Прилёт

Ху Яо положил телефон и задумался. Сюань Сян, кажется, вполне справляется здесь. И без хвостов он будет ей скорее обузой, чем помощью.

Она девочка умная, осторожная, и в ловушку не полезет.

“Второй раз, — мысленно хмыкнул лис. — Один-то раз она уже туда влезла. Хорошо, попался этот… человек.”

Он отметил, что за весь разговор Сюань Сян ни разу не назвала этого типа “зайкой”.

А ведь наверняка успела откусить немалый кусок.

Он знал, что последние лет сто Сюань Сян не убивала своих любовников. “Заек”. Не потому, что жалела, лисам не свойственна жалость. Просто люди стали внимательнее, и серия покойников, хвостом тянущаяся за красоткой, здорово испортит жизнь. Можно менять маски, можно путать следы, но когда тогда развлекаться?

Сам он прекратил убийства ещё раньше. Более того, перешёл на легальное положение.

Алый Лотос — волшебная полиция. Дело Алого Лотоса — ловить таких, как Ху Яо.

И ловкий лис присоединился к Лотосу. И верой и правдой служил ему. Он стал там привычным, его знали, как безобидного, забавного и в чем-то полезного типа. Универсального переводчика, вежливого дипломата и… немного хулигана.

“Сколько раз меня изгоняли из Лотоса? — подумал Ху Яо. — Только Шан Шен Лю дважды… сейчас третий…”

Он не беспокоился. Он считал, что имеет полное право немного пошалить.

Императору не вредно разок попить водички, Шан Шен Лю полезно немного понервничать. А самому Ху Яо полезно немного размяться.

Неудачно вышло, что именно в этот момент пропала Линкиу.

И теперь предстояло сыграть в человека почти по-настоящему. Без хвостов.

Ху Яо размышлял и вспоминал, но руки его были очень заняты. Он разложил перед собой документы. Банковские карты. Паспорта.

Все настоящее, Шан Шен Лю придавал большое значение точности легенды.

Ху Яо и в самом деле числился консультантом и переводчиком в министерстве. Он и сам не мог вспомнить, в каком именно, и кто персонально им командует.

Любимая шутка лис — организовать все так, что никто из больших начальников точно не знает, кому подчиняется этот вежливый и умелый чиновник…

Ху Яо проверил состояние своих счетов. Не так и плохо. Он не часто тратил деньги, и потому они как-то сами собой копились, и теперь у него была возможность…

Ху Яо встал в театральную позу, устремил гневный взор куда-то перед собой, на неведомого врага и возгласил, грозно и решительно:

— Я обрушу на тебя всю мощь своей финансовой подушки!

Неведомый враг не явился перед лисом и не пал на колени, умоляя о пощаде. Не захотел добровольно играть свою часть спектакля.

— Ну, тебе же хуже, — сказал Ху Яо и стал паковать свои вещи.

Вызвал такси… и всего лишь через час помощник министра, уважаемый господин Ху зафрахтовал самолёт и мчался через полстраны.

Туда, где горевал то ли внук, то ли племянник Лю Фан.

Хвостов у Ху Яо не было, но лисий нос был. И он был совершенно уверен, что смерть старухи воняет так же, как похищение Линкиу.

***

Из аэропорта он снова позвонил Сюань Сян.

— Привет, рыжая.

— Привет, бесхвостый!

— Как?

— Недоела, теперь откармливаю.

Ху Яо усмехнулся. Как он и думал, Сюань Сян решила использовать парня, как открывашку.

Наверняка придумала уже вполне безумный план, шумный, звонкий, с грохотом и кровью.

Незнакомого парня Ху Яо не жалел. Хотя, Сюань Сян наверняка постарается, чтоб он выжил.

Для нее это своего рода спорт — довести “зайку” до самого края, и уйти. Обычно любовницу, которая бросила больного и слабого партнёра, начинали презирать… но не искали. А оставшись без влияния лисы, “зайка” быстро восстанавливался.

Хотя, стоп, этот же парень не “зайка”…

Не забыла бы Сюань Сян, что он всего лишь человек, и слишком легко может умереть…

— А ты?

— Долетел, сейчас поеду.

— Найди там себе веселую девчонку.

— А ты не укатай мальчика.

Постороннему их разговор показался бы ерундой, но Ху Яо все равно, прежде, чем звонить, всегда осматривался по сторонам. Прислушивался, принюхивался — чтоб точно остаться наедине.

И потому, когда завершил вызов и обнаружил, что на него внимательно смотрит какая-то девушка, он удивился.

Но он был лисом, и обаятельно улыбнулся.

Девушка тут же шагнула вперёд и негромко заговорила:

— Господин Ху Яо?

Лис улыбнулся ещё обаятельнее и кивнул:

— О, я вижу, моя слава мчит впереди меня!

Мысленно он тем временем торопливо перебирал возможности — кто это? И как она вычислила его?

Разумеется, его возможности сейчас ограничены, но так быстро? Он ведь только вышел из самолёта!

— Можете назвать цель вашего приезда? — спросила девушка строго. Обаяние лиса словно волны, разбивались о неприступность ее строгости…

Ху Яо даже подумал, что в прошлой, не такой торопливой, эпохе, он непременно сложил бы краткий стих об этом. Хотя..  что мешает сейчас?

— Весна, 

и первые цветы моей надежды 

с тоскою увядают 

под снегом строгих глаз… — продекламировал он и добавил, — но я все же хотел бы знать, кто вы, строгая незнакомка?

Хотя, он уже и так догадался, и винил себя за неосторожность — ведь все документы делал ему Алый Лотос по распоряжению Шан Шен Лю. И скорее всего, едва он расплатился со своего банковского счёта, едва он предъявил свой замечательный паспорт — Алый Лотос уже знал, что опальный лис спешит в небольшой городок, где недавно случилась смерть одной из бывших сотрудниц…

— Синь Минг, городской инспектор, Алый Лотос.

— Очень рад познакомиться с вами, госпожа инспектор! — сказал Ху Яо. — Но вам вовсе не обязательно было встречать в аэропорту, я могу найти дорогу сам.

Синь Минг не дала сбить себя с толку. Ее лицо сделалось ещё строже и ещё неприступнее.

— Зачем ты здесь, лис? — сказала она. — Куда ты так спешишь?

— Госпожа инспектор, — ответил Ху Яо тихо и доверительно, — но разве я совершил преступление? Я всего лишь приехал в ваш прекрасный город.

— Не юли, лис, — Синь Минг даже немного поморщилась, а Ху Яо пожалел, что у него нет хвостов. Сейчас бы лёгкое-лёгкое касание чар, и она была бы намного доверчивее. — Я задала простой вопрос, а ты пытаешься заморочить мне голову.

“Хотя, — подумал Ху Яо, — может, и хорошо, что нет хвостов. У нее наверняка защитные амулеты, а попытка очаровать инспектора при исполнении, это уже почти нападение…”

— Ну, что вы, госпожа инспектор, — ответил Ху Яо. — Я отвечу вам со всей честностью, на которую способен.

Сам Ху Яо в это время поспешно просчитывал, что она здесь делает.

Лис, конечно, существо волшебное и опасное, но ни Линкиу, ни Сюань Сян никогда так не ловили.

Значит, либо ловят лично его… либо здесь произошло что-то важное.

“Например, убили Лю Фан… Понять бы, она мне союзник, или охотник?”

— Я ехал к своей старой знакомой, — тон лиса стал печальным, — оказывается, она недавно умерла, а я не успел даже проститься с ней.

Синь Минг моргнула. То ли не ожидала такой откровенности, то ли не поверила в искренность.

В искренность, к слову, она не верила зря — в этот миг Ху Яо готов был оплакивать Лю Фан совсем по-настоящему. Искренностью он владел великолепно, она прорастала из самого сердца лиса… но так как сердце было всё таки лисье, то искреннее горе сменялась не менее искренней насмешкой.

— Вы летели к Лю Фан? — спросила Синь Минг, и Ху Яо отметил про себя, что она явно немного поддалась. Иначе не стала бы называть имя.

Мало ли умирает людей в современном городе…

— О, вы знали ее? — тут же подхватил лис. — Вы знаете, когда-то мы были близки, но… сами понимаете…

Он сделал такое лицо, словно намекал на что-то понятное собеседнице и так, но о чем немного неловко говорить.

— Вы поддерживали с ней какую-то связь? — спросила Синь Минг. В голосе ясно слышалось, как к прежнему холоду примешивается интерес. И даже некое подобие сопереживания.

— Увы, — сказал Ху Яо. В этот миг он был печален и искренен даже еще больше, чем прежде. — Сперва я не беспокоил ее, потому что боялся за ее здоровье. Потом… Понимаете…

Ху Яо колебался так, словно и вправду не вспомнил вообще о ее существовании лишь сегодня, когда ему понадобилась помощь.

— Некоторое время я не хотел случайно испортить ее личную жизнь. — сказал он. — Потом, сами знаете, как это бывает. Дела, суета, суматоха… И вот, когда меня изгнали, я…

— Вы хотели, через нее подать прошение о восстановлении в Лотосе? — спросила Синь Минг.

— Ну, что вы! — Ху Яо возмутился так натурально, что госпожа инспектор наверняка уверилась, что так и он хотел сделать. Если, разумеется, что-то понимает в лисах. А если не понимает, и воспринимает все это за чистую монету…

“Если она верит в мою искренность, — подумал Ху Яо, — значит, не охотница на лиса, а следователь, расследующий убийство Лю Фан. Союзница.”

— Моя вина перед великим Шан Шен Лю слишком свежа… впрочем, не знаю, имеете ли вы право знать подробности… — Ху Яо позволил последней фразу повиснуть в воздухе.

Капля превосходства — проверка для ее самообладания. Если она охотница — она все это знает. Напрямую ничего не скажет, но оттенки в голосе чуткое лисье ухо уловит. Оттенки самодовольства, превосходства, тайного знания… Этого достаточно.

— Знаете, ваша знакомая погибла при весьма странных обстоятельствах, — сказала Синь Минг, и лис понял, что ему поверили. — Подробности я вам не могу рассказать, но я веду расследование, и просила бы не мешать. Через неделю сможете прийти на кладбище и поговорить с вашей…

Тут она сбилась.

Всем известно, что лисы и кладбища, кладбища и лисы — всегда вместе. Лисы выкапывают покойников и едят их. Лисы селятся в старых склепах.

Ху Яо сделал вид, что не заметил ее оговорки, но, разумеется, отметил ее.

— Я мог бы помочь вам! — заявил он с жаром. — Вы знаете, у меня есть некоторые…

— Вас же лишили способностей, — сказала Синь Минг и тем шагнула в ловушку.

Ху Яо посмотрел на нее с грустным укором.

— Ну, разумеется, — сказал он. — Как же я мог забыть… я же теперь никчемный, бесхвостый и жалкий неудачник…

Его плечи опустились, взгляд потух и он словно бы весь обвис.

— Но все же… — пробормотал он, словно борясь с собственной слабостью, — у меня есть знания… память, в конце концов… я мог бы…

— Ну, не расстраивайтесь, — в голосе Синь Минг уже не было прежнего льда. Для лисьего уха там была скрываемая вина и желание попросить прощения.

Синь Минг попалась.