Жизнь в аду

Александра Николаевна проснулась в роскошном пентхаусе.
Почувствовала острую тоску. Тапки исчезли.
Не простые — Hermès. Рыжие, с инициалами.
Она позвала домработницу.
— Я их не трогала, — виновато прошептала та.
— А кто тогда?!
— Кошка.
— Выгнать. Всех. Кошку — в приют.
Домработницу — на улицу.
Мужа — к его любовнице.
Пусть там ходит босиком.
Александра встала и прошла босыми ногами по мраморному полу.
— Господи, холодно то как.
Она подошла к окну, посмотрела вниз.
Дворник пил чай из термоса. В тапках. Рыжих. С инициалами.
Она закрыла шторы.
Села на диван.
И, укутавшись в плед из альпаки, прошептала:
— Люди не понимают, что мы живем в аду. Здесь даже пол без подогрева. Хоть и мраморный.
​​​​​​​