Глава 42

• Глава: Огонь в Чужих Руках

В кабинете Марка горела лишь одна настольная лампа. На столе перед ним лежала свежая сводка от Окафора и список дешифрованных кодов access-level 4, полученных после ослепления Лионского бункера. Это были электронные ключи к закрытым резервным складам Панамерики — от Техаса до Калифорнии.

За спиной Марка молча стоял Гриф.

— Ты осознаешь, что именно ты собираешься сделать, Марк? — тихо спросил Гриф. В его голосе не было осуждения, лишь тяжелый, ледяной металл. — Если мы передадим эти коды через Матео каналам Картелей в Мексике и на юге… это будет не война. Это будет кровавая баня.

— Кросс и Торн уже начали оцеплять просыпающиеся города, — не поворачивая головы, ответил Марк. Его голос звучать сухо, как шелест сухой листвы. — В Чикаго и Ванкувере они вводят комендантский час. Они сливают топливо, блокируют поставки хлеба и готовятся усыпить «проснувшиеся» сектора повторной химической атакой Лемма. Если мы не отвлечем Кросса прямо сейчас, нейтрализатор Ван Дорна захлебнется в крови.

Марк поднес к глазам список кодов.

— Эти банды… — продолжал Гриф. — Их не интересует свобода или «Законы Прометея». Им нужны оружие, наркотики, топливо и золото. Когда замки на складах Кросса откроются, эти псы сорвутся с цепей. Пострадают гражданские.

Марк медленно закрыл глаза. Перед его мысленным взором пронеслись лица людей в Цюрихе, лицо Отца Томаша, лицо погибшего сына Ван Дорна. Каждое решение выжигало его душу изнутри, превращая часовщика в демона прагматизма.

— Я знаю, Гриф, — прошептал Марк, и в этом шепоте звучала бескрайняя тоска. — Я отдаю безоружных людей на разграбление волкам. Но эти «волки» выдернут клыки у Панамерики за сорок восемь часов. Кросс будет вынужден бросить всю элиту «Спектра» на защиту своих арсеналов на Юге. У него не останется ни ресурсов, ни времени, чтобы давить просыпающиеся города.

Марк открыл глаза. В них сгорело последнее сочувствие. Остался лишь расчет.

— Передай коды Матео. Пусть отдаст их тем, у кого самые грязные руки и самые длинные ножи. Пусть берут всё, что смогут унести.

Марк взялся за рычаг своего латунного хронометра и медленно взвел пружину до упора. Металл заскрипел от предельного напряжения.

— Если чтобы зажечь свет в этом мире, мне нужно поджечь их дом руками бандитов… я сам подам им факел.

• Три дня спустя. Граница Мексики и Техаса.

Ночь над закрытым стратегическим складом Панамерики «Альфа-7» прорезал сухой металлический клик.

Электронные замки, которые считались неприступными, вдруг мигнули зеленым светом: ДОСТУП РАЗРЕШЕН. Массивные титановые ворота, защищавшие тонны армейского оружия, тяжелой техники и медикаментов, бесшумно поползли вверх.

В темноте за пределами периметра зарычали моторы десятков кустарных броневиков и пикапов.

Стены бункера осветили фары. Из машин высыпали сотни людей — не в форме, без знаков различия, с татуировками на шеях и засаленными автоматами в руках. Это были выжившие члены синдикатов и банд, тридцать лет ждавшие своего часа в фавелах и пустынях.

— Замки открыты! — заорал их важак, дико хохоча и размахивая мачете. — Часовщик не соврал! Все внутри! Брать всё — от патронов до пищевых концентратов!

Маленький гарнизон солдат Панамерики, привыкший к безупречной дисциплине и цифровым указаниям, даже не успел занять оборону. Импульсные винтовки дежурных молчали из-за блокировки Лиона, а тяжелые ворота были открыты изнутри.

Через два часа склад «Альфа-7» горел, а колонны вооруженных до зубов криминальных группировок рванули дальше на север — к узловым станциям Техаса и Нью-Мексико, устраивая хаос и погромы на тыловых коммуникациях Кросса.

• Колорадо. Главный штаб Панамерики.

Генерал Кросс вбежал в кабинет Торна без доклада. На его лице впервые не было привычной ледяной маски — там был дикий, звериный гнев.

— Логистическая катастрофа! — рявкнул Кросс, ударив кулаком по голографическому столу. — Девять стратегических складов на южной границе взломаны изнутри! Они использовали наши прямые генеральные ключи!

Торн, стоявший у окна с бокалом воды, медленно повернулся: — Кто? Эверс прислал свой спецназ?

— Какой к черту спецназ?! — взревел Кросс. — Это бандиты! Мексиканские гиены, грабители и уличный сброд! Они вооружаются нашим же тяжелым оружием из резервов! Они режут наши конвои, жгут узлы связи и грабят продовольственные хабы!

— Задействуйте автоматические турели и фронтовую авиацию, — прошипел Торн.

— Чем?! — Кросс подскочил к Торну вплотную. — Наша продвинутая электроника ослеплена после Лиона! А простая пехота в Чикаго и Новый Орлеане плачет и отказывается стрелять, потому что ваш «Статик» больше не работает! У нас горит весь южный тыл, Торн! Если я не сниму дивизии с европейского фронта и не брошу их на юг, эти дикари через неделю будут под окнами Колорадо!

Торн медленно опустил бокал. Вода в нем ходила ходуном.

Впервые в жизни аристократ и правитель Панамерики понял: их идеальный, стерильный, высчитанный до последней запятой мир ломают не идеи и не технологии. Его ломает неуправляемый, хаотичный и беспощадный человеческий пожар.

И этот пожар из своего далекого кабинета в Женеве зажег обычный часовщик.