Глава 5. Золотые дукаты и меха в хрущевке

Ровно в 17:55 Лиза стояла посреди своего роскошного кабинета. Настенные часы неумолимо отсчитывали последние секунды. Сердце девушки трепетало от волнения. Она аккуратно закрыла изумрудный планинг, в котором золотом горело имя «Элеонора Фонтен», и сделала шаг назад, к выходу.

Едва секундная стрелка коснулась двенадцати, как по комнате пронеслась едва заметная серебристая волна. Свет слегка дрогнул. Ровно в 18:00 Лиза обнаружила, что стоит посреди своей обычной скромной спальни. Окно было приоткрыто, за ним шумели майские тополя, а на привычном комоде сиротливо лежал конверт с деньгами, которые оставила тётя Мария. Заработок был абсолютно реален.

Через полчаса повернулся ключ в замке прихожей. Пришел Дима.

Вечер с Димой прошел на удивление уютно, хотя Лизу изнутри буквально распирало от тайн. Муж весело рассказывал о рабочих делах, уплетая приготовленный ею ужин.

— Ну как, Лиз? Приходила твоя тётя Мария?

— спросил он, протягивая руку через стол и ласково сжимая её ладонь. — Не сильно устала? Как твоё самочувствие?

Лиза тепло улыбнулась, глядя в его добрые, уставшие глаза. Внутри неё снова боролись два желания: выложить всё и промолчать. «Нет, пока рано, — подумала она. — Вот заработаю побольше, налажу поток, и когда настанет день — я скажу ему всё. Покажу и деньги, и кабинет».

— Всё прошло просто замечательно, Дим, — ответила она. — Тётя Мария в восторге. И я совсем не устала, наоборот, появилось столько энергии! Кажется, я действительно готова вернуться к работе.

Дима искренне обрадовался за жену, поцеловал её и ушел смотреть телевизор. Лиза же полночи изучала в интернете информацию про Элеонору Фонтен, но поисковики не выдавали ни одной женщины с такой фамилией в их городе. Это было странно и пугающе.

На следующий день всё шло по уже отработанному магическому расписанию. Дима ушел, в 10:00 спальня послушно превратилась в огромный изумрудный салон, и Лиза замерла в ожидании.

Ровно в 13:00 раздался звонок в дверь. Лиза сглотнула подступивший к горлу ком, вышла в прихожую и открыла замок.

Приход Элеоноры мгновенно разрушил всю будничную атмосферу старого подъезда. На пороге стояла женщина неопределенного возраста — её лицо выглядело безупречно молодым, но в глубоких, темных глазах читалась вековая мудрость. На ней было роскошное пальто из дорогого темного меха, на пальцах поблескивали крупные бриллианты, а в воздухе распространился тонкий, гипнотический аромат орхидей и дорогого табака.

Лиза ожидала, что такая богатая дама брезгливо поморщится, увидев тесный коридор хрущевки, и уже приготовила свою ложь про «ремонт и перепланировку спальни». Но Элеонора даже не взглянула по сторонам. Она вела себя так, будто шла по ковровой дорожке пятизвездочного отеля.

— Здравствуйте, Лиза, — её голос был низким, бархатным и пугающе уверенным. — Я не опоздала? Рада, что смогла записаться к вам. В нашем клубе говорят, что у вас лучшее пространство для восстановления сил во всем континууме.

Лиза молча кивнула и открыла дверь. Как только Элеонора переступила порог, она элегантным движением скинула меховое пальто на руки Лизе и прошла к изумрудным диванам.

Лиза занесла пальто в кабинет и обомлела. Окно, которое в её обычной спальне выходило на серую пятиэтажку напротив, сейчас показывало совершенно другой пейзаж. За стеклом колыхался густой, туманный вековой лес, сквозь который пробивались лучи непривычно яркого, золотого солнца.

Элеонора устроилась на диване, изящно закинув ногу на ногу, и посмотрела на ошарашенную Лизу с тонкой, всезнающей усмешкой:

— Ну же, милая, не удивляйся так. Ты ведь еще не поняла, куда на самом деле открывается твоя дверь с десяти до шести, верно?

Лиза замерла посреди кабинета, крепко прижимая к себе чужое дорогое пальто. Похоже, эта таинственная клиентка знала о природе волшебной комнаты гораздо больше, чем сама её хозяйка.