Его портрет
Я всё ещё держала в руках зонтик — тот самый, что мне дал незнакомец. Он появился тогда, когда мне было плохо, когда я буквально стояла на грани. Казалось, он чувствовал, когда мне больно… Но кто он?
Тысяча вопросов крутилась в голове, а ответов не было ни одного.
После встречи с бывшим на душе стало неожиданно спокойно. Не радостно, не больно — просто тихо. Видимо, я действительно смогла отпустить. Впервые за долгое время мне показалось, что я повзрослела. Стала мудрее.
Я дошла до метро, и через час была уже возле дома. Дождь закончился так же внезапно, как и начался — словно кто-то сверху выключил кран. Воздух был свежим, пахло мокрым асфальтом и свободой.
Я поняла — жизнь продолжается. И, как бы ни было страшно, надо жить дальше.
Когда я зашла домой, первым делом позвонила Яне.
— Ну что, рассказывай! — она взахлёб заговорила. — Что он от тебя хотел?
— Попросил прощения, — вздохнула я. — Сказал, что жалеет, что всё так вышло. Что понял — я действительно его любила.
— О, осознание пришло, наконец-то! Вот это да!
— Ещё сказал, что уезжает в другой город.
— Так и надо, — уверенно заявила Яна. — Меньше будешь о нём думать. У тебя новая жизнь, подруга! Пусть он живёт, как знает.
— Пусть будет счастлив. Я зла ему не желаю.
— И правильно. Ты тоже будешь счастлива, — улыбнулась она в трубке.
— Возможно…
— Не «возможно», а точно! — перебила Яна. — Встретишь ты ещё своего человека, который полюбит тебя настоящую. А может, уже встретила?
— Только не начинай про Кирилла.
— Ладно-ладно, — засмеялась она. — Просто напоминаю, что завтра у вас, ну… не свидание, но почти.
— Это просто прогулка. Дружеская.
— Конечно, конечно, — усмехнулась Яна. — Завтра мне всё расскажешь, ясно?
— Как же я тебя оставлю без подробностей, — улыбнулась я.
— Вот и договорились. Целую, хорошего вечера!
— И тебе, пока.
Когда звонок оборвался, в комнате стало как-то слишком тихо. Мысли снова вернулись к нему — к тому самому незнакомцу. Я вспомнила, что от неизвестного номера недавно приходила смс. Тогда я не ответила. Но сейчас решила написать.
«Мы знакомы?»
Прошёл час — тишина.
На улице уже стемнело, было около десяти. Внутри всё гудело от мыслей, поэтому я надела куртку, взяла наушники и вышла прогуляться.
Музыка мягко заливала голову, и шаги отдавались эхом в пустой аллее.
Почему-то я прихватила с собой его зонтик. Может, просто привычка. А может… не хотела отпускать связь.
Возле кофейного автомата я взяла стаканчик капучино и села на лавочку. Захотелось рисовать. Я достала блокнот и карандаш — рука сама вывела знакомые черты. Те самые глаза, тот же взгляд. Брюнет с короткой стрижкой, загадочная улыбка…
На этот раз портрет вышел особенно живым.
Я вздохнула, убрала блокнот в сумку и сделала глоток кофе. Он уже остыл. Я поднялась, решив пройтись, и тут пришло сообщение от Кирилла:
«Встречаемся завтра у входа в Парк Славы.»
«Окей.»
Я машинально ответила и, задумавшись, не заметила, как споткнулась. Мир резко перевернулся — и я врезалась во что-то тёплое, твёрдое.
Кофе выплеснулся, сумка рухнула на землю, телефон выскользнул и разбился.
— Осторожнее, — раздался знакомый голос.
Я подняла глаза — он.
Тот самый. Незнакомец.
— Снова ты, — выдохнула я.
Он усмехнулся, легко поднимая меня на ноги.
— Начинаю думать, что ты нарочно падаешь мне на руки, — сказал он, отряхивая пальто. — И обязательно с кофе.
— Прости, я не хотела… — пробормотала я, не зная, куда смотреть.
Он опустился, чтобы собрать мои вещи. Когда его рукав приподнялся, я заметила татуировку на запястье — строчка на латыни. Odi amor.
«Ненавижу любовь».
Сердце неприятно кольнуло.
Вдруг он достал мой блокнот, открыл — и замер.
На странице — его портрет.
— Красиво, — тихо сказал он. — Очень похоже.
Я покраснела.
— Прости… это просто… я не хотела…
— Всё в порядке, — он улыбнулся. — Можно я его оставлю себе?
— Да, конечно.
Он аккуратно вырвал страницу и положил в карман.
— Спасибо.
— Подожди, — я сделала шаг к нему. — Ты куда?
Он только посмотрел — взглядом, от которого всё внутри перевернулось.
— Стой! — крикнула я, когда он начал уходить. — Твой зонтик!
Он остановился, чуть повернув голову.
— Оставь его себе, — сказал тихо. — Он теперь твой.
И снова исчез — быстро, будто растворился в ночи.
Я стояла под тусклым фонарём, сжимая тот самый зонтик, и чувствовала, как к горлу подкатывает ком.
Почему каждый раз, когда он появляется, всё внутри во мне сгорает и ломается одновременно?
Дома я долго сидела на кровати, глядя в окно. Потом просто заплакала. Без истерики, без крика — тихо.
На душе было тяжело, но где-то глубоко внутри я знала — всё это не случайно.
После душа я легла в кровать. Глаза закрывались, и снова пришёл сон.
Он был там. Всё тот же. В чёрном костюме, с загадочной улыбкой. И те же слова звучали в воздухе:
«Оставь его себе…»