Глава 14. Один шанс.

Глава 14 — Один шанс

Свет пробивался сквозь щели мёртвого города.

На улицах — тишина. Разбитые окна отражали первые лучи солнца, придавая Припяти какой-то жуткий, но одновременно живой облик. Казалось, город снова начал дышать.

— Что-то не так… — прошептал Илья, опираясь на стену. Его нога ныла. Гной сочился из раны, и при каждом шаге отдавалось болью.

— Всё слишком… спокойно, — добавил он. — Это не похоже на Зону.

— Зона никогда не была предсказуемой, — ответил Платон. — Но если есть шанс выбраться — надо его использовать.

Вдруг Платон остановился.

— Слышишь?

— Что?

Смех.

Разговоры.

Щелчки камер.

И глухой голос:

— …на левой стороне вы можете видеть колесо обозрения, символ Припяти…

Из-за угла выехал белый автобус, за ним ещё один.

Из них начали выходить туристы — человек сорок, с фотоаппаратами, экскурсоводом, рюкзаками. Они смеялись, болтали, делали селфи у граффити.

— Мы… не галлюцинируем? — спросил Платон, замерев.

— Это точно не сон, — прошептал Илья.

Ребята медленно подошли к группе. Туристы посмотрели на них с удивлением — их одежда была рваная, лица уставшие, а тела будто прошли через ад.

— Ребят, всё в порядке? — спросила молодая женщина с бейджем экскурсовода.

— Мы… вы потерялись?

— Где мы вообще? — Платон задыхался. — Какой сегодня день?

— 5 августа, — ответил кто-то из группы. — 2023 год. Мы тут на экскурсии, с Киева приехали. Последний автобус уходит в 13:30.

— 2023… — прошептал Илья. — Значит, мы… вернулись.

Платон схватил его за плечи:

— Мы должны попасть на этот автобус! Это наш шанс выбраться отсюда!

Но Илья вдруг осел на землю, схватившись за ногу. Та почернела и пульсировала.

— Я не дойду… — сказал он. — Слишком далеко.

— Я останусь здесь, с этими людьми. Со мной всё будет в порядке. Иди. Найди остальных. Приведи их.

— Ты уверен? — Платон смотрел в глаза другу.

— Уверен.

⸻

Платон двинулся дальше — к парку развлечений, к жутким аттракционам, где Зона особенно сильно чувствовалась. Ржавое колесо обозрения возвышалось над деревьями, как гигантский глаз, смотрящий на всё вокруг.

И вдруг… он увидел её.

Грязная, измождённая, со слезами на лице, шатаясь, шла София.

— София! — Платон бросился к ней.

Она подняла взгляд. Узнала его.

Они обнялись. София расплакалась.

— Я думала, всё… — прошептала она.

— Я тоже. Прости меня… За всё, — сказал он, глядя в её глаза.

Но София отстранилась:

— Мы больше не будем вместе. Я… видела, что ты сделал с Евой. Даже в аду ты остался предателем.

Но сейчас… главное — выбраться отсюда.

Платон опустил голову, но промолчал.

⸻

Тем временем в прошлом, за несколько часов до аварии, Ева сидела в тюремной камере.

Пахло потом, сыростью и пылью.

По радио играла советская музыка.

После взрыва ЧАЭС, все полицейские рванули к станции, оставив камеры без присмотра.

Но дверь так и не открылась.

Она осталась одна. В 1986 году.

В прошлом.

В Зоне, откуда, кажется, не было возврата.

Она присела в угол и прошептала:

— Платоша… ты ведь найдёшь меня… да?..