Глава 9: Руби (Шантаж и Консервы)

Я чувствовала на себе взгляд Йоава, пока шла по проходу, и это меня раздражало. Ему нужно было, чтобы я действовала, но чтобы я делала это в его стиле. Что ж, я буду действовать. Но в своем.

Я нашла Киру — тихую рыжую девушку, которая, кажется, была на грани обморока, и Бобби, который уже рассказывал какому-то перепуганному пенсионеру о том, как его бабушка построила бункер из тыквенных банок. 

“Бобби! Кира! Слушайте меня внимательно,” — я говорила быстро, но четко. — “Мы не можем спать на полу. Йоав, этот высокомерный придурок, сосредоточен на баррикадах. А нам нужен лагерь. Кира, ты можешь найти простыни, одеяла, что угодно, чтобы утеплить? И нам нужны матрасы. Поищите в отделе товаров для дома.”

Бобби, на удивление, мгновенно переключился. “О! Моя бабуля однажды…”

“Не надо про бабулю, Бобби. Сейчас. Мы найдем пустой угол подальше от окон, желательно возле склада. И будем строить кровати из пустых картонных коробок, чтобы было хоть какое-то подобие изоляции. Это твоя задача. Кира, ты с ним.”

Они кивнули и быстро исчезли. Хорошо. Теперь я могла сосредоточиться. Еда. Я взяла две тележки. Мне нужно было максимально быстро собрать запасы для нашей небольшой группы, в которой, к сожалению, есть Йоав.

Я методично двигалась по рядам, хватая консервы, сухофрукты, крупы — все, что имело долгий срок годности и не скрою что-то вкуснинькое. Я была в отделе с мясными консервами, когда почувствовала, как чья-то рука ложится мне на плечо. Тяжелая, отвратительная хватка.

Я не обернулась. Я знала, кто это.

“Убери руку, Джордж. Мне нужно работать,” — мой голос был низким, в нем не было ни одной лишней нотки.

“Работать? Как будто ты знаешь что это такое, Руби. Мы встречаемся, помнишь? Я пришел напомнить тебе о наших отношениях.” Он прижал меня к полке, его дыхание было противным.

“Мы не встречаемся. И поверь мне я знаю что такое работа в отличее от тебя. Ты просто идиот, который держит мою жизнь на паузе,” — я продолжала складывать банки, игнорируя его физическое присутствие, что, как я знала, злило его еще больше.

“Я люблю, когда ты злишься. Это делает тебя еще красивее,” — он наклонился ближе. — “Но я вижу, ты все еще общаешься с этим, как его, качком в черном. Ты его слушаешься. Баррикады, еда… Мне это не нравится. Мои условия четкие.”

Я повернула голову, чтобы посмотреть ему в глаза. “Твои условия — это: ‘Скажи, что мы встречаемся, и делай все, что я скажу’. Я с этим согласилась. Но я не соглашалась на то, чтобы ты ко мне прикасался или диктовал, с кем мне говорить, чтобы не сдохнуть.”

Джордж нанес удар. Не физический, а моральный. “Теперь соглашаешься. Или прямо сейчас видео летит в сеть. Как ты думаешь, что с тобой сделают эти перепуганные люди? Увидят, что ты — ведьма, которая притащила сюда этих снеговиков, чтобы вернуть любимого брата Викки. Убьют тебя медленно, Руби. А твой защитник в черном? Он отвернется. Ему не нужна проблемная девчонка, которая общается с магией.”

Он знал, куда бить. Угроза была реальна. Убить его было невозможно, пока видео на автоотправке. Этот крысеныш всегда найдет какуе то нору чтобы заныкаться и обеспечить своей жопе место поудобнее.

Я тяжело вздохнула. Это была капитуляция, но только временная.

“Хорошо. Я согласна. Новое условие: Я не говорю с этим… Йоавом. Я его игнорирую. Я делаю, что ты говоришь. Но ты не приближаешься ко мне. Иначе… ты знаешь, что я могу сделать. И никакое видео тебя не спасет.”

Джордж отступил, сияя. Победа. “Отлично. А теперь, моя девочка, иди сюда. Ты должна мне поцелуй.”

“Иди к черту,” — я выпрямилась. Честно хотелось сказать другое слово но так как я леди я не могла себе этого позволить. — “Я иду собирать еду. Для себя. И для тех, кто меня защищает. Ты не среди них. А теперь — исчезни, пока я не сделала твою жизнь еще сложнее.”

Он ушел, но не без усмешки. Он знал, что выиграл этот раунд. Я сжала ручку тележки так сильно, что костяшки побелели. Я не буду говорить с Йоавом. Это усложняло мою задачу. Но я не дам Джорджу повода нажать на кнопку.

Моя миссия продолжалась. Я набрала еще пару десятков банок. Когда я повернулась к следующему ряду, меня ждал новый “прием”.