АСКЕЛЬ 5

Академическая арена лежала в самом сердце внутреннего сада, окружённая старым светлым камнем, высокими стрельчатыми окнами и густой зеленью.

Когда-то её строили не только как место для учебных поединков. В широких концентрических кругах, вырезанных на плитах, угадывались следы древней системы магических испытаний. Между ними тянулись тонкие линии, соединявшие символы стихий, защитные руны и почти стёртые знаки, назначение которых уже не могли точно объяснить даже преподаватели. По четырём сторонам площадки возвышались невысокие постаменты с голубыми кристаллами. Они следили за границами поединка, распознавали опасные попадания и вспыхивали, стоило одному из участников покинуть арену.

Дальше начинался сад.

Узкие дорожки огибали цветущие кусты, тёмные кипарисы поднимались рядом с высокими стенами академии, а плющ тяжёлыми зелёными волнами спускался с арок. Белые деревья у дальнего края уже покрылись мелкими цветами, и ветер время от времени срывал с них лепестки, унося на светлый камень.

Однако сейчас спокойствие сада нарушал тяжёлый гул.

В центре арены стоял Саймон.

Он широко расставил ноги, будто пытался укорениться в самом камне, опустил руки и резко сжал пальцы.

Плиты под ним задрожали.

Сначала по полу побежали тонкие трещины. Затем из них один за другим вырвались плоские каменные диски — грубые, неровные, с осыпающейся по краям крошкой. Они поднялись вокруг Саймона широким кольцом и начали вращаться всё быстрее.

Аскель почувствовал движение воздуха ещё до того, как камни сорвались с места.

Саймон владел землёй лучше остальных стихий. Камень отвечал ему легко, почти охотно, но послушание ещё не означало полного контроля. В его движениях чувствовалась сила, однако не хватало точности. Диски дрожали, сталкивались краями, разбрасывали пыль и мелкие осколки. Один едва не задел самого Саймона, заставив его поспешно отклониться.

Он всё равно резко развёл руки.

Камни разлетелись во все стороны.

Один пронёсся над центром арены и ударился в пустой постамент. Голубой кристалл тревожно вспыхнул, но выдержал. Второй ушёл выше, пересёк край площадки и с треском врезался в каменное ограждение.

Третий понёсся прямо к Асии.

Она даже не попыталась его остановить.

Асия стояла ближе к краю арены, слегка развернув корпус. В последний миг она просто шагнула в сторону — коротко, почти лениво, позволив диску пройти рядом. Тяжёлый камень рассёк воздух у её плеча, зацепил несколько прядей, а затем ударился о плиту и раскололся.

Серая крошка рассыпалась по дорожке.

Асия лишь бросила на Саймона недовольный взгляд.

Аскелю повезло меньше.

На него летели сразу два диска.

Первый шёл низко, целясь в ноги. Второй двигался выше и чуть медленнее, будто Саймон надеялся, что Аскель уклонится от одного и попадёт под другой.

Аскель вскинул ладони.

Воздух перед ним сжался.

Его нельзя было увидеть напрямую, но солнечный свет исказился, пыль взметнулась с плит, а края одежд дрогнули от напряжения. Невидимая полоса ударила в первый диск и увела его в сторону. Камень изменил направление так резко, что заскрежетал по полу и врезался в ограждение.

Второй Аскель встретил коротким движением пальцев.

Воздух подхватил диск снизу, заставил его подняться выше и уйти над головой.

Аскель уже бежал.

Вдоль обеих его рук вытянулись две узкие полосы воздуха. Они следовали за движениями ладоней, колебались, извивались и на мгновение напоминали длинные клинки без видимых лезвий. Там, где они проходили, дрожал свет и поднималась мелкая каменная пыль.

Саймон увидел его приближение и попытался вернуть к себе оставшиеся диски.

Не успел.

Аскель взмахнул руками.

Обе воздушные полосы сорвались вперёд.

Одна шла прямо, на уровне груди. Вторая изгибалась сбоку, перекрывая возможность уйти вправо.

Саймон скрестил ладони перед собой, а затем с усилием развёл их.

Навстречу атаке вырвался широкий порыв ветра.

Заклинания столкнулись с низким гулом. Воздух будто взорвался между ними, разорвав длинные полосы на десятки беспорядочных течений. Волна ударила по волосам и одежде, заставила обоих прикрыть глаза и отступить на полшага.

Этой короткой заминки оказалось достаточно.

На камне перед Саймоном вспыхнул красный свет.

Он понял, что происходит, раньше, чем успел обернуться.

За его спиной появилась Асия.

Огонь плотно охватывал её ладони и запястья. Пламя не металось беспорядочными языками, не разбрасывало искры по всей арене. Оно было собрано в два плотных сгустка — ровных, ярких и опасных.

Саймон увидел их отражение на светлом камне.

Он резко отскочил.

Асия выбросила руки вперёд, направляя огонь ему вслед.

Но вместо Саймона навстречу ей ударил водяной поток.

Аскель изменил цель мгновенно.

Вода врезалась Асии в плечо, сорвала с выбранной линии и отбросила на несколько шагов. Она проскользила по мокрому камню, выставила ногу и удержалась, едва не коснувшись пола рукой.

Огонь в её ладонях дрогнул.

Но не исчез.

Она выпрямилась и посмотрела на Аскеля.

В этом взгляде было короткое, ясное обещание.

Он ответил едва заметной улыбкой.

А затем поднял обе руки.

Вода на арене задрожала.

К нему потянулись капли, оставшиеся после первого удара. Тонкие струйки поднялись из декоративных желобов, тянувшихся вдоль края площадки. Влага собралась с листьев и лепестков, осела из воздуха прозрачной пылью. Всё это сплелось перед Аскелем в подвижную массу.

Он развёл пальцы.

Вода разделилась на множество длинных щупалец.

Они рванулись к Асии с разных сторон.

Первое она уничтожила короткой вспышкой пламени.

Вода зашипела и превратилась в белое облако пара.

Второе обогнуло её сбоку, но Асия резко развернулась и провела огнём вдоль его длины. Водяная полоса вскипела, рассыпавшись тёплым дождём.

За ним пришли ещё три.

Асия вращалась почти на месте, выбрасывая точные огненные удары. Её движения были быстрыми, резкими и удивительно экономными. Она не тратила силу на широкое пламя, не пыталась сжечь всё вокруг. Вместо этого встречала каждое щупальце отдельным ударом.

Белый пар поднялся вокруг неё, скрывая ноги и нижнюю часть тела.

Казалось, ещё несколько мгновений — и она освободится.

Аскель резко сжал кулаки.

Оставшиеся водяные полосы мгновенно замёрзли.

Лёд вырос вокруг Асии изогнутой решёткой. Прозрачные дуги сомкнулись возле рук и ног, лишая её возможности развернуться. По плитам побежали тонкие белые прожилки, а воздух вокруг наполнился сухим треском.

Асия дёрнула рукой.

Лёд удержал.

Она подняла голову и взглянула на Аскеля сквозь прозрачные изгибы.

Пламя вспыхнуло вокруг неё ярче.

Жар ударил в ледяную клетку изнутри. Поверхность покрылась водой, по дугам побежали трещины. Асия уже почти вырвала одну руку, когда Аскель шагнул к ней.

И тут Саймон ударил ветром.

Порыв пришёл сбоку.

Тяжёлый, широкий, лишённый тонкости, но достаточно сильный, чтобы подхватить Аскеля и оторвать от земли. Мир перед глазами на мгновение перевернулся. Аскель успел выставить руку, коснулся камня ладонью и ушёл в перекат.

Плечо болезненно ударилось о плиту.

Он поднялся на одно колено, оставив за собой длинный след из пыли.

Саймон стоял в нескольких шагах и тяжело дышал.

На его лице появилась короткая победная улыбка.

Аскель запомнил её.

Этого мгновения Асии хватило.

Лёд вокруг неё треснул от жара. Она вырвала руку из тающей решётки, разбила оставшиеся дуги огнём, а затем перехватила несколько острых обломков.

Ледяные пики задрожали в воздухе.

Асия направила их на Саймона.

Он ударил ногой по плите.

Перед ним поднялся широкий каменный столб.

Первый пик раскололся о его поверхность. Второй врезался рядом, оставив глубокую белую отметину. Третий прошёл по краю укрытия и едва не задел плечо Саймона.

Он поспешно спрятался за столбом целиком.

Осколки один за другим врезались в камень, звенели и рассыпались по полу.

Саймон прижался спиной к укрытию, пытаясь восстановить дыхание.

Но отдых продлился недолго.

Аскель уже поднялся.

Он обвёл ладонями остатки воды, и та обернулась вокруг его рук двумя толстыми полосами. Они тянулись от запястий, изгибались и повторяли движения пальцев, превращаясь то в гибкие щупальца, то в широкие петли.

Аскель побежал к Асии.

Она встретила его огнём.

Пламя снова охватило её руки, плотное и яркое. Асия не отступила, когда он приблизился. Напротив, шагнула навстречу.

Водяные щупальца обвились вокруг её запястий.

Огонь ударил в воду.

Между ними мгновенно взметнулся густой пар.

Аскель потянул руки к себе, пытаясь лишить Асию равновесия. Она подалась вперёд, но вместо сопротивления вывернула запястье и направила жар прямо вдоль водяного захвата.

Вода вскипела.

Горячий поток прошёл к пальцам Аскеля, заставив его разжать руку. Щупальце рассыпалось тёплыми каплями.

Асия попыталась ударить его другой ладонью.

Он отклонился, почувствовав жар у самой щеки, и пустил воду снизу. Поток обвился вокруг её голени.

Асия сожгла его прежде, чем тот успел замкнуться.

Они обменялись ещё несколькими быстрыми ударами.

Аскель направлял воду сбоку, сверху, пытался захватить руки или сбить её с ног. Асия разбивала каждый поток короткими вспышками и отвечала огнём, вынуждая его двигаться быстрее.

Один из ударов прошёл слишком близко.

Пламя скользнуло по рукаву Аскеля, оставив на ткани тёмный след.

Он бросил на него короткий взгляд.

Асия усмехнулась.

Затем резко свела ладони.

Огонь между ними уплотнился.

Сначала это был небольшой яркий шар. Через мгновение он вытянулся и раскрылся широкой волной.

Асия выбросила руки вперёд.

Пламя обрушилось на Аскеля.

Уйти в сторону он уже не успевал.

Аскель опустил ладони к полу, и вокруг него поднялся водяной купол. Прозрачная стена сомкнулась над головой в тот же миг, когда огонь ударил по ней.

Арена исчезла в кипящем облаке.

Пар вырвался вверх и в стороны, накрыл тренировочные круги, постаменты и часть сада. Голубые кристаллы превратились в расплывчатые огни. Даже высокие окна академии скрылись за белой завесой.

Асия остановилась.

Она держала руки перед собой, готовая встретить ответную атаку. Огонь ещё горел между пальцами, но дышала она уже тяжелее.

Пар начал расходиться.

Водяной купол стал виден первым.

Он всё ещё стоял на прежнем месте.

Но внутри никого не было.

Аскель исчез.

Асия нахмурилась и резко оглянулась.

С другой стороны арены сквозь редеющий пар появился Саймон.

Он снова поднял вокруг себя камни, но теперь выбрал более мелкие и многочисленные. Они вращались у плеч, рук и бёдер, словно грубая подвижная броня.

Саймон наклонился вперёд.

Ветер ударил ему в спину, придавая скорость.

Он устремился к Асии.

Камни один за другим срывались с орбиты и летели вперёд. Асия подняла руки, готовясь встретить его атаку огнём.

Но за спиной Саймона дрогнул воздух.

Аскель появился почти вплотную.

Он вышел из остатков пара бесшумно, будто всё это время сам был частью белой завесы. В его волосах блестели капли воды, одежда прилипла к плечам, но взгляд оставался спокойным и точным.

Он сомкнул ладони.

Воздух вокруг Саймона сжался.

Ветряная хватка обхватила его грудь, плечи и руки. Саймон дёрнулся, попытался повернуться, но невидимые потоки удержали его.

Камни вокруг потеряли строй.

Несколько упали на пол, остальные продолжили вращаться беспорядочно.

Аскель резко повёл руками в сторону.

Саймона сорвало с земли.

Он успел только выругаться, прежде чем пронёсся над краем площадки. Каменная броня рассыпалась ещё в полёте. Через мгновение Саймон упал на траву за ограничительной линией и несколько раз перекатился.

Голубые кристаллы вспыхнули одновременно.

Сухой звон разнёсся над ареной, отмечая его выход из поединка.

Саймон сел на траве.

Несколько мгновений он просто смотрел перед собой, будто пытался понять, каким образом оказался за пределами круга. Затем перевёл взгляд на Аскеля.

В его выражении смешались усталость, раздражение и искреннее недоверие.

Аскель повернулся к Асии.

Теперь она осталась одна.

Дыхание девушки стало неровным. Волосы растрепались, несколько прядей прилипли ко лбу и вискам. Она старалась держаться прямо, но в движениях уже появилась усталость.

Асия быстро взглянула на Саймона, затем снова на Аскеля.

Подняла обе руки.

Вокруг неё вспыхнуло широкое кольцо пламени.

Оно не было точной атакой. Аскель понял это сразу. Огненная стена служила передышкой — должна была заставить его остановиться и дать Асии несколько мгновений, чтобы восстановить дыхание.

Пламя поднялось выше её головы.

Жар прошёл по всей арене. Воздух задрожал, белый камень окрасился красно-золотыми бликами, а цветы за ограждением склонились от потока горячего воздуха.

За огненной стеной силуэт Асии едва угадывался.

Она ожидала, что Аскель отступит.

Он побежал прямо к огню.

Саймон, сидевший за границей арены, даже приподнялся от удивления.

Асия заметила Аскеля слишком поздно.

Он прыгнул, прикрыл лицо рукой и прошёл сквозь край пламени. Огонь скользнул по одежде, обжёг ткань на плече и оставил в воздухе запах дыма. Жар ударил в лицо, но Аскель не остановился.

Через мгновение он оказался перед Асией.

Лицом к лицу.

Она вскинула руку для удара.

Аскель перехватил её запястье.

Огонь в ладони Асии вспыхнул ярче, однако вокруг пальцев Аскеля уже закрутился воздух. Поток отводил пламя в сторону и не позволял ему приблизиться.

Они замерли слишком близко.

Аскель тяжело дышал. На лбу выступил пот, а концы волос слегка обгорели, но в алых глазах уже появилась победная насмешка.

Асия не отвела взгляда.

— Бросать тебя было бы грубо.

— А ты у нас грубый? Больше похож на нежного.

Аскель чуть сильнее сжал её запястье, но не попытался толкнуть или вывести за границу арены.

Пламя в её руке постепенно угасло.

Поединок закончился сам собой.

За пределами площадки Саймон всё ещё сидел на траве.

Он опирался руками о землю, пытался восстановить дыхание и наблюдал за ними с выражением человека, который успел устать, проиграть и пожалеть, что вообще согласился тренироваться сразу с двумя такими противниками.

Асия медленно высвободила руку.

Аскель позволил ей это сделать.

Они вместе подошли к краю арены.

— Как романтично… — Саймон запрокинул голову и посмотрел в небо. — Ты выбросил меня с арены.

— Нужно разнообразие, Саймон. Ты же видишь: когда меняешь магию, это помогает.

— Земля даётся мне легче всего.

— Узкая направленность.

Саймон перевёл на него тяжёлый взгляд.

— Это называется специализацией.

— Нужно быть шире, чтобы овладеть разными видами мастерства.

— Я предпочту быть выше.

Асия тихо фыркнула.

Аскель посмотрел на Саймона сверху вниз.

— Не всем это дано.

— Сам-то используешь только половину известных стихий.

— Подстраиваюсь под противника.

— Не всем доступно такое разнообразие, — заметила Асия. — Многие маги вообще рождаются с предрасположенностью только к одной стихии.

— Хорошо.

Саймон прищурился.

— Что «хорошо»?

— Я услышал.

Асия посмотрела на Аскеля.

— Спасибо за защиту.

Саймон сразу оживился.

— Вот. Снова романтика.

Аскель перевёл взгляд на него.

— Ещё ответишь за это. Не расслабляйся.

Некоторое время спустя Аскель и Саймон сидели на низком каменном бортике у края тренировочной площадки.

Оба всё ещё тяжело дышали. Саймон упирался локтями в колени и время от времени бросал на Аскеля недовольные взгляды, словно продолжал решать, было ли его поражение честным.

Мимо них прошла Асия.

Она не замедлилась и даже не повернула головы, но Аскель всё равно проводил её взглядом. Волосы растрепались после боя, на висках блестел пот, а в движениях сохранялась резкость не до конца угасшего напряжения.

— Что значит «романтично»?

Саймон посмотрел сначала на удаляющуюся Асию, затем на Аскеля.

В уголке его рта появилась понимающая усмешка.

— Не знаю. Ты был с ней подозрительно нежен.

— Что значит «нежен»?

Асия остановилась у высокого серого фонтанчика, стоявшего в тени академической стены. Из короткого бронзового носика непрерывно текла тонкая струя, разбиваясь о каменную чашу с тихим ровным звоном.

Она опёрлась ладонями о края чаши и на мгновение склонила голову, восстанавливая дыхание.

— Ты не выбросил её так же, как меня.

— Я выбросил тебя только за границу арены.

— Да, это полностью меняет дело.

Саймон чуть повернулся к нему.

— Ты стал проводить с Асией больше времени. Даже больше, чем со мной.

— Ты вечно пропадаешь на своих кружках.

— Как и ты.

Аскель отвёл взгляд.

По крайней мере, попытался.

Саймон заметил это движение и усмехнулся ещё шире.

— Тем не менее…

Асия подставила руки под струю.

Холодная вода собралась в сложенных ладонях, просочилась между пальцами и тонкими нитями закапала обратно в чашу. Она набрала ещё немного, наклонилась и резко плеснула себе в лицо.

Вода рассыпалась по коже прозрачной россыпью.

Несколько капель задержались на ресницах. Другие покатились от висков к скулам. Одна медленно прошла вдоль щеки, достигла подбородка и сорвалась вниз.

Аскель почему-то заметил именно её.

— Ты слышал слухи? — продолжил Саймон.

Аскель не ответил.

Саймон повернул к нему голову.

Теперь он уже не скрывал насмешки.

— Ну?

— Слухи меня не волнуют.

— Многие считают, что вы уже состоите в отношениях. Причём вы даже не особенно стараетесь это скрывать. Или намеренно поддерживаете такой образ?

— Безосновательные предположения.

Асия снова набрала воду и умылась тщательнее.

Ладони прошли по лицу, убирая пыль и следы жара. Вода стекала по пальцам, скользила вдоль запястий и падала в чашу частыми звонкими каплями.

Несколько струек прошли по шее и скрылись за воротом. Асия вздрогнула от холода, но лишь глубже вдохнула и снова подставила руки под воду.

— Я бы не сказал, что они совершенно безосновательны.

— Что?

Аскель сидел неподвижно.

Его взгляд улавливал каждую мелочь: влажные пряди у лица, капли на скулах, блеск воды на ресницах, спокойные движения пальцев. Даже дыхание Асии казалось ему заметнее журчания фонтана.

Саймон проследил за его взглядом и тихо фыркнул.

— Что такого в Асии, что ты не можешь от неё оторваться?

Аскель наконец посмотрел на него.

В его глазах читалось ясное предупреждение.

Саймон поднял руки, изображая полную невиновность, но улыбку так и не убрал.

— Ты сам эти слухи и создаёшь.

— Которые меня не волнуют. К тому же неизвестно, возможно, у неё уже есть отношения.

Асия провела мокрыми ладонями по затылку и поправила волосы.

Одна капля задержалась у линии челюсти, блеснула на солнце и упала на каменный край чаши.

Аскель проводил её взглядом.

Саймон заметил и это.

— Тебе бы она рассказала. Ты ведь сам расскажешь ей, когда у тебя появится девушка?

Асия резко повернулась после последнего слова.

Несколько мгновений она смотрела на них, затем снова отвернулась к фонтану, будто ничего не услышала.

— У меня никого нет.

— А мог бы кто-нибудь появиться. Было бы куда направлять весь этот пыл, а не превращать каждую тренировку в стихийное бедствие.

Асия выпрямилась, стряхнула воду с пальцев и обернулась к ним, словно всё это время прекрасно знала, что за ней наблюдают.

Саймон мгновенно принял самый невинный вид.

Аскель сделать этого не успел.

— Ты ещё не видел тренировки с пристрастием.

Асия подошла и села рядом.

— Всё важное обсудили?

— Ещё нет. Но теперь нам нужна ты.

Она посмотрела на Саймона с подозрением.

— Неужели?

— У тебя есть парень?

Асия нахмурилась.

— Чего? Нет.

— Девушка?

— Нет!

— Впрочем, ожидаемо.

— Ожидаемо для кого?

Асия недовольно посмотрела на него.

— Зачем тебе вообще эта информация?

— Возможно, я хочу кое с кем тебя свести.

Аскель, уже успевший прикрыть глаза и расслабиться, моментально их открыл.

— Чего? На что ты намекаешь?

Ответ Саймона так и не прозвучал.

Со стороны главного корпуса донёсся протяжный скрип, а затем тяжёлый стук расходящихся створок. Высокие ворота академии медленно открылись, выпуская на залитую солнцем дорожку двух преподавателей.

Аскель первым повернул голову на звук.

— Ваши ученики портят книги по астрономии, — говорила профессор Агата.

— Каким образом?

— Возвращают их с вырванными страницами.

— Значит, они конспектируют, но не умеют рисовать. Приходится искать выход из затруднения.

Из-под каменной арки вышли Агата и Норвин.

Они шли рядом, продолжая разговор, начатый ещё внутри здания. Агата говорила сдержанно, однако в каждом слове чувствовалось раздражение. Она временами поворачивалась к спутнику, подчёркивая сказанное короткими движениями руки.

Норвин слушал внимательно, слегка склонив голову. Золотая цепочка монокля покачивалась в такт его шагам.

— Очень смешно, — произнесла Агата. — Только Силану совсем не весело. Как остальные студенты должны пользоваться этими книгами?

— Тоже искать выход из затруднения.

Агата остановилась у первой развилки и посмотрела в сторону тренировочной арены.

Её взгляд медленно прошёлся по разбросанным обломкам, треснувшему ограждению, лужам, растаявшему льду и тёмным следам от огня. Даже с расстояния было понятно, что недавняя тренировка оказалась значительно энергичнее, чем предполагали академические правила.

Норвин проследил за её взглядом.

— Какая чистота.

— Дети просто ещё не успели убрать. Не переживайте.

В уголках его губ появилась едва заметная улыбка.

Оба свернули с главной дороги и направились к арене.

— У вас интересное восприятие обязанностей преподавателя, — заметила Агата.

— А у вас интересное восприятие астрономии.

— Вы сами-то любите звёзды?

Норвин на мгновение посмотрел в ясное дневное небо.

— Моя главная звёздочка — дочь. И её я люблю безгранично.

Они шли по узкой дорожке между цветущими кустами и высокими тёмными кипарисами. Солнце пробивалось сквозь листву, ложилось на камень подвижными пятнами и вспыхивало в стекле монокля.

— Сомнительный подход к преподаванию, — произнесла Агата.

Саймон выпрямился на бортике.

Усталость внезапно перестала мешать ему сидеть ровно. Он быстро посмотрел на расколотые плиты, затем на Аскеля, словно только сейчас задумался, кому именно придётся объяснять последствия тренировки.

— Но необходимый от меня как от завуча, — закончил Норвин.

Аскель сохранил спокойное выражение лица.

По крайней мере, попытался.

Асия вытерла последние капли с подбородка и тоже посмотрела на приближающихся профессоров. Влажные пряди лежали у её лица, однако следов усталости она почти не показывала.

Агата указала взглядом на арену.

— Что это за погром?

Саймон тихо выдохнул и опустил голову.

Аскель бросил на него короткий взгляд, в котором не было ни капли сочувствия.

— Не преувеличивайте, — спокойно ответил Норвин.

Профессора приближались неторопливо.

Именно это почему-то тревожило сильнее, чем если бы они поспешили. Агата держалась прямо и собранно. Норвин сохранял обычное спокойствие, хотя оба уже явно оценили масштаб повреждений.

Они остановились перед студентами.

— Как вы это объясните? — спросила Агата.

— Мы тренировались, — ответил Аскель.

— Здесь обучают магов или осадных воинов?

Норвин встал немного сбоку, скользнул внимательным взглядом по студентам и лишь затем посмотрел на арену.

— Возможно, магов-воинов.

На несколько мгновений воцарилась тишина.

За спинами профессоров солнечный свет ложился на разбитый камень, растаявший лёд и обугленные следы — слишком наглядное свидетельство того, насколько мирной была тренировка.

— Мы всё уберём, — произнесла Асия.

— Это даже не обсуждается. Но не перегибаете ли вы со своими методами?

— Каждому свойственна собственная техника, — отозвался Норвин. — Глупо осуждать мага за выбранный способ применения заклинаний.

— Их техника приносит слишком большой ущерб академии.

— Который можно устранить без единого следа.

Норвин чуть повернулся к Агате.

— Перейдём к более важному.

Она посмотрела на Асию.

— Подойди ко мне.

Асия быстро поднялась.

Агата наклонилась к ней и заговорила значительно тише:

— Материалы, которые ты просила для костюма, уже принесли. Заберёшь их у меня в кабинете.

Пока они говорили, Норвин обошёл Аскеля и остановился у него за спиной.

— Кто победил? — негромко спросил он.

Аскель чуть повернул голову.

— Вы сомневаетесь?

Норвин посмотрел на Асию.

— Она очень талантлива. Не стоит списывать её со счетов.

— Как и меня.

Асия вернулась к ним.

— Аскель, пойдём ко мне.

Норвин приподнял бровь, а потом улыбнулся.

— Иди.

Асия ещё раз подошла к Агате.

— Это всё?

— Да. Бегите.

На лице профессора появилась лёгкая улыбка, когда Асия, Аскель и Саймон направились прочь.

Норвин проводил их взглядом.

— Часто вы приглашали парней к себе в комнату?

Агата посмотрела на него без особого удивления.

— Только одного.

— И?

— Двое детей.

Норвин выдержал короткую паузу.

— Вполне продуктивно.

Некоторое время спустя Асия кружилась перед Аскелем, то раскидывая руки, то придерживая тяжёлые слои ткани, чтобы они не путались под ногами.

Наряд двигался вместе с ней, раскрываясь подобно цветку среди сухой осенней травы. Светлое платье было собрано из множества мягких слоёв — жемчужных, песочных, дымчато-зелёных и приглушённо-золотых. По подолу и широким рукавам вились тонкие вышитые ветви, а полупрозрачная накидка тянулась следом, едва касаясь пола.

— Оно такое тяжёлое…

Асия сделала ещё один оборот.

Мелкие подвески на поясе тихо звякнули. Кисти и бусины покачнулись у складок юбки, ловя свет, а лёгкие перья на плечах вздрогнули, придавая её силуэту что-то дикое и лесное.

Сложнее всего было не смотреть на головной убор.

Над головой Асии возвышались тонкие ветвистые рога, украшенные цепочками, каплевидными подвесками и небольшим полумесяцем. Верхнюю часть лица скрывала ажурная золотистая маска, похожая на переплетение листьев, корней и тонких ветвей.

— Ну как тебе?

Она остановилась перед Аскелем, ожидая реакции.

Но он смотрел не на неё.

В его руках лежал небольшой свёрток бумаги, сложенный так плотно, словно написанное внутри нельзя было доверить даже воздуху. Аскель держал его осторожно и большим пальцем проводил по неровному краю.

Асия чуть склонила голову.

— Аскель!

Только тогда он поднял взгляд.

Медленно осмотрел её — от ветвистого венца до длинного подола, разлившегося по полу светлыми и зелёными складками.

На несколько мгновений в его лице появилось неподдельное восхищение.

— Я ещё по рисунку говорил, что это будет шедевр. Мои ожидания полностью оправдались.

Асия приблизилась на шаг и подхватила край накидки, показывая тонкую вышивку.

Она явно хотела услышать от него не рассеянное одобрение, а что-нибудь настоящее.

— Коротко, как всегда. Впрочем, это тебе свойственно. Мог бы и похвалить меня побольше.

Аскель едва заметно улыбнулся.

— Раз ты так хочешь…

Но уже через мгновение его пальцы снова сжали бумажный свёрток.

Улыбка исчезла.

Он опустил взгляд к записке, будто несколько коротких строк внутри обладали большей тяжестью, чем весь сложный наряд Асии.

Она осталась стоять перед ним — прекрасная, странная, почти сказочная.

А Аскель снова смотрел на бумагу, пытаясь понять, что именно принесло ему это маленькое, туго сложенное послание.