Глава 2. Первое знакомство и шёлковые носки

Ева затаила дыхание. Трещина на жемчужной скорлупе поползла вбок, и оттуда показался крошечный, но очень целеустремленный чёрный нос. Он смешно сморщился, шумно втянул воздух кухоньки и трижды чихнул.

— Будь здоров… — машинально прошептала Ева, сползая со стула пониже.

— Кха! Ну и пылища у тебя тут, хозяйка, — раздался из яйца тонкий, но удивительно ворчливый голосок.

Скорлупа с громким треском раскололась на две ровные половинки. На кухонный стол, победно уперев лапки в бока, вывалился маленький, упитанный енот. На голове у него кокетливо сидела крошечная синяя бандана, а на груди красовался крохотный белый фартучек. Зверёк был размером чуть больше чашки, но взгляд у него был как у строгого санитарного инспектора.

Ева замерла с открытым ртом. Она ожидала писка, чириканья, ну или хотя бы глупого взгляда новорожденного животного. Но енот деловито отряхнул пушистый хвост от остатков скорлупы, обернулся и брезгливо ткнул лапкой в край стола.

— Это что, крошка от печенья? — строго спросил он, уставившись на Еву своими черными глазами-пуговками. — Настоящая, углеводная крошка? Позавчерашняя?

— Вчерашняя… — тихо поправила Ева, чувствуя себя школьницей перед директором. — Погоди, ты что… разговариваешь?

— А ты думала, я тебе тут просто так, для красоты пушистый? — енот всплеснул маленькими лапками. — Я

— Вениамин. Для своих — Веня. Специалист высшего разряда по влажной уборке, ликвидации пятен и наведению идеального лоска. А ты, судя по всему, Ева? Тетя Марта предупреждала, что у тебя запущенный случай, но чтоб настолько…Веня обернулся и окинул взглядом раковину, из которой сиротливо торчало крыло немытой сковороды. На мордочке енота отразился священный ужас.

— Мама дорогая… Это что, сковородка после жареной картошки? Не замоченная?! Женщина, у тебя совесть есть? Это же преступление против чугуна!

— Эй, полегче на поворотах, Вениамин! — наконец пришла в себя Ева и возмущенно уперла руки в бока. — Во-первых, ты вылупился всего минуту назад из грецкого ореха на моём собственном столе. Во-вторых, это моя квартира и моя картошка!

— Была твоя, а теперь стала нашей зоной ответственности! — отрезал Веня и ловко спрыгнул со стола прямо на кухонный гарнитур. — Так, план действий такой. Мне нужен таз. Большой. И мыло. Желательно с ароматом лаванды, я эстет. И где у тебя лежат грязные вещи?

— В ванной, в корзине… Погоди, зачем тебе вещи?!— Как зачем? Стирать будем! — Веня уже вовсю исследовал тумбочку возле раковины, шурша пакетами. — Я без работы чахну, у меня лапки чешутся. О, губка! Какая жесткая, прелесть. Так где таз?

— Да нет у меня лавандового мыла! — Ева всплеснула руками, едва успевая следить за шустрым помощником. — Есть обычное, жидкое. И стираю я в стиральной машине, Веня! Слышал про такое чудо прогресса? Нажала кнопку — и всё.

Енот остановился и посмотрел на Еву с глубочайшим презрением, на какое только способен полуторакилограммовый комок шерсти.

— Машинка? Эта бездушная железная коробка, которая рвет кружева и путает пододеяльники? Тьфу на неё! Никакой души в такой стирке. Ладно, давай свое жидкое мыло. И неси корзину из ванной. Живее, хозяйка, дедлайны по чистоте горят!

Ева, сама от себя не ожидая такой покорности, метнулась в ванную. В голове крутился вихрь мыслей: «Я спорю на кухне с енотом в фартуке. Я иду выполнять приказы енота. Если меня увидит психиатр, мне выпишут очень много таблеток».

Она вернулась на кухню, волоча за собой пластиковую корзину с бельем. Веня к этому моменту уже как-то умудрился набрать в глубокую миску теплой воды, взбил там пушистую пену и с нетерпением переминался с лапы на лапу на краю раковины.

— Вываливай! — скомандовал он.

Ева вытащила из корзины первое, что попалось под руку — пару своих любимых ярко-розовых шёлковых носков.

— Вот. Но только аккуратно, они шёлковые, их нельзя сильно тереть…Не успела она договорить, как Веня с радостным писком выхватил носки из её рук, прыгнул с ними прямо в миску с пеной и начал с невероятной скоростью колотить по ним лапками, так что брызги полетели во все стороны.

— Стираем, стираем, до блеска натираем! — азартно приговаривал енот, входя в кураж. — Чистота — залог здоровья! Прощай, грязь, привет, ламинат!

— Веня, стой! Брызги же везде! И носки шёлковые, аккуратнее! — закричала Ева, пытаясь прикрыть лицо руками от мыльной пены.

— Спокойно, хозяйка, работает профессионал! — Веня на секунду отвлекся, победно поднял над головой абсолютно мокрый, но действительно идеально чистый носок, и тут…Крак!

Ева и Веня синхронно замерли. Брызги мыльной пены медленно оседали на кафель. На кухонном столе, прямо под лампой, отчетливо затрещало второе яйцо-орешек.

Веня медленно повернул голову к столу, прищурился и проворчал:

— Ну отлично. Только этого не хватало. Если это вылупился тот лентяй-пылесос, я за себя не ручаюсь. Он вечно оставляет крошки в углах!