ЯННА 8

Янна сидела за письменным столом, подперев голову ладонью.

Локоть давно онемел, но менять позу она не решалась: стоило убрать руку от виска, как веки начинали предательски тяжелеть. Перед ней лежали несколько списков, записки от учениц, заявления и раскрытый журнал старосты. Строки на последней странице уже начинали расплываться перед глазами, превращаясь в тонкие тёмные полосы.

— Я не виновата, Янна. Правда. Я не хотела так задерживаться и никак не могла предположить, что вернусь в комнату настолько поздно.

Напротив, за большим общим столом, сидела Рина.

У неё была мягкая, почти невесомая внешность, лишённая резких черт. Светлые пепельно-русые волосы она собрала в свободную косу, перекинутую через плечо, а несколько тонких прядей выбились у лица и мягко обрамляли щёки. Причёска выглядела аккуратно, но без нарочитой строгости — словно Рина всегда старалась быть опрятной, при этом делая всё возможное, чтобы лишний раз не привлекать внимания.

Светлое лицо отличалось плавным овалом, мягкими скулами и аккуратным подбородком. Тонкий прямой нос почти не выделялся среди остальных черт, а естественно розоватые губы обычно складывались в едва заметную улыбку. В ней не было ни привычной уверенности, ни желания понравиться — скорее искренняя доброжелательность, возникавшая сама собой, стоило девушке хоть немного расслабиться.

Особенно выделялись светлые серо-голубые глаза. Они смотрели открыто и внимательно, но стоило Янне задержать на ней взгляд чуть дольше, как Рина почти сразу отводила свой. В её выражении легко читалась застенчивость: не страх перед людьми, а постоянное сомнение — не говорит ли она слишком много, не мешает ли и правильно ли вообще решилась прийти.

Даже сидела она осторожно, чуть сведя плечи и сложив руки возле себя. Пока говорила, пальцы то переплетались, то начинали теребить край рукава, а голос временами становился тише. И всё же в нём не чувствовалось ни фальши, ни попытки вызвать жалость.

Янна закрыла глаза на пару мгновений, затем заставила себя выпрямиться.

— Ах… ладно. На этот раз ничего не будет. Но впредь постарайся, чтобы такое не повторялось. А сейчас иди на занятия.

Напряжение сразу сошло с плеч Рины.

Чуть в стороне расположилась Лайла. В отличие от Янны, она не была занята ничем вообще и потому успела перепробовать уже несколько способов победить скуку: перекладывала книгу с одного края стола на другой, постукивала пальцами по деревянной столешнице, рассматривала потолок и время от времени бросала на Янну выразительные взгляды, в которых скука постепенно уступала место сочувствию.

— Спасибо большое. Я побежала.

— Беги.

Рина поднялась, ещё раз благодарно кивнула и почти бесшумно скрылась за дверью.

Комната старосты была значительно просторнее обычных жилых помещений.

Высокие стрельчатые окна занимали почти всю левую стену, пропуская внутрь тёплый утренний свет. Он ложился на тяжёлые деревянные столы, стопки бумаг и высокие шкафы, заставляя пылинки медленно мерцать в воздухе. По каменному полу тянулись вытянутые тени оконных переплётов.

— Какая же скукота, — простонала Лайла. — Я бы здесь и двух дней не выдержала.

Янна медленно повернула к ней голову.

— Отличная поддержка.

— Я сразу говорила, что нужно было отказаться.

— Это не было предложением, от которого можно отказаться.

Она посмотрела на журнал перед собой.

— Хотя теперь понимаю, почему старосты иногда выглядят так, будто постарели за один учебный год. Я действительно очень устала за эти дни. Вроде бы всё мелочи, а когда их десятки подряд, они раздавливают похлеще настоящих проблем.

По правой стене тянулись высокие архивные полки. На них теснились папки, свёрнутые документы, книги учёта и небольшие деревянные ящики с металлическими табличками. Некоторые секции были заполнены настолько плотно, что между папками едва оставалось место.

Часть этих записей относилась ещё к старым старостам. Янна уже успела понять, что половина её работы заключалась не в решении новых вопросов, а в попытках разобраться, что именно сделали до неё и почему никто не счёл нужным оставить понятное объяснение.

— И что ты планируешь делать? — спросила Лайла.

Янна задумалась всего на секунду.

— Вернуться к тому озеру. Нырнуть на самую большую глубину и поселиться там среди молчаливых рыб. Рыбы хотя бы не приходят с заявлениями.

Лайла фыркнула.

— Печаль какая-то. Тебе нужно развеяться.

— Развеяться?

— Лучший способ отдохнуть.

— Скоро фестиваль. Там и отдохну.

Лайла посмотрела на неё почти с жалостью.

— Уж точно не ты. Теперь тебе придётся следить за всем общежитием.

Янна медленно подняла глаза.

— Пусть только попробуют испортить мне фестиваль. Я столько времени потратила на свой костюм.

В глубине комнаты стоял ещё один большой стол, предназначенный для совместных собраний. На нём лежали раскрытые книги, чернильницы, подсвечники и несколько стопок документов, которые Янна собиралась разобрать ещё утром.

Теперь они казались ей личным оскорблением.

Лайла заметила её взгляд и усмехнулась.

— Кстати, Амира сегодня приводила провинившихся чистить озеро от водорослей. Теперь оно выглядит так, будто его только вчера создали. Вот бы после занятий искупаться.

Янна уже открыла рот, чтобы ответить, когда в дверь постучали.

Снаружи раздался мужской голос:

— Янна, это Рагнар. Можно войти?

Лайла моментально оживилась.

— Вспомнила про озеро, а вот и придаток.

Янна бросила на неё короткий взгляд.

— Входи.

Дверь распахнулась.

— Доброе утро, девушки.

— Привет, — Лайла улыбнулась и помахала рукой.

Рагнар вошёл, держа в руке небольшой свёрнутый документ.

Янна снова опустила взгляд в журнал.

— Что ты хотел?

— Хочу отлучиться на выходные к родителям. Вот подтверждение от завуча.

Он протянул свёрток.

Янна приняла его, развернула и быстро просмотрела печать, подпись и даты. Всё выглядело правильно.

Однако, возвращая документ, она заметила новый перстень на его пальце.

— Новое украшение? Ты их слишком часто меняешь.

Рагнар посмотрел на кольцо.

— Почему бы и нет?

— Потому что ты не успеваешь даже понять, нравится оно девушкам или нет.

Он усмехнулся.

— А тебе нравится?

Лайла недовольно посмотрела сначала на Рагнара, затем на Янну, явно ожидая ответа.

Янна лишь устало вздохнула.

— Не получится. Я не клюю на драгоценности.

— А на что тогда клюёшь?

— Только на одного парня. И это не ты.

— А кто?

— Тебя это не касается.

Янна уже собиралась вернуться к документам, но взгляд случайно скользнул на Лайлу.

В её глазах мелькнула мысль.

— Зато тебя касается другая интересная догадка. Вместо того чтобы постоянно забрасывать удочку в мою маленькую лужицу, ты мог бы заметить, что рядом скрывается целое озеро. А может, и не скрывается. Оно любит менять свои краски, бывает бурным, бывает нежным и вообще не способно причинить вреда тем, кто рядом.

Лайла медленно расправила плечи.

В её лице появилось совершенно неприкрытое воодушевление.

Она даже сделала небольшой шаг к Рагнару.

Тот непонимающе посмотрел сначала на неё, затем на Янну.

— И что?

Янна устало провела ладонью по лицу.

— Загадка тебе в дорогу. Возвращаемся к делу.

Рагнар, кажется, всё ещё пытался разгадать услышанное.

— Уезжаю в пятницу вечером. Возвращаюсь в понедельник рано утром, до занятий.

Янна открыла журнал и начала записывать.

Перо двигалось всё медленнее. Почерк с каждой строкой становился менее ровным, а в одном месте она вообще случайно повторила одну букву трижды.

Рагнар наклонился чуть ближе.

— Что ты делаешь?

Янна подняла на него совершенно измученный взгляд.

— Ах… открываю журнал и записываю, что ты будешь отсутствовать в общежитии три ночи. Я вообще-то работаю. Не придирайся к процессу.

Он поднял руки.

— Ладно-ладно. Получается всё?

Янна поставила последнюю точку.

— Свободен.

Рагнар усмехнулся и направился к двери.

Янна снова подперла голову рукой.

Лайла проводила его взглядом, а когда он обернулся, улыбнулась и помахала ему вслед.

— Возможно, мы…

— Нет.

Лайла даже не успела закончить.

Дверь закрылась.

В комнате стало неожиданно тихо.

Янна ещё несколько секунд сидела неподвижно, будто ожидала, что сейчас постучит кто-нибудь ещё.

Никто не пришёл.

Она медленно склонилась над столом.

Обе руки поднялись к лицу.

Янна обхватила виски ладонями и закрыла глаза.

— Ещё этого рыболова здесь не хватало…

Лайла поднялась.

Она обошла стол, остановилась прямо над Янной и упёрла руки в бока.

— Успокойся. Всё будет нормально.

Янна не поднимала головы.

Лайла наклонилась чуть ближе.

— Давай хотя бы пройдёмся.

На этот раз Янна не стала спорить.

Она поднялась только после того, как окончательно убедилась, что следующей посетительницы пока не будет.

Лайла уже ждала возле двери.

Стоило им выйти из комнаты старосты, как тяжесть закрытого помещения сменилась прохладным воздухом внутреннего двора.

Открытый коридор тянулся вдоль сада под высокими каменными арками. Тонкие побеги плюща оплетали колонны и местами свисали почти до пола. Солнечный свет пробивался между ними, ложась на каменные плиты неровными золотистыми пятнами.

За арками открывался просторный двор академии.

Среди цветущих деревьев и аккуратных клумб расходились каменные дорожки. Вдоль них стояли деревянные скамьи: на одних сидели ученики с книгами, на других небольшие компании разговаривали между занятиями. Чуть дальше несколько студентов устроились прямо на траве, пользуясь редким свободным утром.

Янна невольно замедлила шаг.

Усталость никуда не исчезла.

После нескольких часов чужих просьб, жалоб и разрешений ей хотелось хотя бы ненадолго перестать быть человеком, который должен знать ответ на любой вопрос.

Лайла шла рядом гораздо бодрее.

— Так, может, всё-таки искупаемся?

— Ты не забыла, что занятия никуда не исчезли? Сегодня нет первого урока. Но есть второй. И все остальные.

— Но всё же…

— Нет.

— Ты безнадёжна.

— Я староста. Это почти одно и то же.

Они прошли под следующей аркой и свернули к входу в основное здание.

Тёплый двор остался позади.

Внутри их встретили прохлада каменных стен, приглушённый гул голосов и привычное эхо шагов, разносившееся под высокими сводами.

По коридорам двигались ученики. Одни спешили на следующие занятия, другие останавливались возле окон, обсуждая уроки, третьи просто стояли небольшими группами у стен.

Янна и Лайла поднялись по небольшой лестнице и свернули в боковой проход.

Впереди показалась нужная дверь.

Как раз в этот момент она распахнулась.

Из кабинета начала выходить группа учеников.

Первые несколько человек почти выбежали наружу, тут же продолжая спор, начатый ещё внутри. За ними потянулись остальные — медленнее, с книгами, тетрадями и сумками в руках.

Янна собиралась просто пропустить толпу мимо.

Но что-то привлекло её внимание.

Несколько учеников выглядели так, словно вообще не спали ночью.

Одна девушка шла, едва удерживая глаза открытыми, и дважды за несколько шагов едва не споткнулась. Другой ученик непрерывно тёр лицо ладонью. Третий двигался настолько медленно, что товарищу пришлось поддерживать его за локоть.

Янна нахмурилась.

Это была не обычная скука после тяжёлого урока.

И не усталость после насыщенного дня.

Сейчас было слишком рано, чтобы столько людей одновременно выглядели настолько измученными.

Она проводила их взглядом.

— Ночью что-то произошло?

Лайла тоже посмотрела вслед уходившим.

— Вроде нет. А уж я обычно знаю обо всём, что происходит ночью.

Из кабинета показалась Рина.

Она выглядела немного лучше остальных, но на её лице тоже лежала заметная усталость. Обычно светлые и внимательные глаза потускнели, под ними проступили тонкие тени. Рина прижимала к груди книги и шла, слегка опустив голову, будто надеялась незаметно проскользнуть мимо.

Янна сразу выпрямилась.

— Рина.

Девушка остановилась.

На лице мелькнуло удивление.

— Подойди ко мне.

Рина послушно приблизилась.

Янна мягко перехватила её за локоть прежде, чем поток учеников успел снова увлечь девушку дальше.

— Что-то случилось?

— Нет. Просто хочу кое-что обсудить.

Она отвела Рину в сторону, к высокому окну.

Здесь было немного тише. Свет ложился на широкий каменный подоконник, а за стеклом виднелись крыши соседних корпусов и зелёные верхушки деревьев внутреннего сада.

Лайла остановилась неподалёку, прислонившись плечом к стене.

Янна внимательно посмотрела на Рину.

Теперь усталость была ещё заметнее.

— Как прошёл урок? Преподаватель ничего не сказала из-за твоего опоздания?

— Нет. Сегодня многие опоздали. Некоторые гораздо сильнее меня. Профессор даже подождала, пока все соберутся. Я ничего не упустила.

Янна чуть нахмурилась.

— А почему они опоздали?

Рина отвела взгляд в сторону окна.

— Рина.

В голосе Янны не было угрозы.

Но девушка поняла, что уходить от вопроса не получится.

Янна скрестила руки.

Её собственная сонливость словно на время исчезла.

— Я не знаю.

Лайла тут же вмешалась:

— Слишком заметная ложь. Говори правду.

Рина ещё сильнее прижала книги к груди.

По коридору продолжали проходить ученики, но Янна уже почти не обращала на них внимания.

Наконец Рина тихо произнесла:

— Я мало что знаю. Девушки ночью чем-то занимались. Я слышала только обрывки разговоров. Думаю, поэтому они и выглядят такими сонными.

— Где?

— То ли у кого-то в комнате… то ли ещё где-нибудь. Я правда не знаю.

Янна несколько секунд смотрела на неё, пытаясь понять, скрывает ли девушка что-нибудь ещё.

Похоже, нет.

— Ладно. Пока свободна.

Рина заметно расслабилась.

Когда она ушла, Лайла повернулась к Янне.

— И что будем делать?

— Сейчас — идти на занятия. Вечером разберёмся.

К вечеру Янна вернулась к женскому общежитию.

Возле широкого входа ещё было людно. Девушки возвращались после занятий, кто-то сидел на каменных ступенях с книгами, а из распахнутых дверей доносились голоса и смех.

У самого входа стояла Мелия.

Она о чём-то увлечённо разговаривала с незнакомым парнем.

Судя по необычно мягкой улыбке и тому, как она время от времени поправляла волосы, беседа нравилась ей гораздо больше большинства академических занятий.

Парень тоже явно никуда не торопился.

Более того, он уже переступил порог общежития одной ногой.

Янна увидела это издалека.

Она на мгновение прикрыла глаза.

Судьба словно специально напоминала ей, что обязанности старосты не заканчиваются даже после последнего урока.

Мелия её не заметила.

Янна подошла почти бесшумно и остановилась прямо за спиной парня.

Немного наклонилась к его уху.

— А ты знаешь, что в женское общежитие нельзя входить парням?

Парень вздрогнул.

Медленно повернулся.

На его лице сначала появилось непонимание, затем узнавание, а следом — заметное смущение.

Янна ничего больше не сказала.

Лишь чуть приподняла бровь и посмотрела вниз — на его ногу, уже оказавшуюся за порогом.

Этого хватило.

Парень быстро отступил наружу.

Неловко попрощался с Мелией, бросил Янне короткий виноватый взгляд и поспешил прочь, стараясь сохранить хотя бы остатки достоинства.

Мелия проводила его глазами.

Её прежняя улыбка медленно исчезла.

Она повернулась к Янне.

Несколько секунд девушки молча смотрели друг на друга.

Мелия скрестила руки на груди.

— И зачем?

— Затем, что заместитель старосты не должна первой нарушать правила.

— Чего?

Янна уже направилась внутрь.

— Ну хотя бы не при всех.

Мелия поспешила следом.

— Я заместитель?

Янна остановилась и посмотрела на неё.

— Ты сама хотела.

Мелия задумалась.

— А, точно! Хотела. Так что тебе от меня нужно?

— Что происходит ночью среди девушек?

Улыбка с её лица немного сошла.

— В каком смысле?

— Многие опаздывают на занятия и выглядят так, словно вообще не спят. Это уже влияет на учёбу.

— И я должна что-то об этом знать?

Янна остановилась.

— А ты не знаешь?

— Ну…

— Мелия.

В этот момент из-за угла появилась Амира.

Она сразу заметила Янну и явно обрадовалась встрече. Сама девушка выглядела почти так же уставшей, но на её лице сохранялся живой энтузиазм новой старосты, смешанный с беспокойством.

— Янна!

— Привет. Как новая должность?

Амира подошла ближе.

— Могло быть лучше. Хотя могло быть и значительно хуже. Есть только одна проблема.

— Какая?

— Девушки начали опаздывать на занятия. И какие-то все сонные.

Мелия медленно подняла палец.

— Какое совпадение. А я, кажется, знаю кое-что об этом.

Амира посмотрела на неё.

— О чём?

К ним как раз присоединилась Лайла.

— Про утреннее.

Лайла мгновенно оживилась.

— О! Рассказывай.

Янна покачала головой.

— Лучше показывай.

Мелия вела их всё дальше от привычных коридоров общежития.

Сначала путь ничем не отличался от остальных: те же каменные стены, высокие окна и тяжёлые деревянные двери. Но постепенно учениц становилось всё меньше. Голоса оставались позади, а коридоры начинали выглядеть так, будто сюда давно никто не заходил без особой причины.

Янна шла за Мелией.

Рядом держалась Лайла, а чуть позади — Амира. Чем дальше они заходили, тем внимательнее та осматривала стены, двери и редкие окна.

Наконец Мелия остановилась возле старой двери.

— Дальше.

Она толкнула её и вывела остальных наружу.

Янна невольно замедлила шаг.

Перед ними возвышалось заброшенное крыло общежития.

Когда-то оно явно составляло единое целое с остальным комплексом: те же высокие готические окна, узкие башенки, крутые крыши и вытянутые каменные арки.

Теперь казалось, будто академия просто позволила времени забрать его обратно.

Черепица местами провалилась. В крыше зияли тёмные прорехи, сквозь которые внутрь свободно проникали дождь и солнечный свет. Несколько деревянных балок прогнулись, а другие торчали наружу среди обломков кровли.

По стенам поднимался густой плющ.

Он оплетал окна, забирался под карнизы и цеплялся за декоративную резьбу. В некоторых местах зелень почти полностью скрывала старый камень.

Два крытых перехода всё ещё соединяли заброшенное крыло с соседними зданиями. Их арки сохранились, но пространство под ними заросло травой и кустарником. Между плитами дорожек пробивались молодые растения.

Лайла подняла голову и долго разглядывала проваленную крышу.

— Место, конечно… идеальное для ночных приключений.

Амира встала рядом с Янной.

— Что это вообще такое?

— Закрытая часть общежития, — ответила Янна.

— Почему закрытая?

Янна вспомнила старые записи.

— Во времена Объединённого Королевства сюда приезжало очень много магов оттуда. Академии пришлось расширять общежития. Потом появились местные школы магии, поток учеников уменьшился, и часть корпусов оказалась ненужной. Это крыло законсервировали и опечатали.

Она посмотрела на тёмный дверной проём.

— Только вот почему оно сейчас открыто?

Лайла ответила совершенно непринуждённо:

— Да уже давно.

Янна медленно повернула голову.

— И никто не счёл нужным сказать об этом старосте?

Лайла пожала плечами.

— Ты недавно староста.

— С каждым часом мне нравится эта должность всё больше.

Янна снова посмотрела на здание.

Большинство стёкол давно исчезло. За пустыми проёмами виднелись лишь тени, остатки деревянных перекрытий и кое-где сохранившиеся стены внутренних комнат.

После разговора с Риной и вида измученных учеников это место уже не казалось ей просто старой постройкой.

Амира быстро перешла к практическому вопросу:

— Что будем делать? Как по мне, просто закрыть всё на замки.

Мелия усмехнулась.

— Металлические замки против магов металла?

Амира недовольно посмотрела на неё.

Мелия тем временем выглядела почти довольной произведённым впечатлением. Она повернулась к остальным и указала на заброшенное крыло.

— По слухам, девушки ходили сюда ночью. Я сама внутрь не заходила.

— Почему?

— Я боюсь пауков.

Лайла прыснула от смеха.

Янна сохранила серьёзное выражение.

— Где именно они собираются, пока не так важно. Нужно узнать кто. Иначе закроем это место — они просто найдут другое.

— Этой информацией я не владею.

— А я владею, — неожиданно сказала Лайла.

Янна перевела на неё взгляд.

— Веди.

Лайла остановилась перед одной из дверей жилого корпуса и постучала.

Изнутри послышалось тихое разрешение войти.

Она первой открыла дверь. Следом вошли Янна и Амира.

— Ная рассказывала мне про какие-то свои ночные дела, — сказала Лайла уже внутри. — Но я решила, что это очередная романтическая дурость. Не думала, что всё связано.

Комната оказалась просторной и неожиданно уютной.

Высокий каменный свод уходил вверх плавными рёбрами, а с потолка свисали старые металлические фонари. Последние лучи вечернего солнца проникали через огромное стрельчатое окно и растекались по полу длинными золотистыми полосами.

Вдоль стен стояли три деревянные кровати с лёгкими пологами. Светлое постельное бельё сочеталось с голубыми покрывалами и подушками, а возле каждой кровати находился собственный тяжёлый сундук.

По мелким различиям было легко понять, какой угол принадлежал каждой из девушек: возле одной кровати лежали книги, возле другой стояла маленькая ваза с цветами, у третьей на спинке стула была аккуратно сложена одежда.

Амира негромко произнесла:

— Почему взрослые девушки вообще занимаются какой-то дурью по ночам?

Лайла шепнула:

— Давай устроим допрос.

— Я сама, — сразу ответила Янна.

У окна сидела одна из обитательниц комнаты.

Увидев Лайлу и сразу двух старост, девушка заметно насторожилась.

Она медленно поднялась.

Длинные прямые волосы холодного русо-каштанового оттенка свободно спадали далеко ниже плеч. Они почти ничем не были украшены и лежали естественно, чуть небрежно, будто девушка никогда не тратила на причёску больше времени, чем требовала простая аккуратность.

Лицо отличалось спокойной, сдержанной красотой. Очень светлая кожа, мягкий овал, тонкий прямой нос и бледно-розовые губы создавали немного холодное первое впечатление, которое смягчали большие светло-голубые глаза.

Сейчас эти глаза внимательно переходили с Лайлы на Янну, а затем на Амиру.

В них не было неприязни.

Только настороженность человека, которого неожиданный вечерний визит двух старост мгновенно заставил задуматься, что именно произошло.

Девушка убрала за ухо выбившуюся прядь и сцепила пальцы перед собой.

— Что-то случилось?

Лайла прошла чуть глубже в комнату.

Янна ответила спокойно:

— Извини за вечерний визит. У меня всего несколько вопросов.

Она оглядела остальные кровати.

Соседок не было.

Амира заметила это тоже.

— Где они?

— По правилам ещё можно гулять. Вот они и гуляют.

Янна кивнула.

— Это не нарушение. А где они были прошлой ночью? Конкретно Ная.

Девушка чуть нахмурилась.

— Почему я должна это знать? Я вообще-то спала.

— Неужели?

В её взгляде мелькнуло раздражение, однако вскоре она всё же подошла ближе.

— Она уходила ночью в заброшенную часть общежития.

Амира сразу спросила:

— Она владеет магией металла?

— Нет.

Янна и Амира переглянулись.

— Значит, была не одна, — сказала Янна. — Ещё кто-нибудь из этой комнаты?

— Нет. Только Ная.

— Ясно…

Разговор продолжился.

Однако Амира почти не вмешивалась.

Вместо этого она медленно осматривала комнату. Её взгляд задерживался на книгах, оставленной посуде, складках покрывал и мелочах возле кроватей.

Затем она заметила блеск.

Что-то лежало на полу возле дальней кровати.

Амира подошла ближе.

На мгновение в её глазах отразился тёплый свет фонаря.

Она нахмурилась, наклонилась и заглянула под кровать.

В полумраке лежало что-то небольшое.

Амира присела ниже и протянула руку.

Через несколько секунд в её пальцах оказался осколок зеркала.

Неровный кусок был немного больше ладони. Один край сохранился гладким, остальные были острыми и сколотыми, будто большое зеркало разбилось сравнительно недавно.

Амира перевернула находку.

Что-то в её лице изменилось.

Она ничего не сказала.

Лишь подошла к Янне и протянула осколок.

Янна прервала разговор.

— Что это?

Амира по-прежнему молчала.

Янна осторожно взяла стекло за неповреждённый край.

И посмотрела в него.

Она ожидала увидеть собственное отражение.

Уставшее лицо.

Тёмные волосы.

Комнату за спиной.

Но ничего этого там не было.

Янна замерла.

В глубине зеркала простирался сад.

Не эта комната.

Не вечернее окно.

Не Амира, Лайла и стоявшая рядом девушка.

Совсем другое место.

Там была ночь.

Тёмные деревья окружали широкую дорожку, уходившую между густыми кустами и цветами. Светлые лепестки едва заметно мерцали среди травы. Листья тихо двигались, будто их касался слабый ветер.

Над всем садом висела луна.

Неестественно яркая.

Огромная.

Настолько светлая, что ночное небо вокруг неё почти теряло цвет.

Холодное серебряное сияние заливало дорожки, траву и кроны деревьев, оставляя между ними глубокие чёрные тени.

Янна невольно приблизила осколок к лицу.

Изображение не исчезло.

Напротив.

Чем дольше она смотрела, тем больше замечала.

Далеко впереди дорожка уходила под высокую арку, густо оплетённую цветами. За ней угадывался какой-то светлый силуэт.

Человек?

Статуя?

Или ещё одна часть сада?

Расстояние не позволяло понять.

Янна слегка изменила угол зеркала.

Картина внутри не двинулась вместе с ним.

Она осталась на месте.

Будто осколок был не отражающей поверхностью, а маленьким окном.

Сад казался неподвижным.

И всё-таки Янне чудилось, что он живёт.

Что где-то там, по другую сторону тонкого стекла, действительно гуляет ночной ветер.

Что листья действительно шелестят.

Что цветы поворачиваются к свету огромной луны.

Разговор рядом постепенно превратился в далёкий неразборчивый шум.

Даже усталость, мучившая Янну весь день, исчезла.

Она больше не чувствовала тяжести в веках.

Не вспоминала о списках в комнате старосты.

Не думала о Рине, сонных ученицах, заброшенном крыле или Нае.

Остался только сад.

Прекрасный настолько, что от него становилось немного не по себе.

И странное ощущение.

Почти уверенность.

Будто стоило посмотреть ещё немного — и дорожка сама покажет ей, куда ведёт.

Янна не отрывала глаз от зеркального осколка.

А в его глубине огромная луна безмолвно освещала чужую ночь.