Глава 3. Самый лучший «потоп» в жизни

Минуты тянулись как резиновые. Вся наша огромная семья — родители, тети, дяди и четверо детей Наташи — затаились в доме и за густыми кустами сирени. На 29-градусной жаре было душно, но никто даже не шевелился. Сергей стоял у калитки с самым несчастным видом, на который был способен. Иришка с огромными белыми бантами на голове караулила у окна, а я крепко сжимала в руках заряженный полароид.

Шорох шин по гравию заставил всех вздрогнуть. Такси остановилось у ворот.

Дверь машины распахнулась, и на участок буквально влетела Наташа. Взволнованная, растрепанная, с решительным выражением лица, готовая таскать ведра и перекрывать вентили.

— Сережа! Где рвануло?! Что делать?! — с порога закричала она, подбегая к мужу.

Сергей молча улыбнулся, обнял ее за плечи и развернул лицом к дому. В эту же секунду из колонок на веранде оглушительно бахнула ее любимая веселая музыка, а из укрытий с победными криками «С днем рождения!» высыпала вся наша огромная семья. В воздух взлетели десятки хлопушек, осыпав Наташу разноцветным конфетти.

Наташа замерла. Ее глаза округлились, рот приоткрылся от изумления. Она переводила взгляд с блестящих шаров с цифрой «40» на приплясывающую Иришку с бантами первоклассницы, а потом на меня. Я подскочила к ней, поймала этот момент чистейшего шока и нажала на кнопку. Щелчок! Из нижней части фотоаппарата выполз квадратный снимок. Я тут же замахала им в воздухе, пока на белой бумаге медленно проступало лицо нашей любимой, ошарашенной юбилярши.

— Ах вы… заговорщики! Труба у них прорвала! — выдохнула Наташа, и на ее глазах навернулись слезы счастья. Она бросилась обнимать нас всех по очереди.

Когда первый шквал эмоций улегся, мы переместились в тень огромного дачного навеса. Запахло настоящим праздником: Сергей уже вовсю орудовал у мангала, переворачивая сочные, шкворчащие на углях куски гриль-мяса.

Наступило время подарков. Иришка с гордостью подтащила к сестре ту самую огромную коробку.

— Это от нас! Распаковывай скорее! — потянула за бант младшая.

Наташа сорвала обертку, открыла крышку и ахнула. Она бережно вытащила пышное, невероятно мягкое одеяло и воздушную подушку.

— Девочки… Ну как вы узнали? Я же только Ире шепнула, что спать на старых не могу, спина ноет, а этот набор висел у меня в закладках три месяца! — Наташа прижала к себе подушку, сияя от восторга.

В этот момент я торжественно внесла на стол свой незабываемый сюрприз — огромный трехъярусный торт, щедро украшенный свежей черникой и клубникой. В 29-градусную жару он выглядел как настоящее спасение.

— Твой любимый, Наташка. Пекла всю ночь! — улыбнулась я.

Мы сразу же открыли наш маленький пустой альбом. Первое фото с полароида, где Наташа стоит с разинутым ртом среди конфетти, уже проявилось. Мы вклеили его на первую страницу, и Иришка тут же вывела маркером: «Начало лучшего сороковника в истории!» Все гости начали подходить по очереди, щелкаться на камеру и писать теплые слова.

Но самый трогательный момент праздника был еще впереди. Когда все уселись за стол, наполненный ароматным шашлыком и пуншем, музыка стихла. Вперед вышли четверо детей Наташи. Старший сын, уже почти догнавший отца по росту, держал в руках гитару.

Двое младших выстроились по бокам, а дочка вышла в центр. Старший ударил по струнам, и они запели. Это была переделка известной песни, которую они сочинили сами. Ребята пели о том, как сильно они любят свою маму, какая она красивая в свои сорок лет, как она умудряется справляться со всеми ними и оставаться самой доброй на свете. Они вспоминали смешные семейные случаи: как потеряли кота на этой самой даче, как мама перепутала соль с сахаром, когда пекла блины.

Это было настолько искренне, забавно и мило, что плакали уже все: и сама Наташа, прижимая руки к груди, и наши тети, и даже суровый Сергей подозрительно часто моргал, глядя на угли.

Когда песня закончилась, дети гурьбой налетели на маму, затискав ее в объятиях. Наташа целовала их в макушки и шептала: «Спасибо вам, мои родные…

Я стояла чуть поодаль, держа в руках полароид, и смотрела на эту невероятную картину. Солнце заливало дачный двор золотым светом, в воздухе плыл аромат гриля и сирени, вокруг смеялись самые близкие люди. И я точно знала: этот сороковой день рождения нашей средней сестры мы не забудем никогда.