотенцем, посадит на инвалидное кресло. И дальше Кайыржан будет завтракать, так как мама уже все приготовила: напекла лепешек, приготовила чай, родня передала немного сметаны из аула. Они вместе поблагодарят Аллаха за то, что у них есть и примутся за трапезу. Родители, уходя на работу, скажут ему на прощание, чтобы был осторожен и в случае необходимости пусть наберет их рабочие или сотовые телефоны.

Кайыржан проведет их до двери, закроет за ними дверь. И вновь останется  один. Один на один со своей исковерканной, сломанной судьбой. Он тяжело вздохнет, уныло послушает звуки, доносившиеся со двора. В его голове опять пронесутся его детские  мечты: как он мечтает хоть раз пробежаться по настоящему футбольному полю в футболке игрока сборной Казахстана. Почувствовать ободрительный рев трибун, горячее приветствие болельщиков, восхищающихся его игрой и знающих, что сегодня выйдя на поле, он покажет все, на что он способен, все чему он тренировался на тренировках, все чему его научил тренер. Все без остатка, все силы, что у него есть будут отданы этой игре – он выйдет только один раз, как он просил об этом Аллаха, но только чтобы этот шанс у него был. И тогда он смог бы показать нынешним игрокам сборной Казахстана как нужно играть в футбол, с какой самоотдачей, с каким пылом и рвением нужно забирать мяч у соперника, почему не нужно жалеть себя, а отдаться этой игре. А после игры ему уже не нужно аплодисментов, звездности, признания его мастерства, после игры он согласен отдать свою жизнь Аллаху. Он согласен кануть в лету, чтобы о нем забыли. Так как дальше он будет жить этой волчьей жизнью, скулить по утрам, ночью выть от тоски, а днем прятать глаза от родителей, что он у них такой…

И об этом он тоже думал, когда я к нему подошел. И когда я у него спросил: нужна ли ему помощь, он был настолько растерян, что просто улыбнулся и не смог ничего сказать. Так как между собой они верят (он и его товарищи, те кто приходят смотреть футбол, их всего пятеро) что если прохожий предложит помощь после матча, то в следующей игре команда непременно победит, ну или покажет классную игру. Так чтобы не было обидно болельщикам.

Я ни о чем не спрашивал, просто решил дотолкать  Кайыржана до дома, сказать спасибо, что они приходят на футбол.

В голове Кайыржана проносились мысли как ураган. Как приедет домой, он сразу позвонит Рашиду и Алексею, что следующую игру команда точно должна выиграть.

Но сначала нужно миновать двор и местных пацанят, которые непременно его заметят и начнут расспрашивать о сегодняшней игре. Он твердо верит, что почти все игравшие сегодня игроки были достойны выйти на поле и показали все, что могли. То есть сыграли, так как он мечтал в своей детской мечте – без всяких мыслей о премии в 1000 $ за забитый гол, без мыслей о том, что их покажут по ящику или сделают фотографии для Интернет сайтов или СМИ, а с мыслями о том, что нужно выложиться на 100% для своего города, для болельщиков. То есть, так как он сыграл бы сам. Поэтому он соврет.

Он и соврал, что Сэм им троим пожал руку. Потом подошли все игроки команды и молодые игроки – «лимитчики».  Они сказали, что в этом сезоне они хотят стать чемпионами, и всегда будут рады их видеть  на всех матчах в Актобе. И не будут начинать игру, пока не перетащат коляски поближе к полю, так как находиться на трибунах они не смогут, им попросту не будет ничего видно за бортиком стадиона. Поэтому всегда когда они приходят на матч, им помогают кто-то из семьи и обязательно из оцепления полицейских, чтобы им помогли подобраться поближе к полю.

Дети сказали, что новичок из Сербии Брана Илич классно играет и очень расстроились, что у него были моменты, а он попал в перекладину и штангу. Но продолжали стоять рядом и дали блокнот Кайыржану с наказом, чтобы на следующей игре он взял у него им 15 автографов. Кайыржан с радостью положил блокнот в карман и сказал, что обязательно наберет им автографы.

Потом глянул на меня, и попросил оставить здесь во дворе. Он будет судить игру мальчиков. Он их дворовой рефери, достал свисток из нагрудного кармана и покатил коляску поближе к краю футбольного поля, которое в прошлом году построил Акимат на бюджетные средства и стал делить ребят на 2 команды.

Я пошел на автобусную остановку, и уходя со двора, заметил одобрительный взгляд старушек-пенсионерок этого двора. По их лицам можно было прочесть, что они были благодарны, что еще одни родители смогли воспитать достойного человека, гражданина нашей большой и гостеприимной страны Казахстан.

Начато в 11-30, закончено в 14-33 09 апреля 2012 года. Еще был перерыв на обед – 1 час.

Автор неизвестен.