Глава 8

35, Мейн-стрит, Стоун-Хейвен

офис шерифа округа Айрон-Шорс

12 марта 2026 года

— Что у тебя? — спросил Харт, отвлёкшись от документов, и кивком указал Смиту на кресло.

— Я поверхностно пробежался по записям с камер, которые взял в «Тихой гавани», — Смит сел поудобнее и прокашлялся.

— Так? — шериф нахмурился. — Нашёл что-нибудь интересное?

— Пока ничего. Нужно просмотреть ещё раз, но более внимательно. А на это нужно время.

— Ну так что ты тут делаешь? — Харт раздражённо смотрел на Смита.

— Есть кое-что, но, может, это и мелочь…

— Не тяни! — шериф повысил голос. — Ты же не просто так зашёл?

— В ночь с первого на второе марта с часу семнадцати до часу тридцати двух отсутствует запись, — в горле запершило, и Смит сглотнул.

Харт изменился в лице. Раздражение сменилось заинтересованностью. Он отложил ручку и откинулся в кресле, внимательно слушая подчинённого.

— На всех камерах одна и та же ситуация, кроме камер с главного входа и парковки. На них все записи в порядке, — закончил Смит.

— Может, какой-нибудь перебой с электричеством?

— Все камеры завязаны между собой. В таком случае на тех двух тоже бы отсутствовал этот отрезок времени. Тем более у них есть генератор для таких ситуаций.

В кабинете наступила тишина. Харт сидел с серьёзным лицом, обдумывая услышанное. Смит нервно заёрзал в кресле.

Шериф наклонился к столу, вытянул сигарету из пачки и закурил. Дым плавно заполнял комнату, садясь на форму офицера и едко впитываясь в каждую ниточку. Смит выдохнул перед собой, чтобы отогнать от рецепторов приятный до отвращения и назойливый запах, которого он так давно пытается избегать.

— Возьми пару человек, — прервал молчание шериф, — пусть внимательно изучат эти записи. Первое и второе марта просмотрите особенно тщательно. Каждое передвижение персонала. А ты отправляйся в «Тихую гавань», — Харт стряхнул пепел мимо пепельницы, не отводя глаз от Смита. — Узнай, кто работал в ту ночь, и ненавязчиво допроси каждого. Может, кто-то видел или слышал что-то. Я хочу знать даже самую незначительную мелочь.

Смит кивнул и без лишних слов направился к выходу. Выйдя за дверь кабинета, он глубоко вдохнул и выдохнул, приводя дыхание в норму. Мысль об очередном посещении хосписа заставила его поморщиться. Он судорожно проводил ладонями по куртке, будто пытаясь стряхнуть въевшийся никотиновый запах.

Внезапно в кармане завибрировал телефон, выведя его из раздумий. Он ответил на звонок и внимательно слушал поступающую информацию. Его лицо изменилось за секунду.

— Твою мать! — выпалил Смит.

Он отошёл от двери и сделал глубокий вдох.

— Возвращайтесь в участок. Вас сменят, — офицер закончил звонок и сжал пальцами переносицу.

Он постоял минуту, обдумывая услышанное, и устало посмотрел на дверь кабинета шерифа.

— Ладно, — устало прошептал себе под нос Смит и отправился выполнять поручение.

*******

Адам раздвинул шторы, чтобы хоть немного осветить квартиру. С тяжёлым металлическим скрипом они проехали по карнизу. Адам прищурился и отвернулся от окна. В играющих лучах по всей комнате плыла и поблёскивала пыль. Ближе к потолку, при свете дня, стала заметна сырость — тёмные пятна, небрежно разбросанные по обоям.

«Да уж. Такие условия убьют нас гораздо быстрее».

Адам аккуратно разложил одеяло на кровати, взял в руки подушку и замер. Что-то мелкое и твёрдое упёрлось в ладонь сквозь ткань. С задумчивым видом он перебирал пальцами по обнаруженному предмету, пытаясь определить, что это.

Адам посмотрел в сторону ванной. Звук льющейся воды всё ещё был слышен. Он быстро сорвал наволочку с подушки, покрутил её и осмотрел со всех сторон. Сбоку виднелся небольшой шов нитками, отличающимися по цвету. Применив немного усилий, Адам с лёгкостью разорвал ткань и спешно стал выгребать перья.

Когда половина внутренностей подушки уже валялась на полу, он нащупал тот самый предмет. Адам достал его, положил на ладонь и стал внимательно рассматривать.

«Это ещё что за хрень?!»

Он водил пальцем по пластиковой чёрной шайбе размером со спичечный коробок и, заметив маленькую щель, кое-как подцепил её ногтем и потянул вверх. Предмет тихо отщёлкнул и распался на две части. Адам поднёс ладонь ближе к лицу — недоумение сменилось гневом. По всей плоскости шайбы крепились какие-то микросхемы и чип, а рядом с ними был прицеплен предмет, похожий на миниатюрный микрофон.

Адам с силой сжал находку в кулаке и бросил в стену. Предмет глухо ударился и, отскочив, упал на пол.

Адам со злостью схватил другую подушку и разорвал её по шву. Высыпав набивку из перьев на кровать, он провёл по ней рукой. Здесь никаких предметов не было. Адам взял связку ключей, выбрал самый острый и с силой надавил на одеяло — получилось сделать небольшую дырку. Её хватило, чтобы просунуть палец и разорвать ткань. Перья полетели по всей комнате. Адам встал на колени и начал рыскать руками по полу, пытаясь найти ещё что-нибудь. Ничего не отыскав, он поднял матрас, скинул его на пол и осмотрел корпус кровати со всех сторон.

Адам хаотично передвигался по комнате от одного предмета к другому, переворачивая, разрывая или ломая их. Очередь дошла до настольной лампы, но, осмотрев её, он ничего не нашёл и бросил на пол. Подставка с треском сломалась, и оттуда выкатилась ещё одна шайба. Адам прижал её ногой, наклонился и взял в руки.

— Что происходит?!

Адам обернулся на голос и увидел Амелию. В её широко раскрытых глазах читалось недоумение и шок. Она переводила взгляд с одной сломанной вещи на другую, а затем посмотрела на Адама, явно ожидая объяснений. Амелия стояла в одном полотенце, всё ещё мокрая, а перья, летающие по комнате, садились и прилипали к её телу.

Адам смотрел на девушку, замерев от неожиданности. В его глазах блестело безумие от нахлынувшей злости.

«Чёрт! Я совсем забыл про Амелию! Теперь она точно решит, что я псих! Как я мог потерять контроль над собой?!»

— Прости, — с трудом выдавил он.

— Адам, что случилось? — испуганно спросила Амелия, глядя на его покрасневшее, блестящее от пота лицо.

Он сделал несколько шагов в её сторону, и она отшатнулась, не переставая смотреть ему в глаза. Адам остановился, поняв, что своими действиями напугал девушку. Амелия замерла. Он медленно протянул ладонь, на которой лежали те самые шайбы.

— Они нас прослушивали, — голос Адама дрожал, но был спокойным — в отличие от внешнего вида.

— Что это? — Амелия удивлённо посмотрела на него и не спеша взяла двумя пальцами одну шайбу с ладони.

— Жучок для прослушивания, — ответил Адам, — или что-то вроде того.

— Ты уверен? — она подняла предмет на уровень глаз, рассматривая его, и периодически бросала взгляд на Адама.

— К сожалению, да, — кивнул он.

— И что мы будем делать? — она протянула руку, возвращая жучок.

— Вернём Харту его имущество, — Адам взял шайбу и сунул в карман.

— А с этим? — Амелия кивнула в сторону комнаты.

Адам обернулся, и его передёрнуло. В комнате царил настоящий хаос.

«Господи! Неужели это всё сделал я?»

Он молча смотрел на дело своих рук и не находил слов, чтобы ответить. Сердце с силой стучало по рёбрам, картинка перед глазами начала плыть. Осознание того, что он потерял контроль, когда Амелия была рядом, ужасало его.

— Можем пожить у меня, — прервала молчание девушка.

Адам обернулся и вопросительно посмотрел на неё.

— Мой дом не является местом преступления, в отличие от твоего, — продолжила Амелия. — Мы же здесь не принудительно?

— Это убежище, а не тюрьма, — согласился с ней Адам, наконец обретя речь. — По крайней мере я на это надеюсь. Но прослушку не ставят просто так. Видимо, у них есть сомнения в отношении нас. И я хочу узнать у Харта, какие.

— Тогда соберём вещи, — Амелия, едва дослушав, в спешке схватила одежду и побежала одеваться в ванную. — Сегодня ночуем у меня.

Адам удивлённо наблюдал, как она заметалась по квартире, полностью переключившись с того, что увидела минуту назад. И главное — она не оттолкнула его. Амелия принимает его таким, какой он есть. Другая на её месте уже сбежала бы, не забрав даже вещи.

«Как же я завидую её спокойствию».

Через двадцать минут они вышли на улицу. Машина такси уже ждала их. Адам открыл дверь для Амелии, и его взгляд упал на чёрный автомобиль через дорогу.

— Я сейчас вернусь, — сказал он девушке и направился к седану.

— Адам! — она выскочила из такси. — Не нужно этого делать!

Адам, не оборачиваясь, быстрым шагом подходил всё ближе к машине. На водительском сиденье сидел мужчина и с недоумением смотрел, как к ним приближается объект слежки.

Адам постучал в окно. Оно медленно опустилось. Резкий запах сигаретного дыма вырвался наружу, ударив по его рецепторам. Два копа в гражданской одежде вопросительно смотрели на него.

Адам достал из кармана несколько жучков и швырнул в них.

— Можете засунуть это друг другу в зад и продолжать слушать! — рявкнул он. — Отвалите от нас!

Копы шокированно смотрели на Адама, не издавая ни звука. Тот резко отвернулся и побежал к Амелии, которая стояла на обочине и наблюдала, как её парень, возможно, делает ошибку, но не стала его останавливать. Адам подбежал к ней и поцеловал в щёку.

— Поехали, — запыхавшись, но с улыбкой сказал он.

Она улыбнулась ему в ответ, и, сев в такси, они отправились на работу. Чёрный седан не сдвинулся с места.

*******

— Доброе утро, — выдавил улыбку Смит и подошёл к стойке регистрации.

Маргарет подняла глаза, отрываясь от журнала, и нахмурилась.

— Доброе, — бросила она. — Вам чем-нибудь помочь?

Смит переступил с ноги на ногу — неприятное воспоминание от прошлого посещения хосписа накрыло его. Он то и дело оборачивался и смотрел по сторонам. Ни одного приветливого лица по отношению к нему не было видно.

— Вы можете предоставить список всех, кто работал первого и второго марта? — спросил он на одном выдохе, заранее подобрав слова.

— Открывайте нужные вам даты и пишите свой список, — сухо сказала Маргарет и подвинула журнал к нему.

Смит на мгновение замер, впечатлённый уровнем дружелюбия к полиции. Он перевёл взгляд с женщины на журнал, открыл его с середины и начал листать. С каждой перевёрнутой страницей лицо офицера наливалось всё более яркими красками и начинало пылать так, будто он только что получил хорошую пощёчину.

Смит долистал до нужных дат и пробежался глазами по именам. Используя палец вместо закладки, он перевернул на сегодняшние записи, бегло просмотрел и вернулся обратно.

— Из тех, кто работал первого и второго числа, сегодня на месте только доктор Уэллс? — Смит поднял глаза на Маргарет, но та безразлично смотрела на него.

Офицер выдохнул и закатил глаза.

— Как мне найти доктора Уэллса? — спросил он, уже теряя терпение.

— Прямо по коридору, крайняя дверь направо, — монотонно произнесла Маргарет. — В кабинете дежурного врача.

— Доброе утро, Маргарет, — широко улыбаясь, сказала Амелия.

Смит дёрнулся и оглянулся. Из-за его спины выскользнула Амелия и встала у стойки.

— Здравствуй, милая, — Маргарет встала и удивительно приветливо поприветствовала девушку.

Амелия взяла журнал прямо из-под носа Смита, даже не взглянув на него. Офицеру захотелось освободиться от куртки и расстегнуть верхнюю пуговицу на рубашке, чтобы вернуть возможность нормально дышать. Лицо больше не пылало и возвращало естественный цвет, но чувство комфорта рядом с этой девушкой терялось полностью. Контраст отношения Маргарет к нему и к этой медсестре создавал особое напряжение над стойкой регистрации. От него, казалось, волоски по всему телу уже рвутся выпрыгнуть из-под кожи.

Амелия взяла ручку и лёгким движением размашисто записала свою фамилию, указала время и поставила подпись. Она закрыла журнал и протянула его Маргарет.

— Я, пожалуй, пойду, — промямлил Смит. — Спасибо за помощь.

Амелия и Маргарет мило обсуждали что-то, не обращая внимания на помеху. Никто даже не посмотрел в его сторону, будто он произнёс это у себя в голове. Офицер осторожно обошёл Амелию и зашагал по коридору.

Смит остановился у двери дежурного врача и посмотрел в сторону стойки регистрации. Там всё ещё мило велась беседа, и в его сторону не бросили ни одного взгляда. Он собрался с мыслями, постучал, дёрнул ручку и вошёл, готовый к новой порции дружелюбия.

— Доктор Уэллс, доброе утро, — тихо начал Смит.

Мужчина поднял голову, отрываясь от своих бумаг, и посмотрел на него.

— Офицер Стивен Смит, — продолжил тот, подходя к столу и протягивая руку.

Внезапно Уэллс улыбнулся и встал из-за стола.

— Генри Уэллс, — он пожал руку Смита. — Чем могу помочь?

Офицер на секунду растерялся, не ожидая получить хоть каплю вежливости.

— Эм… Да, — он замялся, уже забыв, зачем пришёл. — Вы ведь дежурили с первого на второе марта?

Уэллс отпустил его руку и с задумчивым видом вернулся в кресло. Он открыл блокнот, пролистал несколько страниц и снова улыбнулся.

— Да, работал.

Смит, расслабившись, уселся в кресло напротив.

— Вы не заметили в ту ночь ничего странного? — тихо спросил офицер. — Может, припомните что-то подозрительное? Или были, например, сбои электричества? Хоть что-нибудь.

Уэллс молча сидел и смотрел на Смита.

— Я не припомню ничего подобного, — ответил доктор после недолгих раздумий. — Обычная смена, без происшествий.

Смит разочарованно опустил голову, но тут же снова поднял её и взглянул на собеседника.

— Утром второго марта вы отметились об уходе в журнале на три часа позже. Почему?

— Ах да, — Уэллс опёрся на спинку стула. — Одна из пациенток пошла на поправку, и я лично решил сопроводить её в госпиталь для обследования.

— Вы можете назвать имя пациентки, — Смит достал блокнот и ручку.

— Мария Васкес, — с улыбкой ответил доктор. — Оказалось, что она полностью здорова.

Офицера передёрнуло, когда он услышал имя из списка наблюдения, и он положил блокнот обратно в карман.

— Это же хоспис, — удивлённо сказал Смит. — Здесь не выздоравливают.

— Результаты говорят об обратном, — спокойно ответил Уэллс.

— Я слышал про чудесные выздоровления в «Тихой гавани», но думал, что это байки или кто-то просто преувеличивает.

— Это не байки, это чудо.

— Вы верите в чудеса, доктор?

— А вы можете объяснить это как-то по-другому?

Смит замолчал и задумчиво слушал доктора.

— Я бы хотел знать, как и любой врач, из-за чего рак на последних стадиях так просто может не просто отступить, а исчезнуть без следов, — Уэллс сделал короткую паузу. — Но пока мы можем объяснить это только чудом.

— И сколько уже было таких чудесных исцелений? — с ноткой недоверия спросил Смит.

— Семь.

— Ну, семь — это немного. Так ведь?

— Это за последние восемь месяцев.

— А сколько было до этого?

— Ни одного.

Смит потерял дар речи и смотрел на Уэллса, начиная осознавать масштаб происходящего. Доктор встал и протянул руку озадаченному офицеру.

— Если это всё, то я вернусь к работе.

Смит вскочил, улыбнулся и пожал Уэллсу руку.

— Спасибо за содействие, доктор.

Офицер как можно быстрее вышел за дверь, прокручивая информацию в голове, и, пролетев мимо стойки регистрации, покинул хоспис.

*******

— Сегодня выглядишь гораздо лучше, — Адам снял с вешалки медицинский халат и вышел из комнаты отдыха.

— Этой ночью спал как младенец, — Ник потягивался на стуле, вытянув руки вверх.

Адам натянул халат, застегнул пуговицы и подошёл к стойке.

— Тебе, наверное, и правда нужно было просто выспаться.

— Я так и думал, — согласился Ник. — Сон лечит всё.

Адам открыл журнал и сунул руку в карман халата, чтобы достать ручку. Её там не оказалось, но он нащупал что-то другое. Удивлённый, он достал содержимое кармана и увидел какую-то разрисованную картонку.

«Откуда у меня это в кармане?»

Адам почувствовал, как пальцы коснулись чего-то липкого, и перевернул находку. С обратной стороны толстым слоем на ней была кровь, сливающаяся в один цвет с приклеенным сердцем из цветной бумаги.

«Спасибо тебе».

Адам с трудом прочитал надпись из-за перекрывающей её крови.

«Что это такое?!»

Он рассматривал картонку, не понимая, что держит в руках. Присмотревшись внимательнее в самом низу, Адам увидел надпись «Для ангела» — и его пальцы разжались. Открытка полетела вниз, ударилась уголком о пол и беззвучно легла плашмя.

«Нет… Только не это…»

Адам отшатнулся от стойки, еле держась на ослабевших за мгновение ногах, и начал хлопать ладонями по всем карманам, пытаясь найти телефон. Его взгляд был прикован к лежащей на полу открытке.

Ник вскочил из-за стола и обошёл стойку.

— Адам, — взволнованно произнёс он. — Что с тобой?

Ник испуганно смотрел на друга, видя его состояние. Он перевёл взгляд на пол, куда не отрываясь смотрел Адам. Ник увидел окровавленную картонку, наклонился и поднял её. Осмотрев с обеих сторон, он вернул взгляд на Адама. Тот уже нашёл свой телефон и непослушными пальцами набирал номер.

— Адам, — почти шёпотом произнёс Ник. — Что это?

Адам не реагировал на вопросы друга. Закончив набирать цифры, он приложил телефон к уху. Ник с ужасом наблюдал, как его друг стремительно бледнеет и в уголках глаз скапливаются слёзы.

— Амелия! — сказал он в трубку. — Ты видела сегодня Лиззи?

— Да, — ответила девушка. — Я только что была у неё в палате. Что-то случилось?

«Мария».

Адам с силой зажмурился и попытался сделать голос спокойным.

— Пока не знаю. Просто будь осторожна.

— Адам, в чём дело? — беспокойно спросила Амелия.

— Я скоро перезвоню, — сказал он и поспешил закончить разговор.

Адам опёрся рукой о стойку и прижал ладонь к лицу.

— Да что произошло?! — уже не сдерживая эмоции, спросил испуганный Ник.

— Срочно едем к Харту, — потерявшим силу голосом прошептал Адам.

Ник, не медля ни секунды, забежал за стойку и снял с крючка ключи от служебной машины. Он взял друга под руку, и они направились к выходу из «Старой скорой».

*******

Смит постучался и, не дожидаясь ответа, вошёл. Харт поднял на него вопросительный взгляд.

— Ты почему здесь? — удивлённо спросил шериф.

— Сэр, мне удалось поговорить с врачом, который дежурил с первого на второе марта, — запыхавшись, проговорил Смит.

— И?

— Ничего странного он не видел и не слышал.

— Смит, ты можешь хоть иногда сразу начинать с самой сути? — нервно пробормотал Харт.

— Мария Васкес, — офицер подошёл к столу.

— Что Мария Васкес? — недоумевал шериф.

— Утром второго марта она проснулась полностью здоровой.

Харт молча смотрел на Смита, всем своим видом давая понять, чтобы тот не тянул.

— Васкес выздоровела именно в ту ночь, за которую отсутствует часть записи, — офицер прокашлялся. — Ещё шестеро детей в течение восьми месяцев чудесным способом побороли рак.

— Я слышал об этом, — прервал молчание Харт. — К чему ты ведёшь?

Смит сел в кресло и подвинулся ближе к столу. Его глаза горели, будто он на пороге какого-то открытия, вот только пока не знает, какого именно.

— Все адреса, которые дал нам Адам Морс для наблюдения, — это адреса детей, чудом победивших смерть за эти восемь месяцев.

— Про это я тоже прекрасно знаю, — Харт нахмурился, пытаясь сложить у себя в голове тот пазл, который раскладывает Смит.

— Я тут подумал, — офицер запнулся. — Адам Морс дал нам этот список, так как очень печётся за безопасность этих детей, двое из которых уже мертвы. Мы знаем, что убийца как-то связан с ним и оставляет послания для него. И все дети выздоровели как раз в промежуток времени, когда Морс пришёл работать в «Тихую гавань». — Смит выдохнул.

— Продолжай, — заинтересованно кивнул Харт.

— Я пока не знаю, как всё это сложить в одну цельную картину, но мне кажется, что Адам Морс намного более ценная фигура в этом деле, чем мы можем себе представить.

Харт закурил, обдумывая всё сказанное Смитом.

— То есть, — выпустив дым, начал говорить шериф, — ты считаешь, что исцеления детей связаны напрямую с Морсом?

— Я просто сложил дважды два, — Смита уже начало давить сомнение. — Очень странно, что он принёс адреса именно тех детей, хотя погибали и другие люди, которых мы приписываем к одному и тому же убийце. Будто Морс знал наверняка, что убийца придёт именно за этими детьми.

Мелодия из кармана Смита прервала разговор. Он достал телефон и взглянул на шерифа. Тот одобрительно кивнул, и офицер ответил на вызов.

— Продолжайте наблюдение, — сказал Смит в трубку после того, как ему донесли информацию, и положил телефон обратно в карман.

Харт вопросительно посмотрел на него.

— Доложили по одному адресу из списка, — Смит прокашлялся и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. — Вчера вечером в дом вошёл отец семейства, и с того момента больше никто не входил и не выходил. Также не замечено никаких движений ни в доме, ни на территории вокруг него.

— По какому именно адресу? — Харт затушил сигарету.

— 1824, Эшвуд-лейн, — офицер достал салфетку из нагрудного кармана и вытер пот со лба. — Адрес Марии Васкес.

В кабинете повисла тишина. Харт, разбирая головоломку в своих мыслях, наблюдал, как дымок из пепельницы тонкой струйкой тянется к потолку.

— Так, понятно, — озадаченно произнёс шериф и откинулся на спинку кресла. — Что слышно по наблюдению за Морсом и Рейнолдс?

Смит мгновенно побледнел и потерял дар речи. Харт сверлил взглядом подчинённого, ожидая ответа.

— На счёт Морса и Рейнолдс… — начал растерянно мямлить офицер.

Внезапно дверь распахнулась, и в кабинет влетели запыхавшиеся Адам и Ник. Смит резко обернулся, а шериф от неожиданности выпрямился в кресле.

— Адам?! — удивился Харт. — Ты что тут делаешь?!

Тот подошёл к столу и бросил открытку прямо перед шерифом.

— Нужно срочно отправляться к дому семьи Васкес, — прерывисто, еле выговорив, сказал Адам.

Харт взял в руки открытку, повертел и осмотрел её. Он перевёл взгляд на Адама и Ника, стоявших в медицинских халатах, с красными и вспотевшими лицами.

— Что это? — с недоумением спросил шериф.

— Ещё одно послание, — нервно бросил Адам, подошёл в упор к столу и опёрся на него руками. — Нам срочно нужно туда, — он смотрел на Харта безумным взглядом, вперемешку с отчаянием.

Шериф немедля встал из-за стола, взял с крючка куртку и поправил пояс, на котором свободно болталась кобура.

— Смит, — командным голосом сказал Харт, — бери людей и выдвигаемся.