Глава 7. Барсик

Рыба, застывшая в воздухе, казалась хрустальным изваянием. Максим рванулся вперед, обдирая колени о камни, и обхватил холодное, скользкое тело обеими руками. Как только он прижал добычу к груди, татуировка на руке перестала пульсировать, и время для рыбы возобновилось — она отчаянно забилась в его объятиях, обдавая парня речной водой.

Максим тяжело дышал, чувствуя, как по венам разливается странная слабость после использования силы. Но радость от первой в жизни охоты переполняла его.

— Поймал… — прошептал он, вытирая лицо. — Сам поймал.

В этот момент за его спиной хрустнула ветка. Звук был сухим и тяжелым, какой не могло издать мелкое животное. Максим замер, медленно оборачиваясь к стене леса.

Из густых зарослей папоротника, бесшумно переставляя массивные лапы, вышло существо. В его прошлой жизни такие звери жили только в книгах о ледниковом периоде или фильмах о хищниках.

Это был тигр, но в полтора раза крупнее любого земного сородича. Его шерсть была не рыжей, а серо-стальной, с угольно-черными полосами, которые, казалось, поглощали свет. Но самым страшным были клыки — огромные, длиной с ладонь Максима, они выступали из пасти, поблескивая в свете фиолетового солнца. Зверь припал к земле, его янтарные глаза с вертикальными зрачками впились в Максима, а из мощной груди вырвался низкий, вибрирующий рык.

Максим почувствовал, как по спине пробежал ледяной пот. Он был один, в чужом мире, прижатый к реке, а перед ним стоял саблезубый хищник, который явно не собирался уходить без ужина.

— Тише, — Максим выставил вперед свободную руку, едва удерживая бьющуюся рыбу второй. — Тише, большая кошка…

Он вспомнил ощущение «густого меда» в воздухе. Сможет ли он остановить такое огромное и быстрое существо? Или его сил хватит только на маленькую рыбку?

Максим медленно, стараясь не делать резких движений, положил еще трепещущую рыбу на плоский камень между собой и зверем. Он попятился назад, не сводя глаз с хищника.

— На, ешь. Видишь? Это тебе, — голос Максима подрагивал, но он старался говорить спокойно.

Саблезубый тигр пригнул голову, принюхался и в одно мгновение, почти не раскрывая пасти, перехватил рыбу мощными челюстями. Хруст костей эхом отозвался в тишине леса. Зверь проглотил добычу за секунду, но, вопреки надеждам Максима, даже не шелохнулся в сторону леса.

Он продолжал стоять, глядя на парня своими тяжелыми янтарными глазами. Его хвост с черным кончиком мерно ходил из стороны в сторону, приминая траву.

Максим развел руками, показывая пустые ладони.

— Всё, парень. Рыбы больше нету. Если хочешь еще — иди лови сам, вон река, — он указал пальцем на воду.

Тигр вдруг издал странный звук — не рык, а короткий, отрывистый выдох, похожий на фырканье. Он сделал шаг вперед, сокращая дистанцию, и Максим невольно сжал кулаки, готовясь снова призвать «застывшее время». Но зверь не прыгнул. Вместо этого он сел на задние лапы, как огромный домашний кот, и склонил голову набок, внимательно изучая странного человека, от которого пахло и страхом, и той самой силой, что заставила рыбу замереть в воздухе.

Максим понял: этот зверь пришел не за едой. Его привлекла магия.

— Ты что… понимаешь меня? — Максим нахмурился, делая осторожный шаг в сторону своего убежища в камне.

Зверь поднялся и медленно пошел следом за ним, сохраняя дистанцию в пару метров. Он не нападал, но и не отпускал.

Максим действовал сосредоточенно, стараясь не поддаваться панике. Голод был сильнее страха. Пока он шел к своему каменному убежищу, удача улыбнулась ему снова: заяц, застывший в траве, стал легкой добычей, когда Макс на мгновение применил свою силу «замедления».

У подножия своего огромного валуна он развел небольшой костер. Треск сучьев и пляшущие оранжевые языки пламени немного успокоили его, напоминая о доме, о походах, о жизни, которая была до больничной койки. Он ловко разделал тушку топориком, который нашелся в сумке алхимика, и насадил куски мяса на импровизированные вертела из ивовых прутьев.

Аромат жареного мяса поплыл по поляне, смешиваясь с запахом хвои.

Зверь всё это время не спускал с него глаз. Его мощный силуэт отчетливо проглядывался за старой сосной. Саблезубый тигр сидел неподвижно, лишь кончик хвоста нервно подергивался, выдавая его интерес.

— Хватит там прятаться, — не оборачиваясь, негромко сказал Максим. Голос его звучал теперь тверже. — Всё равно ведь не уйдешь. Чувствую твой взгляд затылком. Пошли кушать, гость незваный.

Он снял один из прутьев с сочным, поджаристым куском мяса и положил его на плоский камень у края костра, а сам отсел чуть в сторону, показывая, что не замышляет зла.

Тигр медленно, почти припадая к земле, вышел из тени дерева. Его огромные клыки зловеще блеснули в свете костра, но в движениях не было агрессии — только осторожное любопытство. Он подошел к камню, обнюхал мясо, а затем, подняв голову, посмотрел прямо в глаза Максиму.

В этом взгляде было что-то пугающе разумное. Зверь аккуратно взял мясо зубами и, не уходя в лес, начал есть прямо там, у костра.

— Ну вот, — усмехнулся Макс, откусывая свой кусок. — Теперь мы с тобой оба — беглецы. Я от людей, а ты… ты просто странный кот.

— Будешь Баром, — решил Максим, вытирая руки о траву. — А если будешь вести себя хорошо, то Барсиком.

Огромный саблезубый хищник лишь дернул ухом, обгладывая кость, но имя будто принял. Когда фиолетовое солнце окончательно скрылось за горизонтом и лес погрузился в густые синие сумерки, Макс почувствовал, как потянуло ночной прохладой. Пора было обустраиваться на ночлег.

Он подошел к своему выдолбленному в камне убежищу и отодвинул занавес из веток.

— Смотри, Бар, — Максим обернулся к зверю, который следовал за ним по пятам. — Тут места мало для двоих. Тебе придется спать на улице. Хочешь — уходи в свои дебри, хочешь — оставайся, дело твое. Но если останешься, не подавай звука. Чтобы ночь прошла тихо. У меня ни меча, ни магии нормальной, сражаться мне нечем.

Барсик внимательно выслушал его, сверкнув янтарными глазами в темноте. Он не ушел. Вместо этого зверь по-хозяйски улегся прямо перед входом в каменную нишу, перегородив собой проход, как живой щит. Его мощное тело пахло нагретой шерстью и диким лесом.

Максим забрался внутрь своей «каменной спальни». Было тесно и пахло пылью, но после больничной койки этот твердый камень казался самой надежной крепостью в мире. Он подложил под голову сумку алхимика и только-только начал проваливаться в тяжелый сон, как вдруг…