Глава 8

Милена ходила к знахарке,  просить, чтобы та взяла её в ученицы.  Девушка колебалась, понимая: подобный шаг неминуемо навлечёт на неё косые взгляды и ярлык ведьмы, что навсегда закроет дверь в привычную жизнь. Случайные встречи в лесу во время сбора трав лишь усиливали её тревогу, а однажды, забравшись глубоко в чащу, она наткнулась на избушку старухи. Знахарка встретила её неподвижной фигурой и пронзительным взглядом, на что Милена лишь едва заметно кивнула и удалилась. Вариантов у девушки было немного: либо вернуться в деревню и принять участь замужества, либо остаться здесь, изучая то, что скрыто и потому не понято остальными. Скитаться от поселения к поселению было слишком опасно, да и пережить суровую зиму без прочного крова было невозможно. 

Милена с ранних лет осознала свою силу: для неё не было чем-то необычным видеть как обычных людей, так и призрачные фигуры. Для ребёнка это естественное состояние, особенно если подобные способности проявляются с самого раннего детства. Милена всегда выделялась из окружения. Она была замкнутой, избегала общения, хотя и сама становилась объектом избегания со стороны других. Примерно к десяти годам она начала замечать свечение вокруг людей. К этому времени Милена уже чётко поняла, что подобными вещами делиться с окружающими нельзя.

Она обладала несомненной привлекательностью. Невысокий рост, роскошные волнистые волосы и нежная, молочно-кремовая кожа с намёком на персиковый румянец – всё это делало её особенно притягательной. Именно такая внешность способствовала тому, что поклонники стали активно добиваться её внимания ещё в юности. Ещё год назад, когда Милена уходила из родного дома, её формы были скорее подростковыми, угловатыми. Сейчас же она вступила в тот самый, самый желанный возраст женщины, когда её красота достигла своего пика, расцвета женственности и привлекательности.

Милена, живя в уединении замка научилась лучше и видеть и слышать. Взвешивая всё, она всё же решилась на важный шаг, определяющий её будущее. В полночь она двинулась через лес к избушке ведуньи. Полная луна освещала её путь, деревья в лесу словно расступались, тропа была чёткой, Милена вышла на опушку к хижине и остановилась в свете луны. Она чего-то ждала, не имея возможности двинуться с места, пока дверь не отварилась. Её приглашали. Милена вошла.

Разговор был коротким. Ведающая говорила молча, Милена улавливала, но не всё.  Были озвучены конкретные условия: она согласна стать наставницей будущей ведьмы, лишь при условии, что Тень, Земля, Луна, Ветер и Вода дадут своё согласие. Для поддержания равновесия в качестве вечного оппонента выступит Солнце. Существует ещё одно требование: если Милена в течение двенадцати лунских циклов родит дочь, зачатую в любви, она должна будет отдать её Солнцу. Девушка сосредоточилась исключительно на мыслях о зачатии и будущем ребёнке, размышляя, что за столь короткий срок влюбиться практически невозможно. Она уточнила лишь смысл фразы «отдать Солнцу»: это смерть? — Нет, — лаконично ответила ведунья. — Твоё дитя будет жить.

Милена согласилась, ведь зачать и родить ей было не от кого. Если же речь шла о чувствах, то поводов для тревоги она не видела, однако предложенная цена вызвала у неё опасение. Было одно жесткое условие: сделка скреплялась высшими силами через подпись кровью. Пролитая кровь означала, что Милена официально становилась ученицей. «Как именно?» — спросила она, но знахарка, отвернувшись к столу, прекратила разговор. Милена вышла наружу.

За порогом хижины её одолел страх и сомнения, кусты стали опасно шевелиться, волки завыли где-то рядом, полная луна, освещающая дорогу скрылась за облаками. Сделав пару шагов, Милена пустилась бежать. Ноги несли её с неестественной скоростью; она ощущала смесь страха и свободы, словно не бежала, а парила в воздухе. Показалась кромка леса и небо начало готовиться к восходу солнца. Милена на мгновение восхитилась красками неба и причудливым рисунком облаков и тут же внезапно возникшее дерево острым сучком разорвало её кожу на плече.

В душе девушки царило противоречие. Её приняли, силы природы дали добро, но тяжесть цены угнетала, сменяя ликование отчаянием. Выбежав из леса, Милена пришла в себя и выровняла дыхание. Перед ней раскинулись поля ковыля, колыхающиеся подобно морской волне от легкого ветра. Этот вид подействовал на девушку успокаивающе, и она перешла на спокойный шаг.

Солнечные лучи готовились просочиться  в этот день. Лишь едва начав озарять землю предрассветными проблесками, яркий свет коснулся обнаженной руки девушки, вызвав у нее пронзительную боль. Девушка едва сдержала крик, удивленная внезапностью ощущения, но тут же вспомнила, что Солнце теперь выступает в роли противника.

С того дня, когда Милена оказалась в замке, природа сделала половину своего оборота. Грядет самый знойный сезон, а за ним неизбежно вернется осень с ее ледяными ливнями. Милена тщательно спланировала свои действия: ей предстояло продержаться в замке до момента, когда земля насытится влагой и начнет даровать урожай. Лишь после этого она сможет полностью погрузиться в свою новую жизнь. Но приезд управляющего чем-то незримым нависал над ней, вызывая только не ясную тревогу. За неделю, что они провели в замке Милена так ни разу не встретилась ни с кем из прибывших, они так и остались жить в комнатах для слуг и Генрих не посылал за ней. От этого волнение только усиливалось, ведь ей ни к чему лишние глаза и уши. 

Милена хотела знать, когда господа уедут. Но узнала только, что странный дом, который начали строить – это будущее здание библиотеки. Эта новость лишь добавила вопросов, ведь в замке уже существовала огромная библиотека, которая при первом посещении произвела на нее неизгладимое впечатление своим масштабным собранием. Милена, выполняя свою работу наткнулась на неё случайно и ни как не ожидала, увидеть такое количество книг, а огромные деревянные двери внесли последний штрих любопытства. Там покоились фолианты, свитки, дощечки и множество других, неведомых ей реликвий, смысл и назначение которых оставался для неё загадкой. Порядок в библиотеке был безупречен: книги выстроились в строгом соответствии с тематикой и хронологией. Милена с трепетом и замиранием сердца ступала в это царство знаний. Ознакомившись с названием, она, убедившись в чистоте своих рук, бережно извлекала книгу с полки, запечатлев в памяти ее место.