Глава 4. Операция «Пирог» и третий лишний

Ева почувствовала, как по спине пробежал холодный пот. Клавдия Петровна уже решительно навалилась плечом на дверь, проверяя прочность цепочки.

— Ну-ка, Ева, отцепляй замок! — потребовала хозяйка, грозно поправляя очки. — Животные в моей квартире? Да я тебя выселю в три счета! Что это за чихание?

В эту секунду Ева вспомнила про спасительный сверток в своей сумке.

— Клавдия Петровна! — закричала она чуть громче, чем нужно, отчаянно пытаясь перекричать шорох под тумбочкой. — Какая собака? Это я чихнула! У меня… аллергия на лук! А пахнет — вы только не сердитесь — я вам сюрприз готовила! Тетя Марта передала свой фирменный пирог с брусникой и нежным тестом. Помните, вы говорили, что душу за него отдадите?

Хозяйка резко остановилась. Её суровое лицо на мгновение дрогнуло, а ноздри уловили тонкий аромат выпечки, который всё еще тянулся за Евой из кухни.

— Пирог? — тон Клавдии Петровны заметно смягчился. — Тот самый, со слоеным тестом, которое тает во рту?

— Он самый! — закивала Ева, аккуратно прикрывая ногой щель под тумбочкой, откуда как раз показался возмущенный нос Федора Ивановича. — Я как раз хотела разрезать его, заварить чаю и занести вам. Специально блендером крем взбивала! Давайте я прямо сейчас вам его вынесу, а то у меня в квартире… э-э… легкий беспорядок, стыдно пускать.

Клавдия Петровна замялась. Борьба между жаждой контроля и любовью к бесплатной брусничной выпечке длилась ровно три секунды. Выпечка победила.

— Ладно, — буркнула она. — Неси сюда. Только поживее, а то у меня сериал через десять минут начнется. И розетки я в следующий раз проверю!

— Сию минуту! — выдохнула Ева.

Она захлопнула дверь, повернулась и пулей бросилась на кухню. Веня уже сидел на столе, обмахиваясь мокрым носком как веером.

— Ну и мегера, — прошептал енот, округлив глаза. — Она хуже, чем инспекция по охране труда. Нам нужен план эвакуации!

— Нам нужен пирог! — Ева судорожно схватила нож и отрезала огромный, самый красивый кусок от угощения тети Марты. Пакет с остатками она сунула Вене: — На, спрячь куда-нибудь!

В этот момент из прихожей строевым шагом вышел Федор Иванович. Вся его щетка на спине была забита серой пылью и какими-то старыми нитками, отчего он выглядел как шерстяной танк после боя.

— Противник временно отступил, но позиции сдавать нельзя! — рявкнул ёж. — Гражданская, докладываю: под тумбочкой обнаружен склад вражеских носков и три неопознанные пуговицы. Всё ликвидировано!

— Молодцы, хвалю всех! — Ева схватила тарелку с пирогом и уже развернулась к выходу, как вдруг…

ХРУСЬ!

Этот звук заставил всех троих подпрыгнуть. На кухонном столе третье, последнее жемчужное яйцо-орешек не просто треснуло — оно буквально взорвалось, разлетевшись на мелкие осколки.

Из облака легкого золотистого дыма на стол грациозно приземлилось существо, совершенно не похожее на ворчливого ежа или суетливого енота. Это была крошечная, невероятно пушистая белая кошечка (или ангорская шиншилла) с огромными фиалковыми глазами. На шее у неё был повязан шелковый розовый бант, а в лапках она держала… крошечный блокнот и перьевую ручку.

Она окинула кухню царственным взглядом, поморщилась при виде мокрого Вени и пыльного Федора Ивановича, а затем посмотрела на Еву.

— Боже мой, какая безвкусица, — пропела кошечка тонким, капризным и очень аристократичным голоском. — Милочка, у тебя абсолютно не сочетаются шторы с цветом стен. А этот кусок пирога на тарелке? Нарушены все пропорции золотого сечения! Записываю: хозяйка нуждается в немедленной эстетической реанимации.

 Я Изольда, твой личный стилист, дизайнер интерьеров и менеджер по созданию уюта.

— Чего-о-о?! — в один голос закричали Веня и Федор Иванович.

— Ева! Ты где там застряла с пирогом?! — раздался из-за входной двери нетерпеливый крик Клавдии Петровны. — Я всё слышу! С кем ты там разговариваешь?!