Убежище в тумане

Холодный, пахнущий сыростью и прелыми листьями воздух ворвался в легкие Авалин с такой силой, что она закашлялась, падая на колени. Земля под руками оказалась влажной и мягкой — совсем не похожей на твердый паркет её мастерской, которая еще несколько минут назад была её оплотом, а теперь, возможно, превратилась в пепел.

Портал Дориана захлопнулся за их спинами со звуком лопнувшей струны. Вокруг мгновенно сомкнулась тяжелая, ватная тишина, нарушаемая лишь далеким, глухим шумом автострады и шелестом листвы.

— Ты как? — голос Клемента прозвучал над самым ухом. Его ладонь, теплая и надежная, легла ей на плечо, помогая подняться.

Авалин подняла голову. Перед ними из серого лондонского тумана проступали очертания старого двухэтажного особняка из темного кирпича, густо заросшего плющом. Окна первого этажа были наглухо закрыты деревянными ставнями, а сама постройка выглядела заброшенной уже не первый десяток лет. Но в воздухе вокруг дома едва заметно дрожало марево — словно защитный купол, отталкивающий случайные взгляды.

— Бывало и лучше, — хрипло отозвалась Авалин, прижимая к груди спасенный фолиант. Руки до сих пор подрагивали от пережитого выброса магии. — Где мы?

— Окраина Лондона. Один из старых «якорей» ордена, о котором почти никто не знает, — Клемент мягко, но настойчиво забрал у неё тяжелую книгу, придерживая Авалин за талию, пока они поднимались по полуразрушенным каменным ступеням к тяжелой дубовой двери.

Он приложил ладонь к замочной скважине. На мгновение его пальцы окутало тусклое серебристое свечение, послышался металлический щелчок, и дверь со скрипом поддалась.

Внутри пахло старой бумагой, сухими травами и пылью. Клемент щелкнул пальцами, и под потолком прихожей тускло загорелись несколько парящих в воздухе янтарных сфер — простейшее бытовое заклинание, осветившее зачехленную мебель и темные обои с полустертым золотым тиснением.

— Располагайся, — Клемент аккуратно опустил фолиант на массивный дубовый стол в центре гостиной. — Сюда они быстро не проберутся. Защитные руны Дориана запутают след любого Жнеца, по крайней мере, на пару дней.

Авалин без сил опустилась в глубокое бархатное кресло, стоявшее у камина. Только сейчас, в относительной безопасности, её накрыло осознанием произошедшего. Её привычный мир, пахнущий лаком для дерева и старыми страницами, рухнул.

— Клемент, — тихо позвала она, глядя, как он разжигает камин простым прикосновением руки к поленьям. Пламя весело затрещало, отбрасывая длинные тени на стены. — Хватит недомолвок. Мои руки… они светились золотом. Я физически чувствовала, как из меня вырывается что-то… чужое. Но в то же время до боли знакомое. Кто я такая на самом деле? И кем мы были друг другу?

Клемент замер у камина. Отражение огня плясало в его темных глазах, делая его лицо похожим на суровую посмертную маску древнего воина. Он медленно повернулся, его плечи напряглись, словно он готовился к удару.

— Ты помнишь Элирию, Авалин? Хотя бы во снах? — его голос стал тише, глубже.

— Только обрывки, — призналась она, обнимая себя за плечи. — Разрушенные башни, золотое свечение неба и… твои глаза. Но я всегда думала, что это просто разыгравшееся воображение после работы с древними манускриптами.

Клемент подошел ближе и присел на корточки перед её креслом, оказавшись на уровне её глаз. Впервые за всё время она увидела в его взгляде не глухую решимость бойца, а затаенную, пятивековую боль.

— Пятьсот лет назад Элирия была живым миром, где магия текла по улицам, как вода. Ты была Хранительницей Источника — последней, кто мог вписывать истинные законы в Кодекс Судеб. А я… я был капитаном твоей личной гвардии. Моей единственной задачей было защищать тебя. И я не справился.

Он перевел дыхание, и Авалин заметила, как сжались его челюсти.

— Когда Жнец Пустоты прорвал завесу, он искал Кодекс, чтобы переписать историю под себя. Ты разделила ключ от Кодекса на три части и спрятала их здесь, в этом мире, прежде чем Пустота поглотила Элирию. Твоя смерть… твоё перерождение было единственным способом спасти эту силу. Я поклялся найти тебя в каждой из твоих новых жизней. И я находил. Но каждый раз Жнец следовал за нами, как тень.

Авалин затаила дыхание. Информация укладывалась в голове с трудом, но внутри что-то отзывалось на каждое его слово — как струна, настроенная в унисон с его голосом.

— Значит… мы уже встречались? В других жизнях? — прошептала она.

— Да, — Клемент протянул руку и аккуратно, едва касаясь, провел тыльной стороной ладони по её щеке. Его пальцы слегка дрожали. — Но в прошлые разы ты не успевала вспомнить себя до того, как они находили нас. В этот раз все иначе. Ты сама пробудила искру. Ты спасла нас в мастерской.

Он отстранился, его лицо снова стало серьезным и сосредоточенным.

— Но это значит, что теперь ты для них — маяк в ночи. И нам нужно научить тебя контролировать то, что проснулось внутри, прежде чем нас найдут.