РАЛЗАР 8

Ралзар, Алтея и Фабиан шли впереди небольшой процессии.

Позади, сохраняя несколько шагов расстояния, двигалась дворцовая стража. Среди размеренного строя особенно выделялся молодой сир Вестар. Командующий держался ближе к принцу, не вмешиваясь в разговор, но его взгляд непрерывно скользил по окнам, переулкам и прохожим по обе стороны улицы. Даже здесь, вдали от дворца, он не позволял себе полностью расслабиться.

Фабиан какое-то время наблюдал за Ралзаром и Алтеей, словно пытался сложить вместе несколько давно замеченных деталей.

— Леди Алтея, мы с вами знакомы уже давно, но о ваших отношениях с Ралзаром я ничего не знал. Как вы вообще познакомились, дружище?

Ралзар едва заметно напрягся.

— Ну…

Алтея не дала ему придумать удобную версию.

— Он напился, а я притащила его к себе в комнату.

Фабиан не сдержал смеха.

— А строил из себя стойкого воина и знатного политика. В итоге сразило обычное вино.

— У каждого есть свои слабости…

Ралзару было неловко даже вспоминать тот вечер. Алтея же не испытывала ни малейшего смущения. Более того, по её довольной улыбке можно было решить, что этим воспоминанием она едва ли не гордилась.

Улица постепенно становилась оживлённее.

Высокие каменные дома теснились по обе стороны дороги, оставляя между собой узкие проходы и тёмные переулки. С верхних этажей выступали деревянные балки и навесы, под которыми торговцы раскладывали ткани, корзины с овощами, глиняную посуду и всевозможные мелочи.

Из открытых дверей лавок тянуло горячим хлебом, специями и копчёным мясом. Всё это смешивалось с запахом сырого камня и лошадей.

Колёса повозок грохотали по мостовой. Между ними протискивались носильщики с корзинами, ученики ремесленников и женщины с покупками. Несколько торговцев выкрикивали цены так громко, словно соревновались между собой, кому удастся перекричать весь квартал.

Фабиан всё ещё не собирался оставлять тему.

— Ты мне ничего об этом не рассказывал, Ралзар. Почему?

— Потому что наши отношения пока… неопределённые.

Алтея резко повернула голову.

— Как это — неопределённые?

Фабиан прикусил губу, пытаясь не рассмеяться снова.

Алтея обошла его и встала перед Ралзаром лицом к лицу, заставив того замедлить шаг.

— Ты вообще вспомнил, что произошло той ночью?

— Нет.

— А ты не думал, что после того, чего ты не помнишь, я могла бы оказаться беременной? Не думал, как назовёшь своего первенца?

Ралзар остановился.

— Чего?

Фабиан, ещё мгновение назад делавший вид, будто совершенно не слушает, тут же оказался рядом.

— И ты это от меня скрыл?

— Я ничего не скрывал! Я этого вообще не помню!

— Как? — совершенно серьёзно спросил Фабиан. — Свадьба будет?

— Какая ещё свадьба? Я слишком молод.

— Но до свадьбы же грех.

Ралзар посмотрел на него.

— Набожный нашёлся.

Фабиан рассмеялся.

— Грешник.

— Главный грешник.

— Ралзар! — возмутилась Алтея, хотя в её голосе тоже слышался смех.

Он поднял руки, признавая поражение.

— Мы обязательно это обсудим. Позже.

— Ладно. Но не играй со мной.

На этот раз её голос стал серьёзнее.

Ралзар тоже перестал улыбаться.

— Хорошо.

Фабиан покачал головой.

— Устрашающий воин был повержен.

— Но не сломлен.

Они снова рассмеялись и продолжили путь.

Алтея теперь шла между Ралзаром и Фабианом совершенно спокойно, словно несколько мгновений назад вовсе не загоняла одного из самых опасных людей их компании разговорами о свадьбе и детях.

В отличие от стражи она почти не обращала внимания на толпу. Иногда девушка замедлялась, чтобы посмотреть на знакомую лавку или ответить кому-нибудь коротким кивком, а затем вновь догоняла мужчин.

Ралзар довольно быстро заметил, что здесь её знали.

— Куда мы вообще идём? — спросил он.

— В фонд моей матери.

Ралзар посмотрел на Фабиана.

Тот пояснил:

— Леди Селеста много лет назад создала фонд помощи обездоленным и больным.

Алтея кивнула.

— Мы работаем по всей стране, но больше всего здесь, в столице. Кормим людей, выдаём одежду, оплачиваем лечение, предоставляем ночлег тем, кому некуда идти.

Первой перед Алтеей склонилась пожилая женщина возле небольшого прилавка.

Затем мужчина, нёсший корзину с хлебом.

Чем дальше они проходили, тем чаще люди узнавали девушку. Кто-то просто кланялся, кто-то прикладывал ладонь к груди, а некоторые заранее отходили к краю улицы, освобождая ей дорогу.

Алтея отвечала без высокомерия — лёгким кивком или своей привычной тёплой улыбкой.

Фабиан заметил интерес Ралзара.

— Леди Селеста — одна из самых влиятельных фигур столицы. Настолько, что получила место в королевском совете. Но, пожалуй, влияние здесь даже не самое важное. Её действительно любят.

Ралзар молча наблюдал за окружающими.

Такое почтение отличалось от дворцового.

Здесь никто не выстраивался заранее и не пытался определить, насколько низко необходимо склониться перед представителем знатного дома. Люди замечали Алтею случайно, и выражение их лиц менялось прежде, чем они вспоминали об этикете.

Значит, дело действительно было не только в фамилии.

— Ты тоже работаешь в фонде? — спросил Ралзар.

Алтея взглянула на него.

— Конечно. Не только же пьяных парней по окнам таскать.

Он усмехнулся.

Впереди показалась небольшая площадь.

Она была почти полностью заполнена людьми.

В центре возвышалось большое трёхэтажное здание из светло-серого камня. Высокую крутую крышу покрывала тёмная черепица, среди которой выступали узкие готические окна. По фасаду тянулся ряд вытянутых стрельчатых проёмов, между ними висели длинные знамёна.

Но больше всего выделялся нижний этаж.

Вместо сплошной стены там располагалась широкая открытая галерея из массивных каменных арок. За ними были видны длинные деревянные столы, за которыми сидели десятки людей.

Алтея замедлила шаг.

— И всё же, несмотря на наши «неопределённые отношения», я решила познакомить тебя с мамой.

Ралзар впервые за весь путь выглядел действительно обеспокоенным.

— Я к этому не готовился. Сегодня я был настроен исключительно на политические проблемы.

— Придётся перестроиться.

— Видимо.

За столами кто-то уже ел, склонившись над миской горячей похлёбки. Другие ждали своей очереди. Между людьми ходили служащие с корзинами хлеба, кувшинами воды и тяжёлыми котлами.

Из глубины здания доносились звон посуды и непрерывный гул голосов.

У одной из арок раздавали хлеб.

Возле другой несколько женщин перебирали привезённые овощи. Чуть дальше стояли корзины с тканью и аккуратно сложенной одеждой. У стены ожидали люди, которым, судя по усталому виду и дорожным вещам, требовалась не столько еда, сколько место для ночлега.

Алтея посмотрела на Ралзара.

— Ты когда-нибудь помогал нуждающимся?

— Деньгами — нет. У самого их не всегда достаточно. Но защищал от разбойников и других подобных людей часто.

Фабиан одобрительно кивнул.

— Благотворительность даёт человеку особое чувство.

— В Писании сказано, что благодарность возвращается троекратно, — добавил принц. — Кто сеет добро, тот его и пожнёт, только в большем количестве.

Ралзар ничего не возразил.

Алтея направилась к зданию.

Люди начали замечать её один за другим.

Сначала расступились ближайшие. Затем движение передалось дальше, словно невидимая волна прошла сквозь всю толпу.

Разговоры стали тише.

Кто-то негромко произнёс имя Алтеи.

Несколько человек сразу поклонились.

Алтея вдруг повернулась к Ралзару.

— А маме подарок приготовил?

— Что? Нет.

— И как ты собираешься знакомиться с моей матерью без подарка?

— Обстоятельства не позволили подготовиться к тому, о чём я узнал несколько минут назад.

Она широко улыбнулась.

— Ты мне за эту прямоту и понравился.

— Подозреваю, в нашу первую встречу мою прямоту в основном питало вино.

Алтея неожиданно взяла его за руку.

Ралзар посмотрел сначала на их сцепленные пальцы, затем на неё.

— Может, нам действительно стоит поговорить о наших отношениях? — спросила она. — Раз уж они оказались такими «неопределёнными», их пора как-нибудь определить.

— А чего хочешь ты?

Ответ последовал без колебаний.

— Тебя.

Ралзар чуть приподнял бровь.

— Прямо.

— А ты чего хочешь?

Он задумался.

— Я хочу сосредоточиться на чём-нибудь одном. Я совершенно не многозадачный.

— И?

— Давай встретимся завтра у меня.

Алтея прищурилась.

— Свидание?

— Можно назвать и так. Там спокойно поговорим. Без лишних ушей.

Она посмотрела поверх его плеча.

— Уши принца вполне приемлемые. И милые.

— Чего?

Алтея рассмеялась и отпустила его руку, уходя вперёд.

Ралзар почувствовал чьё-то присутствие за спиной.

Фабиан уже стоял там.

— Интересные у вас отношения.

— У самого большой опыт?

Принц с совершенно серьёзным видом ответил:

— До свадьбы нельзя.

— Конечно…

Проход перед ними возник почти сам собой.

Люди отходили к сторонам, освобождая Алтее дорогу. Она шла среди них без малейшей неловкости, словно бывала здесь десятки раз.

Один маленький мальчик возле матери долго смотрел на неё, пока женщина тихо не потянула его за плечо, заставляя поклониться.

Алтея заметила это.

Она улыбнулась ребёнку.

Тот сразу перестал смотреть в землю и широко улыбнулся в ответ.

Ралзар едва заметно усмехнулся.

Он уже собирался что-то сказать, когда впереди кто-то наконец узнал Фабиана.

Реакция изменилась мгновенно.

Люди, только что склонявшие головы перед Алтеей, теперь кланялись значительно ниже. Кто-то вовсе остановился.

По толпе быстро прошёл шёпот:

принц.

Даже несколько служащих внутри фонда прервали работу и повернулись к нему.

Фабиану такое внимание явно не нравилось. Он несколько раз коротко кивнул и жестом показал людям продолжать заниматься своими делами.

Ралзар вспомнил о другой причине своего визита.

— Я вообще-то пришёл к тебе с важной новостью.

Фабиан улыбнулся.

— Не знаю, насколько она важна, но за вами с Алтеей наблюдать уже было достаточно интересно.

Ралзар достал сложенный документ.

— Меня пригласили в королевский совет.

Улыбка Фабиана исчезла.

Он посмотрел на бумагу уже серьёзнее.

— Действительно? Не ожидал. Но для тебя это большой шаг.

— Для нашего дела, — поправил Ралзар. — Собственный рост меня мало интересует. Мне необходимо остановить анархистов. После этого…

Фабиан слегка наклонил голову.

— И больше тебя никто не интересует?

Ралзар бросил взгляд вперёд, на Алтею.

— Я хотел обсудить с тобой наше дело. Оно не стоит на месте.

— Обсудим здесь.

Позади стражники немного сомкнули строй.

Молодой Вестар остался ближе всех к Фабиану. Его взгляд двигался поверх голов собравшихся, задерживаясь на окнах второго этажа, арках и боковых проходах.

Ралзар заметил это и мысленно одобрил.

Так и должен был вести себя человек, которому доверили жизнь принца.

Алтея тем временем обернулась.

— Ралзар, пожалуйста, веди себя прилично. Моя мама довольно требовательна.

Они прошли под первой широкой аркой.

Шум площади сразу стал тише.

Внутри пахло свежим хлебом, овощным супом, горячим воском и старым камнем. Под высокими сводами висели тяжёлые металлические светильники, а вдоль стен стояли бочки с водой, корзины с припасами и аккуратно сложенные деревянные ящики.

Несколько работников остановились при виде Алтеи.

Она едва успела ответить на приветствия, когда впереди открылись внутренние двери.

Алтея быстро оглядела Ралзара.

— Осанку ровнее.

Он машинально расправил плечи.

— Я перед королём так не выпрямлялся.

— Это моя мать, а не какой-то там король.

Ралзар посмотрел на неё.

— Очень обнадёживает.

Из здания вышла женщина.

Она не торопилась.

И именно эта неторопливость заставила Ралзара обратить на неё внимание раньше, чем на кого-либо ещё.

Леди Селеста держалась с такой естественной собранностью, словно окружающее пространство само обязано было подстраиваться под её шаг.

Густые серебристо-белые волосы были собраны в сложную, но строгую причёску. Боковые пряди уходили назад и вплетались в аккуратные косы, тогда как остальные волосы мягкими волнами спускались за плечи. Ни одна деталь не казалась случайной.

Лицо было зрелым и красивым, но красота эта совершенно не стремилась располагать к себе.

Высокие скулы, прямой нос и чёткая линия подбородка придавали Селесте выражение внутренней твёрдости. Тонкие возрастные линии у глаз и на лбу лишь усиливали впечатление человека, привыкшего много видеть, долго помнить и крайне редко менять решение без причины.

Особенно выделялись светлые серо-зелёные глаза.

Спокойные, внимательные и немного холодные, они быстро прошлись по Фабиану, Ралзару и стражникам, после чего остановились на Алтее.

На губах Селесты не было улыбки.

Но и неприязни тоже.

Только сдержанное достоинство.

Она подошла к Фабиану первой.

— Рада приветствовать вас, мой принц. Для людей большая честь видеть вас здесь, особенно в такой день.

Фабиан слегка склонил голову.

— Разве я мог отказаться от участия в таком благородном деле?

На Селесте было длинное платье приглушённого серо-синего цвета. Ткань покрывал тонкий растительный узор, а квадратный ворот и края рукавов обрамляла тяжёлая золотистая вышивка. В украшение на груди были вправлены небольшие тёмные камни; похожие поблёскивали в серьгах.

Даже драгоценности выглядели не украшениями ради красоты, а частью тщательно выстроенного образа.

Селеста не производила впечатления женщины, которая когда-либо позволяла эмоциям говорить раньше разума.

Ралзар невольно посмотрел на Алтею.

Разница была почти забавной.

Алтея легко улыбалась незнакомцам, могла без предупреждения обнять человека посреди улицы и совершенно не скрывала собственных чувств. Селеста казалась её полной противоположностью.

Если Алтея напоминала воду, свободно находящую путь между камнями, то её мать была самим камнем — неподвижным, выдержанным и не склонным уступать лишь потому, что кто-то попросил достаточно убедительно.

Ралзару даже стало любопытно, как рядом с такой женщиной выросла настолько открытая дочь.

Алтея сделала шаг вперёд.

— Мама, это лорд и сир Ралзар Келорт. Иноземный гость столицы.

Селеста посмотрела на него внимательнее.

— Молодой рыцарь. Для наших земель это действительно редкость.

Ралзар слегка склонил голову.

— Как и встреча с женщиной, подобной вам, миледи. Я восхищён вашей внутренней силой и тем, что вы сделали для этих людей.

В уголках губ Селесты едва заметно появилось что-то похожее на улыбку.

— Сразу начинаете с комплиментов. Что ж, любой женщине они приятны.

Она ещё раз посмотрела на дочь.

И только тогда её строгий взгляд чуть смягчился.

— Доченька, проведи экскурсию нашему многоуважаемому принцу. А с молодым лордом я хотела бы поговорить наедине.

Алтея на мгновение задержала взгляд на Ралзаре, словно без слов желая ему удачи, после чего увела Фабиана дальше в зал.

Селеста повернулась к лестнице.

Ей даже не понадобилось ничего говорить.

Короткого жеста было достаточно.

Ралзар последовал за ней.

Широкая каменная лестница поднималась вдоль внутренней стены.

Ступени были стёрты множеством ног, а небольшие светильники бросали на камень мягкий золотистый свет.

Поднимаясь, Ралзар продолжал слышать нижний этаж: звон деревянных мисок, шаги работников, смех детей и непрерывный гул разговоров.

С каждой ступенью открывалось всё больше зала.

Внизу люди занимали освободившиеся места, заканчивали еду и получали новые порции. Работники разносили хлеб, воду и горячую пищу. У дальней стены кому-то помогали заполнить бумаги.

Жизнь фонда не остановилась из-за появления знати.

На середине лестницы Ралзар оглянулся.

Алтея уже увлечённо показывала Фабиану кухни и помещения для ночлега. Она останавливалась возле работников, здоровалась со знакомыми и что-то объясняла принцу.

Фабиан слушал внимательно.

Рядом с матерью разница между двумя женщинами становилась ещё заметнее.

Селеста шла впереди прямой, размеренной поступью, не совершая ни одного лишнего движения. Даже среди постоянного шума вокруг неё будто сохранялось собственное пространство порядка.

На втором этаже лестница выводила на широкую галерею над залом.

За каменной балюстрадой хорошо просматривался весь первый этаж.

Селеста остановилась там.

Ралзар встал рядом.

Некоторое время она смотрела вниз.

Алтея как раз подвела Фабиана к одной из колонн и оживлённо рассказывала ему что-то ещё.

Строгие черты Селесты на мгновение смягчились.

Затем она повернулась к Ралзару.

Теперь всё её внимание принадлежало ему.

— Теперь мне понятно, какой мужчина занял столько места в её сердце.

Ралзар немного удивился.

— Вы это чувствуете?

— Вижу. Когда проводишь столько лет среди такого количества людей, начинаешь замечать реакции, жесты, взгляды. В последнее время интерес Алтеи явно переключился.

Она выдержала короткую паузу.

— Я думаю, она любит тебя. Но любишь ли ты её?

Ралзар посмотрел вниз.

— Сложный вопрос.

— Неужели?

— Для каждого любовь означает что-то своё. Трудно обозначить одним словом всё, что человек чувствует к другому.

— Тогда назови это несколькими словами. Только говори правду. Это одна из самых ценных вещей, которые ещё остались людям.

Ралзар несколько мгновений молчал.

— Это сложно, миледи. Особенно обсуждать подобное с вами. О своих чувствах к Алтее я предпочёл бы говорить с самой Алтеей.

Селеста посмотрела на него ещё несколько секунд.

— Молодец.

Ралзар прищурился.

— Это была проверка?

— Конечно. Ты думал, я просто отдам свою дочь первому понравившемуся ей мужчине?

— И каким оказался я?

— Узнаю позже.

Она перевела разговор.

— Ты ведь теперь входишь в королевский совет?

Ралзар невольно удивился.

— Откуда вы…

Селеста подняла бровь.

— Я, между прочим, сама состою в совете. Король объявил о своём решении.

— Логично.

— Ты вступаешь на очень опасную дорогу, Ралзар. Я бы даже сказала — ядовитую. Ты понимаешь это?

Он опёрся ладонями о балюстраду.

— Я воин, а не политик. Мой опыт дал мне меч и умение им пользоваться.

— Иногда в совете меч гораздо проще использовать, чем слово.

— Возможно.

Ралзар немного помолчал.

— У меня есть вопрос.

— Говори.

— Кто отец Алтеи? И откуда у неё магические способности?

Селеста не удивилась.

— Её отец был лордом столичных земель. Он умер от болезни и оставил всё единственной дочери. Магия пришла по моей линии — от моего отца. Ни я, ни мой муж магией не владели.

Она повернулась к нему.

— К чему этот вопрос?

— Магия немного снижает опасность, связанную с общественными предрассудками. Но Алтея постоянно ходит по городу почти без охраны. Вы политик. У вас есть противники. Они вполне могут ударить через неё.

Селеста задумалась.

— Ты действительно опасаешься за неё?

— Да. Я знаю, что у неё есть личная стража. Но её охранник редко находится достаточно близко.

— Разумное замечание. Я подумаю.

Снизу неожиданно раздался торопливый голос:

— Милорд!

По лестнице быстро поднялся молодой Вестар.

В руках он держал письмо.

— Для вас.

Ралзар принял его.

— Спасибо. Возвращайся к принцу и держись рядом.

— Как прикажете.

Вестар направился вниз.

Навстречу ему как раз поднимался другой мужчина — седовласый сир Вестар, личный охранник Алтеи.

Они оба остановились.

Молодой первым протянул руку.

— Сир Вестар.

Седовласый пожал её.

— Сир Вестар.

— Какое совпадение, — усмехнулся молодой командующий.

Они разошлись.

Селеста бросила взгляд на письмо, но Ралзар не стал его открывать.

— Личная охрана? — спросила она.

— Я всё-таки воин и вижу политическую силу прежде всего в оружии. Лояльные люди, способные исполнить приказ, — одна из важнейших опор любой власти.

Селеста внимательнее посмотрела на него.

— Пожалуй, я вас недооценивала. Это ваше оружие?

— Скорее щит для принца. Я его правая рука. Значит, должен заботиться о его безопасности.

Слова ещё не успели раствориться в воздухе, когда Ралзар заметил движение внизу.

Что-то было не так.

Несколько людей двигались странно.

Они не садились за столы.

Не направлялись к выходу.

Просто кружили возле Фабиана и Алтеи, постепенно сокращая расстояние.

Как стервятники.

Ралзар сразу перестал слушать окружающий шум.

Его взгляд быстро прошёлся по залу.

Слишком многие были обращены к принцу.

Слишком многие держали руки возле рукавов и поясов.

В боковом зрении мелькнул металлический блеск.

Ралзар резко повернул голову.

Один мужчина уже вытаскивал из рукава нож.

Клинок поднялся.

Но стражник Фабиана успел раньше и всем телом налетел на убийцу.

В тот же момент рядом появился второй клинок.

Ещё один человек бросился к принцу, а третий неожиданно вонзил нож стражнику в бок.

Тот пошатнулся.

Вестар отреагировал мгновенно.

Он оттеснил Фабиана и Алтею к стене и оказался перед ними с обнажённым мечом, полностью закрывая обоих собой.

С другого конца зала седовласый Вестар вместе со стражей Селесты начал оттеснять обычных посетителей.

Но ножей становилось всё больше.

Один за другим люди, ещё мгновение назад казавшиеся посетителями фонда, доставали спрятанное оружие.

Ралзар не стал искать лестницу.

Он схватился за каменную ограду и перепрыгнул через неё.

Несколько метров падения.

Тяжёлое приземление.

И сразу движение вперёд.

Вокруг его рук вспыхнули два огненных лезвия.

Первого убийцу Ралзар встретил на бегу.

Короткий удар — и тот рухнул на каменный пол.

С разных сторон появились новые.

Ралзар резко развернулся.

От пламени отделились длинные огненные жгуты. Они метнулись к нападающим и обхватили нескольких за шеи.

Те попытались освободиться.

Ралзар сжал пальцы.

Через несколько мгновений тела одно за другим обмякли.

Он уже шёл дальше.

Рядом один из стражников встретил противника широким взмахом. Меч отсёк руку с ножом, а следующим ударом воин снёс нападающему голову.

Другой стражник одновременно отбивался от двоих.

Он рассёк первого от плеча к лицу, но второй успел ударить ножом в ногу.

Воин рухнул на колено.

К нему сразу бросились ещё трое.

Они почти достигли цели.

И одновременно упали.

Из затылков каждого торчало по ножу.

Ралзар опустил вытянутую руку.

Он подошёл к раненому стражнику, протянул ладонь и помог ему подняться.

Возле стены молодой Вестар сдерживал сразу двух убийц.

Фабиан заметил нож возле собственных ног.

Принц наклонился, поднял его и, когда одному из противников удалось прорваться мимо охраны, сам вонзил клинок ему в тело.

Но сзади уже приближался другой.

Алтея увидела его первой.

Она вскинула руку.

Из ладони вырвался огонь.

Пламя мгновенно охватило нападающего, заставив того с криком отступить.

И тогда распахнулись боковые ворота.

Оттуда хлынули новые убийцы.

Ралзар повернулся к ним.

Поднял обе руки.

Каменная арка над проходом затрещала.

Тяжёлая кладка рухнула вниз, погребая передних нападающих и полностью перекрывая вход.

Грохот прокатился по всему зданию.

Это сломило оставшихся.

Сначала отступил один.

Потом второй.

Через несколько мгновений нападение превратилось в бегство.

Стража бросилась следом.

Ралзар преследовать убийц не стал.

Он быстро направился к Фабиану и Алтее.

Вестар всё ещё стоял перед ними с поднятым мечом. Фабиан сжимал в руке окровавленный нож. Алтея тяжело дышала, но оставалась невредима.

Ралзар быстро осмотрел обоих.

— С вами всё нормально?

— Да.

Он сразу повернулся к молодому командующему.

— Вестар.

— Милорд.

— Выводи принца и леди из здания. Немедленно отправь гонца к Гарету. Все наши силы — сюда. Район перекрыть и очистить.

— Выполняю.

Стражники быстро сомкнулись вокруг Фабиана и Алтеи, образуя плотное кольцо.

Через несколько мгновений к ним подошёл и седовласый Вестар вместе со своими людьми. Он вывел из здания Селесту и тут же занял место возле Алтеи.

Никто больше не пытался выяснять отношения или обсуждать произошедшее.

Слишком рано.

Вокруг по-прежнему кричали люди, по полу текла кровь, а среди перевёрнутых столов лежали тела — убийц, стражников и тех, кому просто не повезло оказаться между ними.

Главная опасность заключалась даже не в этом.

Никто ещё не понимал, сколько нападавших оставалось снаружи.

И кто из окружавших их людей был врагом, а кто — всего лишь испуганным прохожим.

Поэтому процессия покинула фонд уже совсем не так, как вошла.

Теперь впереди шли обнажённые мечи.

В самом центре находились Фабиан, Алтея и Селеста.

А Ралзар двигался рядом, впервые за весь день совершенно забыв и о королевском совете, и о предстоящем разговоре с Алтеей.

Кто-то только что попытался убить принца посреди столицы.

И сделал это не отчаянным одиночным ударом.

Это была подготовленная атака.

А значит, политические проблемы, к которым Ралзар готовился этим утром, уже успели найти его сами.