Глава 2: Юнга с тайной в сердце

Кай очнулся на песке родного берега. Мать обнимала его, плача от счастья, думая, что его просто унесло отливом. Но Кай больше не мог просто чинить лодки. Его манил горизонт и бирюзовый свет, застрявший в памяти.

Чтобы добраться до Островов Поющей Пены, нужны были деньги и большой корабль. На следующее утро Кай пришел в порт.

— Эй, капитан! — окликнул он сурового мужчину со шрамом на щеке, командовавшего погрузкой на торговое судно «Бродяга». — Возьмите юнгой. Я знаю море лучше любого навигатора. Я чувствую мели сердцем.

Капитан окинул парня подозрительным взглядом, но, заметив странный перламутровый блеск его кулона, усмехнулся:

— Ладно, малый. Работа тяжелая, еда паршивая. Но если не врешь про чутье — доплывем.

Корабль отчалил. Кай стоял на носу, глядя, как берег превращается в тонкую полоску. В кармане его куртки лежала раковина Марины, и каждый раз, когда волна ударяла в борт, ему казалось, что он слышит её голос, зовущий его из самой глубины.

Капитан «Бродяги» не был просто суровым моряком. Его шрам на щеке был памятью о старых пиратских набегах, а в его каюте хранились карты, где крестами были помечены те самые подводные города, о которых знал Кай. Когда он увидел свечение из-под куртки юнги, в его глазах вспыхнула жадная искра.

Поздно ночью, когда команда спала, а только дежурный у штурвала боролся с дремотой, капитан прокрался в каюту Кая. Его рука, грубая и мозолистая, потянулась к шее спящего парня, чтобы сорвать перламутровую раковину. Но Кай, привыкший к опасностям океана, проснулся мгновенно.

— Не прикасайтесь к ней, капитан! — Кай вскочил, прижимая кулон к груди. — Я видел ваши записи. Вы ищете Марину и её народ. Но этот кулон не укажет путь тому, в чьем сердце лишь золото.

Капитан оскалился, выхватывая кинжал:

— Мне не нужно твое «чутье», малый. Мне нужен этот ключ. С ним я стану королем всех морей, а пираты будут служить мне, как псы!

Их спор прервал страшный удар. Корабль содрогнулся так, что капитан отлетел к стене. С палубы донесся крик: «Шторм! Чёрный шторм по курсу!»

Кай выбежал наверх. Небо и море слились в одну непроглядную тьму, разрываемую лишь вспышками молний. Огромные волны, высотой с трехэтажный дом, обрушивались на «Бродягу», грозя разнести его в щепки. Мачта затрещала, паруса рвались в клочья.

Капитан выскочил следом, пытаясь перекричать рев ветра:

— Вызывай их! Зови своих морских тварей, пусть они удержат корабль! Или мы все пойдем ко дну!

Кай посмотрел на бушующее море. Он знал, что если он позовет Марину или её стражей сейчас, они попадут прямо в руки капитана-предателя. Пираты на других судах, идущих следом, только и ждут знака.

— Нет! — закричал Кай, хватаясь за штурвал, который бешено вращался. — Я не подставлю их под ваши пушки! Мы справимся сами, если вы еще помните, как быть моряком, а не вором!

Кай чувствовал воду. Он понимал, что этот шторм — не случайность, море будто испытывало его. Он начал отдавать приказы команде: «Рубите такелаж! Лево руля, ловите волну в скулу! Держитесь за леера!»

Своими руками, до крови стертыми о канаты, Кай удерживал судно над бездной. Он не звал на помощь магию — он использовал всё, чему его научило море на суше. Капитан, видя, что парень действительно чувствует ритм волн, на мгновение замер. В нем боролись жадность и профессиональное уважение к мастерству юнги