Объяснения

Они приехали на место уже почти ночью. 

Лис сказал, что хочет сам осмотреть место, и Синь Минг хотела видеть, что именно он будет смотреть. И как.

Ей двигало немного любопытство, немного желание не выпускать из виду непонятное существо…

Ну, и конечно, немного совесть. Секс с подозреваемым? Ей просто необходимы были доказательства того, что она не обманывает саму себя. Лис выглядел умным, хитрым, но не злым. Конечно, все это могло быть хитрой, очень хитрой иллюзией — лисы мастера наводить иллюзии, но и с амулетом в руках она видела, что у Ху Яо вместо пышного лисьего хвоста смешной маленький отросток.

А значит, чары наводить он не может.

И нужно было убедиться, что он не лжет.

Поэтому она безжалостно выдернула Юя Минцзе из дома, и они поехали на место убийства.

Туда, где не было никаких улик.

Бедняга только-только доехал до дома, и Синь Минг было немного стыдно требовать от него немедленно выезжать… но она хотела бы, чтоб рядом был кто-то непредвзятый.

Лисьи чары льются незаметно, опутывают ласково… даже если это не магия, а обычное обаяние — она сама испытала это на себе.

По дороге Ху Яо настоял, чтоб они заехали в супермаркет, где он купил бутылку красного сладкого вина и жареную курицу.

В переулке было тихо. Обычный грязный переулок, слышны объявления на вокзале, слышен шум машин в городе.

Юй Минцзе вылез из машины с непроницаемым лицом, и Синь Минг была очень ему благодарна за это. В конце концов, пока она “допрашивала” лиса, он занимался бумажной работой, обрабатывал данные экспертов, писал отчет для начальства… А потом она сама отпустила его домой, и теперь снова дернула работать.

Имеет полное право быть весьма недовольным, а он просто молчалив и строг.

Ху Яо почти не обратил внимания на него, прошел туда-сюда пружинисто и легко. Посмотрел туда и сюда.

Юй Минцзе устроился в стороне и стал смотреть.

— Послушайте, друг мой, — начала Синь Минг и поняла, что заразилась от лиса манерой говорить — церемонно и красиво. Но отделаться от этой манеры не могла.

— Этот лис уверяет, что может провести дополнительную экспертизу, — закончила Синь Минг. — И я хотела бы, чтоб мы наблюдали за его действиями оба.

— Что он хочет искать? — спросил Юй Минцзе. — Если это было убийство, то все следы, особенно следы чар, давно выветрились.

Лис ухмыльнулся.

— Свидетелей, — коротко сказал он, хотя вопрос был задан вполголоса и вовсе не ему.

— Мы должны видеть допрос, — твердо сказал Юй Минцзе, — иначе никакие свидетельства не могут быть приняты.

— Конечно, — ответил лис так серьезно и сердечно, что Синь Минг, которая уже немного знакома была с манерой Ху Яо, тут же заподозрила какой-то подвох. Только непонятно, какой.

— Объясни, лис, — сказала она, — что ты собираешься сделать?

Ху Яо развел руками.

— Это трудно объяснить, — сказал он. — Это лисьи тропы, лисьи пути… Давайте, я вам просто покажу. Уверяю вас, это вполне безопасно. Но, увы, моих слов не хватает, чтоб передать главный смысл. Я, в конце концов, низшее существо.

Юй Минцзе фыркнул и обернулся к Синь Минг:

— Кстати, о низших существах, — сказал он. — Из Вэйхая пришло распоряжение… Впрочем, потом посмотришь.

Синь Минг кивнула.

Из Вэйхая постоянно приходили распоряжения, и очень редко — помощь. Конечно, Учан маленький провинциальный городок, и они с Юем Минцзе справлялись… до тех пор, пока не произошла эта странная смерть.

— Ладно, потом, — она заметила, что Ху Яо не смотрит в их сторону, и вроде бы, сосредоточен на изучении грязной стены, но почему-то она была уверена, что лис отлично слышал каждое их слово.

А значит, ни расспрашивать Юя Минцзе, ни сетовать на распоряжения начальства ни в коем случае нельзя.

— Кого ты хочешь расспросить? — спросила Синь Минг.

— Значит, вы хотите присутствовать? — ответил Ху Яо. — Это несложно устроить.

Юй Минцзе кивнул.

Лис… то ли шагнул, то ли что-то сделал.

Вокруг проступил лес. Огромные толстые деревья и грязные, расписанные непристойными надписями, стены были видны одновременно, накладывались друг на друга.

Зеленый мох на стволах, граффити на штукатурке, переполненная мусорка в дальнем углу и заросли колючих кустов — все это существовало одновременно.

— Что это? — спросил Юй Минцзе. — Куда нас… куда ты завел нас?

— Лес, — ответил Ху Яо. — Это лес, что в сердце каждой лисы. Мы никуда не ушли, просто шагнули чуть в сторону.

Они оба обернулись к лису и немного смутились.

Лис был натуральным лисом, зверем. Рыжий мех, казалось, светится изнутри, большие уши навострены, на морде вежливая, но зубастая улыбка.

Только вместо хвоста — маленький пушистый обрубок.

— Свидетели есть всегда, — сказал лис, — просто их надо поискать.

Он сел и прислушался. Потом вдруг, внезапно прыгнул в сторону и морда его нырнула прямо в стену.

Или в гущу кустов.

И вынырнула обратно, держа в зубах маленького человечка.

Лис тут же опустил пойманного и склонился перед ним в глубоком поклоне.

— Умоляю простить мою дерзость! — сказал он. — Лишь глупость и невежество дикого зверя может объяснить мой отвратительный поступок!

Человек ошарашенно потряс головой и встал. Это оказался старичок в жёлтом халате. В руке у него был жезл, которым он, похоже, собирался защищаться от хищника.

— Лис, ты… ты… — в гневе человечек потряс жезлом, но тут же огляделся по сторонам и остановился. — Чего ты хочешь, наглая тварь?!

Синь Минг вдруг поняла, что случилось так, будто кто-то прочел краткую лекцию. Разбор по магическим нитям.

Старичок — дух местной улицы. Тудигун. И на своей улице, среди этих грязных стен в граффити, среди мусора и хлама — он силен. Но лис каким-то образом перенес всех их в лес, где хозяина нет, и его лисьи зубы и хищная повадка сильнее и быстрее любых городских чиновников.

Ху Яо положил перед старичком курицу. Поставил бутылку вина. Снова поклонился.

— Пусть эти дары свидетельствуют, — сказал лис, — о моей почтительности и глубоком уважении к вам.

Старичок с опаской посмотрел на лиса, на лес вокруг, снова на лиса.

— Презренная тварь, — сказал он строго. — Твоя сила — лишь иллюзии!

— Горе бедному лису, — ответил Ху Яо, — который своим ничтожным умишком так поверил Гаутаме, который говорил, что весь мир иллюзорен…

Старик хмыкнул, взял бутылку. Повертел в руках, то ли изучая этикетку, то ли прикидывая, нельзя ли треснуть лиса по голове.

Ху Яо снова поклонился.

— Я совершенно не понимаю в этих штуках, но чтоб выразить свое отношение, я выбрал самую дорогую бутылку, что была в магазине.

Старик вздохнул.

— Ну… хорошо, — сказал он наконец. — Что ты хотел спросить?

Ху Яо улыбнулся, на этот раз ухитрившись почти не показать зубов.

— Пусть госпожа инспектор скажет, — он указал на Синь Минг.

Та от неожиданности несколько секунд не знала, что и сказать.

Она знала, разумеется, о таких духах. Но, когда тот посмотрел на нее, она вдруг осознала, что это божество, хоть и низкого ранга. Тудигун, хранитель улицы.

Она шагнула вперёд и поклонилась. После изящества лиса, ее движения ей самой казались неуклюжими.

— Здесь два дня назад умерла женщина, — сказала она, и тут же вспомнила, что позабыла даже представиться.

Старик усмехнулся.

— Вдохни, девочка. Выдохни. И говори спокойно, — сказал он.

Синь Минг поняла, что состязаться в вежливости с лисом она все равно не сможет и заговорила просто и официально:

— Синь Минг, инспектор Алого Лотоса. Я расследую смерть женщины, которая умерла два дня назад здесь, на этом месте.

Старик задумался, покрутил в руке свой жезл. Кивнул.

— Помню, — сказал он. — Ее убила лиса.

Он с усмешкой глянул на Ху Яо.

Тот был спокоен.

— Лиса, — повторил старик-дух. — Она навела чары и старуха не увидела стену. Врезалась и упала. Ударилась затылком и потеряла сознание.

— А умерла? — подсказал лис.

— Подошёл какой-то тип, — ответил старик, — с лисьими хвостом. И ударил старуху по голове большим камнем. Положил банановую кожуру. И ушел.

— С лисьим хвостом? — Синь Минг посмотрела на Ху Яо.

Тот кивнул.

— Вам придется поверить мне на слово, — сказал он, — но один маг поймал мою сестру и наложил на нее чары. Похитил ее хвост и с его помощью обрёл силу накладывать лисьи чары.

— Лисья болтовня, — проворчал старик.

— Верно, верно, — ответил Ху Яо, — лисам нельзя верить, потому я и умоляю тебя, о могущественный Тудигун, сказать нам правду. И описать, как можно подробнее того человека с лисьим хвостом.

***

А ещё через час они втроём уже сидели в офисе. Ху Яо, Юй Минцзе, Синь Минг.

Юй Минцзе готовился протоколировать, Ху Яо — отвечать.

Синь Минг задумалась, о чем спросить лиса в первую очередь, но тот заговорил первым:

— Давайте, я просто расскажу, что думаю. Не факты, нет. Факты вы и так знаете. И вопрос доверия мы тоже пока отложим в сторону.

— Начни с простого, — сказала Синь Минг. — Тудигун сказал, что он был с хвостом…

Ху Яо кивнул.

— Хвост, да. Все сводится к хвосту, — он покачал головой. — Для нас, лис, хвост не только предмет чести, но и инструмент. Рабочий инструмент. Сила лисы — в хвосте.

— Значит, сейчас ты не имеешь силы? — спросил Юй Минцзе.

Лис улыбнулся так кротко, что Синь Минг, уже немного знакомая с его манерами, даже забеспокоилась.

— У тебя тоже нет хвоста, — ответил лис. — У тебя нет силы?

— Давайте не будем ступать на скользкое, — сказала Синь Минг.

Лис встал и поклонился.

Юй Минцзе подумал секунду, потом тоже встал и поклонился лису.

— Извини, лис. Я не думал обидеть. Только уточнить, — сказал он.

Ху Яо кивнул.

— У меня в самом деле очень ограничена сила. Мои знания со мной, моя вежливость, умение говорить правду и лгать… Хвост не единственное, чем умелый лис творит свои чары. Но хвост — особенный. Он существует… и там и тут. Не могу объяснить. Вы были в лесу, видели его. Этот лес всегда с нами, с лисами. Вы доверились мне, и пошли со мной, и пришли в лес.

Он вдруг снова встал и снова поклонился.

— И я глубоко благодарен вам за это доверие, — сказал он.

— Мне кажется, большую часть этого доверия составляло невежество, — сказал Юй Минцзе хмуро.

Ху Яо пожал плечами.

— Не стану спорить, — ответил он. — Факт есть факт, вы доверились и пошли. Вы добровольно вошли в лисьи чары. Без хвоста я не мог бы увести вас туда без вашего согласия. Божества, вроде Тудигуна, постоянно находятся немного там, немного тут. Больше там.

Он на миг задумался, и пожал плечами.

— Длинную лекцию я, пожалуй, опущу. Суть в том, что лисий хвост — не только материальная пушистая штуковина, но и мистический объект, способный наводить чары.

Он вздохнул.

— Я уже говорил, что я здесь, помимо всего прочего для того, чтоб сделать заявление. — его голос стал суше, строже, официальнее. — Мою сестру, Линкиу, похитили, пленили чарами, держали в доме, принадлежащем сотруднице Алого Лотоса, госпоже Лю Фан. Сама госпожа Лю Фан уехала из своего дома к внуку, который живет здесь, в Учжене, но до него не доехала и умерла. А чары, наложенные на Линкиу… весьма сложны, эксперта по ним нет. Но сама Линкиу вспоминает, что эти чары погрузили ее в кошмары… где среди всего прочего она вынуждена была наводить иллюзии на незнакомых людей. Она очень смутно помнит, на кого именно.

Он посмотрел в лица людей.

— Странно звучит, правда? — сказал он. — Я знаю. Обычная лисья байка. Это не я наводил чары, это неведомый маг. И все же, я знаю, что этот маг дождался, пока Лю Фан уедет, поймал Линкиу и похитил ее хвост… волшебную, нематериальную часть ее хвоста. Потом скорее всего, сел на самолет, обогнал Лю Фан и убил ее. А потом уехал в Вэйхай.

— Зачем? — спросил Юй Минцзе.

Лис пожал плечами, но ответила Синь Минг.

— Чтобы она не добралась до своего внука, и не узнала, что здесь ее никто не приглашал. Не вызывал. Не писал никаких просьб о срочном визите. Я говорила с Лю Янгом, он был очень расстроен, но совершенно не представлял себе, зачем бабушка приехала.

— Это говорит нам еще одну вещь, — сказал Ху Яо. — Неведомый нам маг не может думать, что его обман задержится надолго. Он планирует какое-то дело и очень скоро. Вряд ли он ожидал, что моя сестра будет в плену долго.

— Она так ловко убегает? — удивился Юй Минцзе.

Ху Яо посмотрел на него неожиданно мрачно. В его лице вдруг проступило что-то хищное, жестокое и очень горькое. Он ответил и в его голосе на этот раз сквозь обычное спокойствие слышался лисий скулеж:

— Она не прожила бы долго под этими чарами. Ее буквально выжимали до капли.

— Ох… — сказал Юй Минцзе, — извини, лис. Я не знал…

Синь Минг вдруг подумала, что это тоже может быть лисьим оружием, лисьим наваждением — спокойствие, а потом пробивающийся сквозь него скулеж, эмоции… Настоящие ли?

Ху Яо вздохнул, потер лицо ладонями совсем по-человечески. Потом продолжил с прежним спокойствием и бесстрастной вежливостью.

— Я делаю вывод такой. Маг поехал в Обитель Алого Лотоса, вооруженный лисьими чарами, сразу после убийства. Я сам немало бродил по Обители, и знаю, что там есть немало мест, где…

— Даже странно, — прервала Синь Минг, — ведь ты в самом деле, много лет был ручным лисом самого Шан Шен Лю… Неужели, там не знакомы с противодействием лисьим чарам?

Ху Яо улыбнулся. На его лице мелькнуло странное выражение — немного самодовольства, немного тоски… Но он быстро снова стал серьезным и немного церемонным.

— Вам не стоит так думать, — сказал он. — Где больше всего уверенности, там больше всего дырок. Меня изгнали, но я намерен вернуться. А для этого надо, чтоб было куда возвращаться.