Глава 12

Они вышли к машине. Ночь была звездной и тихой. Маша шла сама, прихрамывая, но теперь она не пряталась. Она знала, что за её спиной стоит большой сильный человек, а рядом бежит верная собака.

В лаборатории Виктора было стерильно и светло. Когда Машу уложили на специальный стол, она увидела вокруг множество мониторов и механических рук-манипуляторов.

— Сейчас я введу твою систему в режим гибернации, — объяснил Виктор. — Ты просто «уснешь», а когда проснешься — твоя ножка будет как новая. И лицо… Маша, мы можем убрать эти рисунки.

— Нет, — вдруг ответила Маша. — Ножку почините. А рисунки… оставьте те, что на руках. Они напоминают мне о свалке. О том, что я смогла выжить сама. Я хочу быть Машей со свалки, а не просто куклой из магазина.

Виктор надел белый халат, включил бестеневые лампы, и лаборатория наполнилась мягким, ровным светом. Маша лежала на операционном столе, маленькая и хрупкая в своем красном свитере. Перед тем как войти в глубокий режим сна, она посмотрела на Джесси. Овчарка жалобно заскулила и начала тыкаться носом в край стола, требуя, чтобы её пустили к подруге.

— Ну хорошо, хорошо, — проворчал Виктор, но в глазах его была доброта. — Андрей, помоги ей.

Андрей подложил под стол мягкий мат, и Джесси с глубоким вздохом облегчения легла прямо под свешивающейся рукой Маши, чтобы кукла даже во сне могла чувствовать её тепло.

Процесс восстановления:

Погружение в сон: Виктор нажал комбинацию клавиш на пульте. Глаза Маши медленно погасли, мерцание индикаторов сменилось ровным, глубоким синим светом — она ушла в «лечебный сон».

Ремонт ноги: Это была самая сложная часть. Виктор аккуратно снял поврежденную пластиковую панель бедра. Внутри он увидел сложный механизм: один из сервоприводов был забит песком со свалки и погнут от того самого скотча. Виктор использовал лазерный пинцет, чтобы выпрямить микро-ось, и заменил старую смазку на современный прозрачный гель. Теперь шарнир вращался абсолютно бесшумно.

Очистка лица: Виктор использовал специальный ультразвуковой скальпель. Он не срезал пластик, а бережно «выбивал» частицы графита и чернил из микропор кукольной кожи. Слой за слоем карандашные шрамы исчезали, открывая чистое, нежное лицо. Как Маша и просила, он не тронул рисунки на её руках — они остались как память о её силе.

Косметическое восстановление: Вместо того чтобы просто наклеить парик, Виктор использовал аппарат для имплантации. Он взял тончайшие шелковые нити, по структуре идентичные человеческим волосам, и закрепил их в специальных пазах на голове. Теперь у Маши снова были волосы, но не золотистые, как раньше, а мягкого пепельного цвета — под стать её новому характеру.

Обновление системы: Пока руки Виктора работали с пластиком, компьютер переносил файлы с Алиной в зашифрованный архив. Он также оптимизировал работу аккумулятора, чтобы Маша могла дольше гулять с Джесси без подзарядки.

Весь процесс занял около шести часов. Андрей всё это время сидел в углу, наблюдая за каждым движением друга. Джесси ни разу не встала со своего места, лишь изредка подрагивая ушами, когда инструменты Виктора издавали тонкий писк.

— Готово, — наконец выдохнул Виктор, вытирая лоб. — Она больше не «подарок для свалки». Она — чудо техники.

Он нажал кнопку пробуждения. Системы Маши начали загружаться. Её пальцы на руке, которая свисала со стола, непроизвольно шевельнулись и утонули в мягкой шерсти Джесси. Овчарка тут же вскочила, радостно облизнув пластиковые пальцы.