Сад в начале октября:

ГЛАВА XIV

Утро наступило тихо, без спешки, словно и само не решалось нарушить хрупкое равновесие последних дней.

Мария проснулась раньше обычного. Тело всё ещё было слабым, но голова — ясной. Она осторожно села на край постели, прислушалась к себе и, решившись, накинула тёплое пальто.

— На прогулку… — тихо сказала она самой себе.

Врач запретил ей работу, но не лишил её воздуха.

Она спустилась вниз, почти бесшумно, чтобы никого не тревожить, и вышла в сад — свой любимый, самый родной уголок этого дома.

Осень уже уверенно заявляла о себе.

Было начало октября. Там, где ещё недавно пестрели цветы, теперь лежала чистая земля. Ни единого сухого стебля — садовник всё убрал, привёл участки в безупречный порядок. Дорожки были аккуратно подметены, гравий хрустел под ногами, воздух был свеж и прозрачен.

Мария медленно шла вперёд, вдыхая запах влажной земли и опавшей листвы, пока не оказалась у Теплицы.

Она вошла внутрь — и почти сразу услышала шаги.

— Мария! — раздался тёплый, искренний голос.

Садовник, заметив её, широко улыбнулся и, не скрывая радости, подошёл ближе. Он обнял её — осторожно, по-отцовски, будто боялся причинить вред.

— Ты изменилась, — сказал он, всматриваясь в её лицо. — Стала… тише. И глубже.

Она улыбнулась в ответ.

— Пойдём, — продолжил он. — Я заварю тебе чай. Такой ароматный, что и осень покажется мягче.

В теплице:

В самом конце теплицы было уютно и тепло.

Небольшой столик, плед, аккуратно укрывающий её ноги, большая чашка дымящегося чая. Садовник сел напротив, сложив руки, и смотрел внимательно, с заботой.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — И… что с тобой было на самом деле?

Мария опустила глаза.

— Если честно… — тихо начала она, — я и сама не знаю. Врач ничего не говорит прямо. А я…

— …просто чувствую, что мне нужно уехать.

Она подняла взгляд.

— Я очень хочу поехать к родителям. Завтра или послезавтра. Мне это нужно сейчас. Если я не сделаю этого до зимы — потом уже не смогу. Дороги станут тяжёлыми, грузы — проблемой. А ещё… город. Всё, что происходит на улицах, пугает.

Она говорила спокойно, но в каждом слове слышалась усталость.

— Мне понадобится ваша помощь, — добавила она.

Садовник даже не колебался.

— Конечно, — сказал он. — Во всём.

Мария рассказала ему о плане, который составила Люси: подробно, шаг за шагом. И сразу добавила:

— Я прошу вас… не берите Люси с собой.

Джули может в любой момент выгнать её из дома. Это навредит нам обеим. Лучше, если Люси останется здесь.

А вы… — она чуть улыбнулась, — проводите меня хотя бы до ближайшего города. Дальше я найду другую карету. У меня там есть знакомые, проверенные люди. Они знают обходные пути.

Она говорила уверенно, будто всё уже давно решила.

— Я не хочу подвергать опасности ни кучера, ни вас, ни Люси. Я уеду ненадолго. Неделя, две — и вернусь.

Садовник кивнул.

— Я всё устрою, — сказал он. — Если не сегодня вечером, то завтра утром. Кучер — наш человек, он поможет.

Новый участок:

— А теперь, — добавил он, — допей чай. И пойдём на юг.

Дорога была не из лёгких, но Мария чувствовала: свежий воздух ей нужен.

По пути садовник рассказывал о новом участке — с живостью и воодушевлением.

— Людей у меня достаточно. Все знают, что ты хозяйка. Ждут тебя. Очень хотят познакомиться.

И… — он чуть замялся, — ты, наверное, будешь меня ругать…

— Что такое? — с улыбкой спросила Мария.

— Я всё-таки построил отдельный домик для саженцев.

Небольшой. Уютный. На всякий случай. Чтобы кто-то мог там жить. Чтобы земля всегда была под охраной.

Мария оживилась.

— Это… очень мудро, — сказала она искренне. — Спасибо вам. Вы даже не представляете, как это ценно.

Она замолчала на мгновение, затем добавила:

— В этом доме я встретила людей, которые стали мне почти семьёй.

Вас. Люси. Эмилию…

Она не упомянула Джули — лишь осторожно сказала:

— Я чувствую, что она против меня. И, боюсь, хочет избавиться от меня.

Садовник тяжело вздохнул.

— Это закончится, — сказал он твёрдо. — Как только вернётся мистер Генри.

Мария улыбнулась — устало, но тепло.

— Вы не представляете, как я этого жду. Я так устала жить в ожидании завтрашнего дня.

Домик:

Строительство шло полным ходом.

Стук молотков, скрип досок, запах свежего дерева. Садовник пригласил её внутрь.

Домик был небольшим, но продуманным.

В прихожей — просторный холл, большой деревянный стол, стулья, печь, камин. Всё побелено — светло, чисто.

— Так лучше, — пояснил он. — Дом маленький, белый цвет расширяет пространство.

Дальше — две спальни, уборная, кладовая.

А наверху, под самой крышей, — ещё одна комната.

— Здесь можно сделать кабинет, — сказал он. — Дом готов для заселения.

Мария смотрела вокруг с восторгом.

— Я бы осталась здесь, — призналась она. — Но меня ждут.

Они ещё долго ходили по участку, осматривали теплицы — большие, просторные.

Мария представляла, как будет здесь работать.

По дороге обратно они говорили о растениях, о винограде, о сроках посадки.

— Семьдесят процентов рассады прижились, — с гордостью сказал он. — Потери минимальны.

Я рад, что мы будем вести это дело вместе.

Мария кивнула.

Впервые за долгое время она чувствовала:

у неё есть будущее.