Глава 4. Субботний ритм и праздник чистоты

Календарь в поселке измерялся не датами, а делами. На 1 мая школа превращалась в муравейник. Это не было повинностью — это было предчувствие праздника. Учителя и ученики, вооружившись ведрами с известью, выходили на улицы. Мы белили стволы деревьев так усердно, что к обеду весь поселок сиял белизной, словно надел парадные рубашки. Взрослые вешали красные флажки, и в воздухе, перемешанном с запахом первой зелени и побелки, разливалось торжество.

Суббота же была днем особенным, «священным». Начиналась она с ярмарки в самом центре. Возле магазина выстраивались ряды, шумели голоса, шел торг — здесь можно было найти всё: от запчастей для трактора до домашних пирогов. А за окраиной уже дымила труба общественной бани. Поход в баню по субботам был ритуалом очищения для всего поселка. Сюда шли целыми семьями, неся в узлах свежее белье и березовые веники; здесь за паром и горячей водой смывалась вся тяжелая недельная усталость полей и ферм.

90-е годы, которые для многих стали временем хаоса, наш поселок прошел с достоинством, словно под защитой невидимого купола. Мы не просто выжили — мы обживали ту самую новую двухэтажную школу, о которой мечтали. Жизнь не остановилась: так же гудели трактора, так же пахли теплицы, и женщины всё так же в пять утра спешили к коровам.

Но появилось и что-то новое, яркое. На окраине, неподалеку от бани, ожил Клуб. Он стал вторым сердцем поселка. Днем там царило детство: в кукольном театре оживали сказки, а в кинозале крутили мультики. Вечером же наступало время взрослых. Поселок замирал, когда на экране начинались индийские фильмы — яркие краски, песни и страсти заставляли забыть о мозолях на руках.

А еще у нас был Хор. Это была гордость директора и каждого жителя. И мужчины, и женщины — те самые, что днем работали в поле или конторе, — вечером надевали костюмы и пели так, что заслушивался весь район. Они ездили с гастролями, привозя в поселок грамоты и славу.

А по субботним вечерам здание, где днем репетировал хор, наполнялось совсем другими звуками. Открывалась дискотека. Грохот музыки, первый свет светомузыки, смех молодежи — жизнь кипела, не давая унынию ни единого шанса. Мы продолжали работать, строить и петь, несмотря на то, что мир за пределами наших полей становился совсем другим.