Глава 23. Разговор с тётей Светой

Дом тёти Светы всегда казалась Никите слишком тихим. Даже чайник здесь закипал как будто осторожно, не нарушая порядок в доме. Он стоял у окна, не зная, куда деть руки, пока тётя Света раскладывала чай по чашкам.
— Я сразу скажу, — начала она без предисловий, не глядя на него. — Если ты пришёл снова про Лизу говорить, то разговор будет короткий.
Никита напрягся, но кивнул.
— Я пришёл именно про неё.
Тётя Света поставила чашку на стол чуть резче, чем нужно было.
— Я так и знала.
Он сел напротив. Несколько секунд молчал, подбирая слова.
— Я её люблю.
Слова прозвучали просто, без пафоса. Но в комнате будто стало тяжелее.
Тётя Света наконец посмотрела на него прямо.
— Любовь — это не аргумент, Никита.
Он не отвёл взгляд.
— Для меня — да.
Она усмехнулась, но без радости.
— Ты думаешь, я не вижу, что ты к ней чувствуешь? Вижу. Я не слепая. Но ты не понимаешь главного.
— Чего именно? — спокойно спросил он.
— Ей и так тяжело. Лиза не из тех, кто легко отпускает людей. А ты… ты можешь уйти. Уехать. Передумать. И она останется с этим.
Никита чуть сжал пальцы на чашке.
— Я не собираюсь уходить.
— Все так говорят, — резко ответила тётя Света. — А потом жизнь делает по-своему.
Он выдержал паузу.
— Я не все.
Тётя Света вздохнула, устало, как человек, который уже видел похожие истории.
— Никита, послушай меня. Я не против тебя как человека. Но я против этой… привязанности. Лиза для тебя сейчас — эмоции, романтика, момент. А для неё — это может стать всем.
Он тихо усмехнулся, но без злости.
— Вы думаете, что я играю?
— Я думаю, что ты молод, — поправила она. — И не до конца понимаешь, что значит «навсегда».
Эти слова повисли между ними.
Никита наклонился чуть вперёд.
— А если я скажу, что я уже всё понял?
— Не поверю, — сразу ответила она.
Он кивнул, будто ожидал этого.
— Тогда не верьте словам. Посмотрите на действия.
Тётя Света прищурилась:
— И что ты собираешься делать?
Никита посмотрел прямо, спокойно.
— Быть рядом с ней. Не на время. Не пока удобно. А столько, сколько она сама позволит.
— Красиво сказано, — холодно заметила она.
— Это не красиво, — ответил он. — Это правда.
В комнате снова стало тихо.
Тётя Света отвернулась к окну, будто там можно было найти правильный ответ.
— Я всё равно за неё переживаю, — сказала она уже тише. — И я не хочу, чтобы она страдала.
Никита кивнул.
— Я тоже не хочу.
— Но вы всё равно будете рисковать, — добавила она.
Он не стал спорить.
— Потому что иначе мы просто не попробуем жить.
Тётя Света долго молчала, потом устало выдохнула:
— Лиза упрямая. Вся в мать.
Никита чуть улыбнулся:
— Я заметил.
Она посмотрела на него снова, уже спокойнее, но всё ещё строго.
— Если ты её обидишь…
Он не дал ей закончить.
— Тогда я сам уйду. Без разговоров.
Эти слова прозвучали твёрдо.
Тётя Света долго смотрела на него, будто пыталась понять, насколько он серьёзен.
— Посмотрим, — наконец сказала она. — Жизнь любит проверять такие обещания.
Никита встал.
— Я знаю.
Уже у двери он остановился.
— Но я всё равно останусь рядом с ней, пока она сама меня не отпустит.
И вышел.
Тётя Света осталась одна на кухне, глядя на остывающий чай, понимая, что этот разговор не изменил её мнение — но и не убедил, что он неправ.