Глава 10

– Ассалам-алейкум!- первое что услышал мужчина, когда пришёл в себя.

– Что?- едва слышно спросил он.

– Приветствую тебя, дорогой,- погонщик говорил с восточным акцентом.

– Здравствуйте. Где я?

– В пустыне конечно.

– А! Пустыня Калахари.

– Зачем Калахари? Нет. Это пустыня Батпайсагыр.

– Как Батпайсагыр? Мне нужно в Калахари, у меня командировка и билет.

– Да будет тебе известно, достопочтенный, что пустыня Калахари далеко-далеко в Африке. А здесь пустыня Батпайсагыр.

– А зачем-же они меня сюда на поезде завезли?

– Э, дорогой. Наверное кто-то сильно, сильно пошутил над тобой,- погонщик с сочувствием посмотрел на человека,- Но ты не расстраивайся, дорогой. Я тебе помогу. Давай знакомиться, я акын – поэт и певец.

– Очень приятно. Я статист. Просто статист.

Человек был явно расстроен и отвечал скорее по инерции, не задумываясь над словами.

– Ай! Не расстраивайся. Посмотри на ситуацию по другому, ты здесь теперь не один: ты нашёл меня, а я нашёл тебя. Значит скоро вернёшься домой, будешь жену обнимать. Всё хорошо будет!

Мужчина только головой кивал в ответ, сидя на песке.

Погонщик продолжая что-то говорить, поднял чемодан и теперь погрузил его на верблюда, старательно закрепив верёвками.

– Вот, совсем хорошо,- сказал он, когда закончил свою работу,– Надо продолжать путь. Мы должны идти, достопочтенный статист.

– Мне бы водички. Так печёт, спасу нет.

Акын протянул бурдюк с водой и человек смог сделать несколько глотков.

– Спасибо,– поблагодарил он, возвращая живительную влагу хозяину и поднимаясь с песка,- Мне кажется, теперь я пожалуй смогу идти.

И они продолжили путь в неизвестном направлении, но уже вдвоём.

Акын оказался на редкость говорливым попутчиком. Всю дорогу он рассказывал стихи собственного сочинения.

“Вероятно я у него первый слушатель за всю его сочинительную деятельность”- подумал человек, шагая рядом с верблюдом.

Вечером они сделали привал и стали готовиться к ночлегу. Насобирав вокруг сухих колючек, всевозможных палочек и веточек, погонщик развёл маленький костёр и заварил чай из чабреца, что был у него в поклаже.

– Почему вы помогаете мне?- спросил статист, когда они спокойно сидели у костра и пили чай,– У меня нет даже денег, чтобы хоть как-то отблагодарить за всё, что вы делаете для меня.

– Когда я был ещё мальчишкой, мой дед учил меня: “Никогда не будь как шайтан. Если кому-то плохо, не проходи мимо, помоги ему. И тогда душа твоя будет спокойной и светлой. Добро всегда возвращается добром, а зло порождает ещё большее зло” Я запомнил всё, чему учил меня дед и теперь пришло время проверить, как я усвоил урок. А деньги. Скажи, зачем они мне в пустыне? Разве что мой “корабль-пустыни” подремонтировать.

– Какой корабль-пустыни?

– Мой верблюд.

– А что с ним?

– Иногда он упрямится и не хочет идти.

– А!- рассмеялся статист,– Так это у него характер!

Вокруг давным-давно стемнело. Акын взял в руки домбру.

– Так хорошо на душе и светло, что душа моя поёт,- сказал он.

Акын сначала заиграл какой-то восточный мотив, потом стал подпевать:”А-а-а-а-а”

Голос его с низких нот переливался на высокие и плавно возвращался на низкие. Слушая такое песнопение, человек незаметно для себя заснул.